Реклама
Блоги
16:45
8 Июля 2020 г.
«90-е. Помним, любим, скорбим» Никита Рудаков — о том, почему так важно не унижать прошлое
Поделиться:

«90-е. Помним, любим, скорбим» Никита Рудаков — о том, почему так важно не унижать прошлое

Фотография:
RTVI

На RTVI стартовал новый сезон «Легенды»! В этом проекте мы говорим по душам с настоящими звездами, чьи образы неразрывно связаны с теплыми воспоминаниями — о детстве, молодости или просто недалеком прошлом. В свежих выпусках вас ждут Татьяна Буланова, Дельфин, Наталья Гулькина, Ксения Стриж, Леонид Якубович — все эти герои 90-х с удовольствием вспоминают лихой и, казалось бы, такой отталкивающий период истории нашей страны. В своем блоге ведущий программы Никита Рудаков рассуждает, какими же они были на самом деле — эти девяностые. И призывает чаще думать не о пустой, а о полной половине стакана.


В одном из моих любимых мультиков, «Южном парке», не так давно появился удивительный персонаж — ягода-вспоминика. Гроздья одушевленных плодов, каждый из которых тоненьким голоском напоминает тебе, как было круто раньше, в твоем прошлом: «А помнишь, помнишь фильм „Беглец“, а „Голубой гром“… а штурмовиков из „Звездных войн“ помнишь?».

По словам одного из главных героев мультика, который подсел на вспоминику сразу, как только услышал и попробовал ее, эти ягоды выращивали еще в древнем Риме. Причем появились они незадолго до падения Вечного города: «Римляне набухивались вином и поминали былое величие». Вот вам и причина падения античной цивилизации… Если думать о том, что хорошее было только в прошлом, если постоянно сравнивать настоящее с прилизанными временем воспоминаниями о прошлом, о том «золотом веке» (у каждого он, понятное дело, свой), то следствием будет лишь… закат настоящего.

А что, если наоборот? Что если вспоминать только о плохом? Это приведет к тому же результату? Например, сегодня в России словосочетание «90-е годы» — это синоним разрухи и развала, страха и горя, несправедливости и порока.

Поговорку «в Греции все есть» в век информации надо переделать на «в Википедии все есть». В частности, там есть целая статья, посвященная словосочетанию «лихие девяностые»: «Это идеологическое клише, отрицательно характеризующее и рассматривающее с негативной стороны период истории постсоветских стран 1991—1999 годов». Но ведь было же и в 90-е что-то хорошее! А как иначе объяснить популярность того стиля сегодня?! Почему в магазины вернулась жвачка «Love is», рэперы носят треники с тремя полосками, а поп-звезды снимают клипы про белые розы?

Записывая очередные выпуски программы «Легенда» со знаменитостями, которые сегодня стали живыми символами той ушедшей лихой эпохи, — Таней Булановой, Дельфином, Ксенией Стриж и Натальей Гулькиной — и я сам будто попробовал ягоду-вспоминику.

90-е — это время моей учебы в школе. Большинство медляков на наших школьных дискотеках — песни Булановой или группы «Мираж», орущие через усилитель с двухкассетника. Тогда, неловко двигаясь в такт, я думал: «Боже, какой же отстой, какая попсятина!». А сегодня, всего первые три ноты этих простеньких мелодий дарят такие приятные и теплые воспоминания, что невольно расплываешься в улыбке. Перед глазами проносятся робкие поцелуи после той самой первой дискотеки, первая сигарета, купленная поштучно за школой в палатке со сладостями и вызвавшая приступ тошноты, первые разочарования и первые надежды.

В этот момент я четко понял, что значит парадоксальная фраза Нила Геймана «я верю, что будущего нет и что оно рок-н-ролл». И в этом, как ни странно, меня убедил Андрей Лысиков, он же Дельфин, литературно и музыкально добивший (как ягода-вспоминика Великий Рим) мое детское мировосприятие и на его развалинах построивший новое, взрослое: «Это время хохочет, закинув голову вверх// Если что-то не так, слезою сдавленный стон// Песчинкой ляжет на дно, потоком мутных времен»…

Уже позже, в начале 2000-х, когда я начал работать журналистом, я случайно оказался в кафе, где учителя из районной школы отмечали юбилей директора. Об этом узнал бы любой, кто зашел в тот момент в эту забегаловку, — так работники образования на весь зал славословили начальство, при этом друг другу тихой сапой жалуясь на зарплату. Они чинно сидели за столом, чопорно одетые и вычурно накрашенные. Но когда началось караоке и все эти взрослые люди стали танцевать и петь под Буланову и «Мираж», они будто помолодели. За пару часов — на пару десятков лет.

К чему я это все? Давайте не перегибать палку в воспоминаниях. Какой бы краской ни мазали наше прошлое — оно наше! Давайте просто его любить! Как писал Пушкин в письме к Чаадаеву: «…клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество или иметь другую историю, кроме истории наших предков, какой нам Бог ее дал».