Реклама
Блоги
18:12
8 Октября 2019 г.
Сергей Богачев: Нобелевская премия по физике в 2019 году — это признание теории Большого взрыва и исследований экзопланет
Поделиться:

Сергей Богачев: Нобелевская премия по физике в 2019 году — это признание теории Большого взрыва и исследований экзопланет

Сергей Богачев: Нобелевская премия по физике в 2019 году — это признание теории Большого взрыва и исследований экзопланет
Физик Джеймс Пиблз
Фотография:
Seth Wenig / AP

В Стокгольме 8 октября объявили лауреатов Нобелевской премии по физике. Ее присудили Джеймсу Пиблзу за теоретические открытия в области физической космологии, а также Мишелю Майору и Дидье Кело за открытие экзопланеты, вращающейся вокруг звезды солнечного типа. О значимости их работ рассказал доктор физико-математических наук, главный научный сотрудник Лаборатории рентгеновской астрономии Солнца ФИАН Сергей Богачев.


По поводу исследований Пиблза, не могу сказать каких-то деталей. Астрофизика очень разнообразная наука, и у моей прямой темы не так много пересечений с космологией. Я воспринимаю эту премию не только как признание работ Пиблза, а еще и как признание теории происхождения вселенной в результате Большого взрыва.

Я не могу сказать, что эта теория уже полностью стройная, но она очень активно дорабатывалась последние десятилетия, в том числе Джеймсом Пиблзом. В некотором смысле эта премия является неким заявлением Нобелевского комитета, что они считают уровень проработки достаточным, чтобы эту теорию признать как минимум на своем уровне. Справедливости ради, эту премию могло бы получить еще достаточно большое число людей. Почему был выбран именно Пиблз, мне трудно сказать, но, возможно, повторюсь, только потому, что я недостаточно знаю его работы.

Что касается Мишеля Майора и Дидье Кело, то по моему личному мнению, также премия не только людям, но и направлению поиска экзопланет. В некотором смысле к этому шло, так как интерес к этой теме достиг уже такого уровня, что его нельзя не замечать. То, что им пришлось ждать свою премию 24 года, не является рекордом. Можно привести пример Фредерика Райнеса, который открыл нейтрино в 1956 году, а получил Нобелевскую премию за это только в 1995 году (спустя почти 40 лет).

Справедливости ради, сообщения об открытии планет у других звезд поступали еще за 10-20 лет до их открытия, но Майор и Кело были первыми, кто, как считается, доказал свои наблюдения с неопровержимой точностью. По поводу дальнейшей судьбы этого направления я испытываю некоторый пессимизм, так как мне кажется, что почти все, что могло быть обнаружено, уже обнаружено, и какого-то экспоненциального роста числа известных экзопланет в ближайшие годы не может быть. Очень важным (также, возможно, нобелевским) результатом было бы уверенное обнаружение планеты земного типа в зоне обитания, особенно с кислородом в атмосфере. Но, возможно, для этого потребуются инструменты следующего поколения.