Эфир
19:10
16 Марта 2018 г.
Что думает об отравлении Сергея Скрипаля бывший посол Великобритании в России
Поделиться:

Что думает об отравлении Сергея Скрипаля бывший посол Великобритании в России

Видео
Что думает об отравлении Сергея Скрипаля бывший посол Великобритании в России

Корреспондент RTVI Артем Филатов обсудил с экс-послом Великобритании в России Тони Брентоном дело об отравлении бывшего российского разведчика в Солсбери.



В статье в Guardian вы написали, что отношения между Россией и Великобританией находятся на опасном уровне. Что означает «опасный уровень»?

У нас остается очень мало открытых каналов коммуникации на данный момент.  Очень маленький контакт между Кремлем и офисом премьер-министра, между нашими министерствами иностранных дел, на других уровнях. И это очень тревожно для двух держав, которые обе проводят военные операции в небе над Сирией, имеют совместные интересы в Иране и так далее. В нормальных обстоятельствах мы должны были бы общаться больше, чем на данный момент.

С чем связана жесткая риторика Терезы Мэй в ее выступлениях перед парламентом?

Я считаю, у  ваших зрителей не должно быть никаких иллюзий по поводу того, насколько разозлены в Великобритании как министры, так и простые люди, тем, что произошло в Солсбери. Химическое оружие, которое находится под запретом, было использовано против двух людей напрямую – Сергея и Юлии Скрипаль. Также в результате применения серьезно пострадал полицейский, а все остальные люди подверглись угрозе.  Это было ужасное деяние, и у нас есть четкие улики, что именно Российское государство является организатором. И неизбежно – люди очень разозлены этим.

Насколько это точные сведения?

Я предполагаю, что у нас есть разведка, ее сведения. И это причина, по которой вчера, как вы видели, французское, немецкое и американское правительства полностью поддержали британскую позицию, хотя изначально реагировали достаточно неспешно. Это предполагает, что мы предоставили им материалы, которые поддерживают позицию Британии. И даже из того, что известно в публичной сфере, отравляющий агент «Новичок» известен экспертам как то, что только Россия когда-либо производила и чем владела. И даже этот отдельно взятый факт очень четко указывает на Россию.

Как будет развиваться ситуация дальше, с вашей точки зрения?  

Сейчас многое зависит от того, как Россия ответит на те меры, которые мы объявили на этой недели. Я был британским послом в Москве в то время, когда был убит Александр Литвиненко. И это убийство, опять же, было организовано Россией, у нас есть неопровержимые доказательства этому. Мы тогда ввели ряд мер, выслали некоторых дипломатов из Лондона. Российские власти ответили высылкой некоторых моих подчиненных,  дипломатов. И с того момента мы вошли в режим очень холодных отношений на продолжительное время.

Сейчас если Россия ответит симметрично на наши меры, то я полагаю, что события будут развиваться по такому же сценарию, как в ситуации после убийства Литвиненко. Но если Россия отреагирует  чрезмерно [то есть превысив наши меры – прим. RTVI], и повысит уровень конфронтации, то я полагаю, что мы и наши партнеры, которые поддерживают нашу позицию, объявят новый пакет мер против России.

Мы не приветствуем ответные меры со стороны России, поскольку считаем то, что сделала Россия – абсолютно неприемлемо. Но мы понимаем высокую вероятность таких мер. Вопрос в том, будут они пропорциональными тому, что мы сделали, или превосходящими наши меры. Если они превзойдут наши меры, то, я считаю, мы готовы предпринять еще больше.

Как вы оцениваете заявления премьер-министра Терезы Мэй в отношении России? В России оно было воспринято как чрезмерное.

Ее заявление было предельно четким. Она сказала, что это [отравление] произошло. И  это было чудовищное, незаконное применение силы в суверенной стране. Мы сейчас предприняли те меры, которые предприняли: высылаем 23 российских дипломата, предпринимаем шаги, направленные на то, чтобы России было сложнее совершать такие вещи снова. Цель этих мер – не просто наказать Россию, а продемонстрировать, что существует высокая цена таких вещей  и что лучше иметь хорошие отношения, чем плохие. Хочется верить, что Россия выучит этот урок, но посмотрим.

The Telegraph со ссылкой на британские спецслужбы пишет, что Юлия Скрипаль могла привезти «Новичок» в чемодане из Москвы. Как вы оцениваете эту версию?

Во-первых, мы точно не знаем, поскольку появляется очень много версий. Это выглядит как один из возможных вариантов, но мы посмотрим. Во-вторых, это никак не влияет на вопрос о виновности российского государства. Этот вопрос основан на том, какая субстанция была использована, и на том, что только Россия владеет этим веществом. И в третьих, в отличие от дела Литвиненко, когда мы идентифицировали тех, кто это сделал, Андрея Лугового и Ковтуна, поскольку у нас был очень четкий набор доказательств. В деле Скрипаля куда менее вероятно, что мы сможем установить преступников, если они никогда не приезжали в Великобританию.