Журналист грузинского канала ТВ3. Закончила ТГУ, факультет социально-политических наук, специальность журналистика. Работала на телеканалах МИР, "ПИК", сотрудничала с "Радио Свобода", телеканалом "Дождь", 9-м израильским каналом.

Непрошенные

2015.09.08

Швеция. Очередь. Она здесь почти всегда. У всех ожидающих похожие проблемы. Чьи-то уже решаются, чьи-то только начинаются... Кому-то с шаблонным сочувственным лицом сообщают, что к сожалению ничем не могут помочь. 

Его зовут А. Ему повезло!  Еще вчера он сам стоял по эту сторону окошка и боролся за лучшее будущее, за новую жизнь. Сегодня он  пока еще не решает судьбы других, но уже часть той системы, от добросовестности и гуманности которой зависят сотни, тысячи и даже сотни тысяч жизней...  

В офисе Миграционного агентства почти всегда длинная очередь... Очередь из людей, бежавших от войны, скрывающихся от преследования властей своей страны, бегущих от жизни впроголодь, увиливающих от военной службы, ищущих толерантности и понимания своей нетрадиционной сексуальной ориентации, очередь из тех, кто исповедует "запрещенную" религию или верит "не в того Бога"... Но, больше всего здесь выходцев из Сирии. К зиме наплыв беженцев из этой страны, казалось, уменьшился. Но к концу лета потоки сирийцев вновь хлынули на Европу, поставив систему европейских ценностей в неудобное положение. С одной стороны, эта система диктует помочь, кто бы об этой помощи не просил, с другой-в этой  системе есть элементы, которые считают, что благодетель тоже должна быть избирательной. 

Власти Словакии, к примеру, безо всяких дипломатических церемоний заявили, что не готовы принять беженцев, исповедующих ислам. Попросту потому, что не смогут обеспечить им достойный прием: аргумент весьма неубедительный с точки зрения европейской политической культуры и пресловутой системы ценностей. Да и с точки зрения банального гуманизма тоже. Но, видимо, прагматизм берет верх. И не только в Словакии...

Бюрократия по-европейски

Протесты против миграционной политики властей набирают обороты и в Германии, которая принимает львиную долю беженцев и надеется, что другие европейские страны возьмут с нее пример. Ангела Меркель с любой удобной трибуны призывает своих соседей разделить ношу и приютить хотя бы часть беженцев, но отзываются лишь единицы: среди них Австрия, Франция, Щвеция... Последняя, устами королевской семьи еще пару лет назад сказала сирийским беженцам "Добро пожаловать!" Призыв был воспринят буквально. Но Швеция не отступилась от своих слов. Ходатайства сирийцев в связи со статусом беженца рассматриваются в максимально короткие сроки, настолько короткие, насколько то позволяет осторожная шведская бюрократия. Большая часть таких ходатайств удовлетворяется. 

Немного другая ситуация в Германии, куда стремится большинство прибывающих из Сирии людей. На рассмотрение дел и принятие решения там уходит куда больше времени. Но желание беженцев попасть именно туда легко объяснимо и по человечески понятно. Германия предоставляет беженцам наиболее благоприятные условия: аккомодация: первые недели беженцы проводят в лагерях, затем им предоставляют постоянное жилье ( отдельная квартира в случае с семьями. "Одиночки" обычно делят многокомнатные квартиры), ежемесячное пособие: 250 евро на человека вполне хватает, чтобы обеспечить себя самым необходимым, разрешение на работу: оно предоставляется почти всем, кто не скрывает свои личные данные и подтверждающие личность документы. 

Но за немецким и шведским гостеприимством скрывается... Дублинское соглашение. Меркель заявила, что отныне на беженцев из Сирии не будет распространяться Дублинский регламент - закон, который критикуют правозащитники, да и сама Германия. Но его никто не спешит отменять. Ведь это соглашение -  наиболее эффективный механизм по распределению соискателей убежища, и наиболее быстрый и безболезненный метод  для каждой отдельной страны ЕС выпроводить беженцев. Согласно регламенту, за рассмотрение ходатайства того или иного лица об убежище ответственна: 

1. Первая страна ЕС, которую он пересек

2. Первая страна ЕС, где он попросил убежище и соответственно оставил свои отпечатки пальцев.

3. Та страна, которая выдала ему визу, и по которой он в последствие въехал в Шенгенскую зону.  

Выходит, что подавляющее большинство сирийских беженцев по закону подлежат  высылке в Италию, к берегам которой они прибывают в массовом порядке . Но миграционная система Италии далека от идеала. Там, в отличие от северо-европейских стран не предоставляют жилья и пособия. А потому беженцам, отправленным в эту страну по Дублину, приходится в буквальном смысле слова выживать. 

Эта мера - предмет неугасающих споров и критики со стороны правозащитников. Но она слишком удобная для того, чтобы ее отменять. При этом "Дублин" практически невозможно обойти. Единая система данных Eurodac, где хранятся отпечатки пальцев просителей убежища,  не оставляет практически никаких шансов. Если вы в системе - вы под действием Дублинского регламента. До тех пор пока ваши данные в системе. А это 10 лет. Никто не знает, когда принимающая страна решит применить в отношении вас Дублинский регламент. Поскольку сроки, предусмотренные документом, могут быть отодвинуты по просьбе принимающей или т.н. "ответственной" страны в общей сложности на полтора года со дня принятия решения о применении в отношении вас дублинской процедуры. 

Интересно, что в документе есть одна очень важная формулировка:" мы не вышлем вас в страну, где известно, что вам может угрожать опасность". Но загвоздка в том, что эту формулировку можно толковать по-разному. Под "известно" подразумевается, что у вас должны быть доказательства того, что "там" опасно. Но считаются ли Италия, Греция или Испания, где беженцам могут предложить разве что картонные коробки для ночлега, безопасными странами?! И как же право на "гуманные условия содержания"?! Ответ миграционных властей отправляющей страны обычно звучит так: "мы не ответственны за те условия, которые вам предоставят в другой стране". И этот ответ, очевидно, идет в разрез с вышеупомянутым пунктом "об опасной стране". Так что же европейская бюрократия считает опасным, а что нет? Очевидно, опасно отправляться в Европу вплавь, на прогнивших рыбацких лодках. Но, очевидно, еще опаснее оставаться там, где бомбят. 

Безымянные 

Что такое справедливость? И какой именно справедливости мы требуем сегодня от Европы говоря о "деле спасения утопающих"?! И насколько легитимны призывы тех, кто недоумевает по поводу действий таких стран, как Катар, ОАЭ, Саудовская Аравия, Кувейт и Бахрейн! Недоумевают, почему "братские страны" не предлагают убежища своим единоверцам. Но никто не задается вопросом: насколько справедливы друг к другу те, кто в беде: и в частности, насколько справедливы друг к другу  сирийцы, которые сейчас более других нуждаются в международной защите. 

Так сложилось, что большинство просителей убежища скрывают свои настоящие данные и не предоставляют идентификационных документов, с тем, чтобы, во-первых, избежать Дублинской процедуры при наличии в паспорте визы другой страны,  во-вторых, для того, чтобы не быть высланным обратно на родину. 

Миграционная служба ни одной европейской страны не может быть уверена, что вы приехали именно оттуда, откуда утверждаете, так же как и не может быть уверена в том, что вас действительно зовут Амра Салехи или Василий Уточкин, до тех пор пока у нее нет на руках вашего паспорта или другого документа, удостоверяющего вашу личность. И, если, конечно же, при этом вас нет в системе Eurodac и вы ходатайствуете об убежище впервые. Нет документа- нет человека! Точнее он есть, но его имя-  Беженец и всего то! Больше никаких достоверных данных на него нет! В том числе данных о том, где его родина. А значит и высылать его некуда. И этим часто, или правильнее сказать, чересчур часто, пользуются мигранты. Те, кому по большому счету не нужно убежище, или по крайней мере нужно намного меньше, чем реальным беженцам. И таких, к большому сожалению для сирийцев, которые остались без крова, неимоверное много. Много и среди самих сирийцев. 

У Фатимы ( будем называть ее так!) трое детей. Старшая дочь работает в Исламском банке в ОАЭ, младшая -представитель этой же компании в Катаре, сын - практикующий биоинженер и уже давно гражданин Германии. Но их мать Фатима, вместо того, чтобы укрыться у своих ближайших родственников, решает просить убежища в Швеции, потому что там, на ее взгляд, больше перспектив. Хотя европейское миграционное законодательство позволяет ей пойти более коротким путем и воссоединиться со своим сыном - гражданином ЕС. Но Фатима хочет большего и тем самым претендует на место того же Айлана Курди, трехлетнего сирийского мальчика, которому действительно очень нужно было убежище... 

Ведь Европа тоже не резиновая. Да, мест теоретически и практически хватит на всех, если распределить просителей убежища по всей территории ЕС, но последние не хотят жить где попало, пусть даже это "где попало" в Европе. Большинство устремляется именно в Германию и Швецию, которые теперь "расплачиваются" за то, что построили столь привлекательную для беженцев систему. И продолжают строить. Мест в лагерях для беженцев уже катастрофически не хватает. Германия и Швеция намерены открыть несколько новых лагерей. Но строительство идет на порядок медленнее темпов прибытия новых беженцев.  

Так может ли европейская система быть справедливой по отношению к беженцам? И как сортировать беженцев и экономических мигрантов? Как отличить действительно нуждающихся в защите от тех, чьи дела могли бы подождать?! Европе приходится верить на слово! Или не верить!... В любом случае, решение по каждому отдельному делу, человеку, принимается индивидуально! На основе рассказанной, а зачастую, придуманной истории. И решение это принимается не на основе показаний детектора лжи, а живыми людьми, которым свойственно ошибаться. 

А потому завтра некто свободно разговаривающий на арабском языке, и называющий себя жителем Алеппо, вновь будет просить убежища, хотя, возможно его ничего и не связывает с Сирией. 


  • 1383

"Худеющая" Грузия: молчаливое согласие с оккупацией?

2015.07.24

Представьте, что вы живете у колючей проволоки! Или того хуже - за ней! Какие ощущения? Конечно, никаких! Вы ведь там не живете! А сотни и тысячи живут! Эти сотни и тысячи- граждане Грузии, многие из которых родились, выросли жили и де-юре продолжают жить в Грузии, но де-факто они где-то посередине: между безнаказанной российской оккупацией и молчаливым грузинским согласием!

 И они ничего не могут сделать ни с первым ни со вторым. А те, кто могут, утверждают, что не могут, а может быть попросту - не хотят! 

 Я провела у линии оккупации ни один съемочный час! Я видела, как устанавливали указатели о "государственной границе с Южной Осетий", я видела, как российские и осетинские пограничники сооружают ограждение, я видела, как жители грузинских сел смиренно вычищают свои дома и разбирают по кирпичику, потому что завтра их дома окажутся по ту сторону разделительной линии, видела, как оккупанты мчаться к раздутой административной границе при попытке ее пересечь, чтобы "принять меры!" 

Я, в конце концов, сама ее пересекала! И каждый раз на подобные действия реагировала только "та" сторона. (Российские пограничники тут же мчались "уличить и наказать" нарушителей). А наша, призванная блюсти хоть какой-нибудь порядок, безучастно и молчаливо, наблюдала за происходящим с "этой стороны"! И даже оружие на перевес, разумеется, не внушало никакого спокойствия. А что им оставалось делать?- Как минимум, тоже мчаться к колючке и уговаривать меня перейти обратно! И, как минимум, громко возмущаться каждый раз, когда великие строители "духовных скреп" сваливают на новом месте новую партию проволоки и начинают возводить колючие стены. Но, видимо, на это нужен особый приказ! 

А, приказ, судя по всему, есть только один: не дать местным жителям, возмущенным, разгневанным, отчаявшимся и теряющимсвои дома и земли, вступить в конфликт с теми, кто эти земли нагло отбирает! 

Приказ: сделать все, лишь бы избежать эскалации и нового конфликта. Абсолютно все! Даже если это все- все, что осталось у "худеющей" Грузии!

  • 1363

"Роснефть" в Грузии: бизнес или политика?

2015.01.11

Своей нефти в Грузии немного. По крайне мере добывается она сегодня в малых количествах. Зато чужой, привозной, более, чем достаточно. Грузия, претендующая на статус регионального хаба, играет сегодня важную роль в транзите углеводородов. И все нефтедолларовые соглашения здесь обычно встречают с одобрением. Но не последнее.

Первым политическим событием наступившего года в Грузии, стала крупная сделка между компанией "PetrocAs Energy Group" и "Роснефтью". Российский нефтяной гигант приобрел 49% акций крупнейшего грузинского нефтетрейдера. Именно он обеспечивает транзит львиной доли углеводородов через Грузию. Сделка вызвала бурные споры в грузинском обществе. Оппозиционеры требуют аннулировать договор, напоминая, что "Роснефть" -  та самая компания, которая оперирует в оккупированной Абхазии.

Проникновение в Грузию "Роснефти" в Тбилиси восприняли, мягко говоря, неоднозначно. Впрочем, вопрос, зачем российскому нефтяному гиганту понадобился пакет акций PetrocAs, причем не контрольный, остается открытым.

"Petrocas Energy Limited" владеет и управляет нефтяным терминалом в грузинском порту Поти, крупнейшей розничной сетью АЗС в Грузии, функционирующей под брендом "Галф", а также осуществляет работы по логистике и транспортировке нефти. После сделки с "Роснефтью" 51 процент акций остался у Давида Якобашвили, грузинского бизнесмена, который имеет гражданство Швеции и состояние которого журнал Forbes оценивает в 1,2 млрд долларов.

Впрочем, грузинскую оппозицию такое распределение активов не утешает. Оппоненты власти настаивают: сделку необходимо аннулировать.

Зураб Джапаридзе, член Единого Национального Движения: " Ранее у российского капитала в Грузии не было проблем. Наша экономическая политика была направлена на то, чтобы в Грузию поступило как можно больше инвестиций. Но! "Роснефть" - это компания, которая нарушает грузинский закон об оккупированных территориях. Она ведет разведку нефтяных залежей в абхазской акватории, что является прямым нарушением нашего законодательства. Поэтому наши власти не должны дать ей возможность работать на подконтрольной Тбилиси территории. Этой власти попросту не хватает смелости помешать компании, которая принадлежит ближайшему другу Путина".

Судя по первой реакции грузинских властей, или точнее,  фактическому отсутствию этой реакции, вмешиваться в дела "Роснефти", действительно, никто не собирается. На то нет причин, убеждают представители грузинского руководства. Да и механизмов, по большому счету тоже - сделка заключена в офшоре.

Эка Беселия, депутат парламента Грузии, член коалиции "Грузинская мечта": "Государство не имеет права вмешиваться в дела частных компаний. А потому вмешиваться  в соглашение, которое было заключено между "Роснефтью" и грузинской компанией, власти не могли и не стали бы. А что касается обвинения в том, что происходит нарушение закона об оккупированных территориях.Мы лишь слышим обвинения, но на деле никаких фактов нарушения закона в оккупированнной Абхазии мы не видели. Тем более, эта сделка была заключена в офшорной зоне, а значит находится вне юрисдикции Тбилиси".

Компания "Petrocas Energy Limited" по сути стала частью российской госкомпании, включенной в санкционный список ЕС и США. Но здесь пожимают плечами: бизнес, ничего личного.

Николоз Мчедлишвили, вице-президент "Petrocas Energy Group": "Конечно, это не очень приятный политический фон для группы компаний. Но мы воздерживаемся от каких-либо политических игр...мы делаем бизнес. Что касается политиков - тут демократическая страна, они выражают свое мнение".

Нефтеналивной терминал в Поти, который находится в распоряжении компании, не самый крупный, добавляют в "Petrocas" . А значит, и причин для беспокойства нет. Однако, эксперты напоминают, что все последние годы "Роснефть" использовала терминал для перегрузки нефти и нефтепродуктов в Армению. И, судя по всему, в Москве решили усилить контроль над этой линией снабжения нефтепродуктами государства, только что вступившего в Евразийский экономический союз.

Такая концепция вполне укладывается в стратегию Кремля по выстраиванию новых и восстановлению прежних коммуникаций с Южным Кавказом. В частности, речь идет о восстановлении железнодорожного движения через Абхазию, что пока не одобряют в Тбилиси, и строительстве автотрассы из Дагестана в Грузию и далее в Армению.

Последнее тоже активно критикуют в грузинском обществе. Тем более, что этот путь призван связать Грузию с теми районами Дагестана, где криминогенная ситуация оставляет желать лучшего.  Проложить путь в Грузию хочет и глава Чечни Рамзан Кадыров. В конце декабря он заявил , что планирует построить как автомобильную, так и железную дороги. И добавил, что над этим уже работает его правительство.

В Тбилиси старательно избегают комментариев на эту тему. Правда, попытки убедить общественность в том, что "дорог много не бывает", грузинскими властями предпринимались неоднократно. Но любые проекты, связанные или связывающие с Россией здесь неизбежно натыкаются на сопротивление.

Жителей Грузии, полагающих, что лучше глухая стена, чем, возможно, экономически очень выгодный проект с северным соседом, много. Правда, на сделку с "Роснефтью" общественное мнение, как показала практика, никак не повлияло. А значит, и открытие дорог из России в Грузию - не такая уж и призрачная перспектива.

  • 2000

Грузия: Обманутые надежды и сгнившие яблоки...

2014.12.10

Все мы любим мечтать. Особенно, когда все доступные нам возможности, кажется, исчерпаны и единственное, что вселяет надежду на лучшее будущее - это вера. Но грузины – особая нация. И верят они по-особенному: не в себя, а в других -  таких же грузин, как они, которые, в свою очередь, тоже верят не в себя.

Я не знаю в кого или во что верит «Грузинская мечта», но факт, что в «Грузинскую мечту»  уже верят не так, как раньше... В Единое Национальное Движение верят еще меньше. И речь не о доверии конкретной политической партии, а о готовности жить за психологическими рамками той или иной политической конъюнктуры. О готовности признать, что твоя жизнь в твоих руках.

Мне бы хотелось верить, что вместе с разочарованием , которое уже наступило в грузинском обществе, постепенно угаснет и присущий ему романтизм. И мой сосед Гиви из соседнего подъезда наконец поймет, что никто вместо него самого не покрасит его гараж только потому, что это «часть общего пейзажа, о котором должны заботиться власти».

Нет, Гиви!  Местным властям и городу, у которого нет даже Генерального Плана, не до твоего гаража! И вообще, никто не обязан тебе что-то там красить! Но Гиви не понимает, потому что с экрана телевизора ему обещали «все», и даже больше. И Гиви не верит, что его надежды были обмануты. Потому что, если сегодня он перестанет верить в свою мечту, он не будет знать, как и ради чего жить завтра .Поскольку плана самостоятельной жизни у него не было и нет. А знаете почему? Потому что его так вырастили, его так воспитали, ему так внушили: внушили, что в одиночку  он не добьется ничего, что «сила в единстве!».

Мне это внушали, когда я переехала жить в Грузию. Команда новаторов Саакашвили тогда еще только-только начинала реформировать постсовковые грузинские пороки. Я была абитуриентом, и все мои родственники наперебой уверяли меня в том, что без «знакомых» и «денег»  я не поступлю. И, уж тем более, на бюджетную форму обучения. Но я поступила. Без знакомых и без денег. И работу я нашла без знакомых и без денег. И следующую работу я тоже нашла без знакомых и без денег. Но мой сосед Гиви мне не верит. Хотя, по логике феномена «грузинской веры» должен ведь?! Но Гиви попросту верит в другие ценности.

И таких, как он, по-прежнему печально много. И пусть здравомыслящая часть населения Грузии уже смирилась с тем, что «мечты» сами по себе не сбываются, многие все еще не способны понять и принять одну простую, но почему-то плохо осваиваемую грузинами истину: перемены начинаются с нас самих.

Недавно мне довелось познакомиться с жителем граничащего с Южной Осетией села Никози, Георгием Мчедлидзе. Он местный фермер. Но выращивает Георгий не яблоки, популярные в этом регионе Грузии, а миндаль. Знаете почему? Потому что «этот товар в 20-процентном дефиците на мировом рынке», - говорит Георгий. А яблоки в избытке, и из года в год у ленивых грузинских крестьян, которым попросту лень разводить новые, востребованные сорта и ждать, когда они дадут урожай, проблемы с реализацией продукции.  Большая часть яблок гниет.  Гниет еще и потому, что фермер не потрудился прочитать о том, как и сколько раз в месяц удобрять деревья. Грамотно, так, чтобы не затравить их до смерти.

А Георгий, который выращивает миндаль, уже занимается благотворительностью. В этом месяце он передал в подарок Горийскому муниципалитету 30 тысяч саженцев грецкого ореха и миндаля. Еще столько же - осетинской стороне. Кстати, Георгий Мчедлидзе живет в Грузии всего несколько лет. Он приехал сюда из Калифорнии. Да-да!  Из американского штата Калифорния, где довольно беззаботно жил и также беззаботно занимался сельским хозяйством.  Пару раз, до того как окончательно переехать в Грузию, он приезжал и оставлял своим односельчанам саженцы, учил как за ними ухаживать, как поливать, как выращивать, как разводить. Но когда возвращался обнаруживал, что саженцы загублены. Вот оно, лицо рядового грузинского лентяя-мечтателя. Нам даже нельзя ничего поручать. Нельзя оставлять без присмотра, а стало быть, и нельзя доверять.

Разумеется, не все такие. Но масса она ведь именно такая?! Это та масса, которая предопределяет исход выборов, это та масса, которая влияет на общественное мнение, это та масса, по которой нас судят извне. Эта масса, в конце концов, наше лицо. И лично я им не горжусь.

Я никогда не голосую на выборах.  На это у меня всего лишь две причины. Первая: я по-прежнему не верю в честность, справедливость и прочую святость грузинских выборов . Вторая: я не хочу, чтобы мои надежды были обмануты. Пусть мои мечты не сбудутся, но я хотя бы буду знать, что это мои мечты, а не мечты, навязанные мне теми, кто сами не верят -  ни в эти мечты, ни в самих себя. 

  • 2202