Эфир
00:04
24 Марта 2018 г.
Саркози, Каддафи и 50 миллионов евро. Эксклюзивное интервью журналиста, который довел президента Франции до тюрьмы
Поделиться:

Саркози, Каддафи и 50 миллионов евро. Эксклюзивное интервью журналиста, который довел президента Франции до тюрьмы

/
Фотография:
WikiComons

Экс-президенту Франции Николя Саркози спустя пять лет расследования все же предъявили обвинения в незаконном финансировании избирательной кампании. Речь о президентской гонке 2007 года — предполагается, что Саркози получил десятки миллионов евро от бывшего ливийского лидера Муаммара Каддафи. Сейчас французский политик находится под судебным контролем — эта мера схожа с подпиской о невыезде, но может включать и другие ограничения. Его задержали во вторник и весь день допрашивали. Позже сын Каддафи заявил, что у него и нескольких бывших руководителей Ливии есть серьезные доказательства вины Саркози, в том числе запись их первой встречи с Каддафи в Триполи, еще до начала президентской гонки. О том, что Саркози получал деньги от Каддафи, несколько лет назад рассказал бизнесмен Зияд Тикиддин. Он даже назвал сумму — 50 миллионов евро. Материалы расследования тогда опубликовал французский портал Mediapart. О деталях этого дела шеф-редактор сайта Франсуа Бонне рассказал в эксклюзивном интервью RTVI.



Расскажите, когда и с чего начиналось ваше расследование?

Это очень долгое расследование. Первая статья по делу о «Ливийских деньгах» Николя Саркози вышла в июле 2011 года под заголовком «Саркози: большое ливийское подозрение». Зачем мы опубликовали это? За несколько недель до этого мы подняли архивы посредника, которого зовут Зияд Такиеддин. Это известный бизнесмен - он прославился прежде всего в делах, связанных с торговлей оружием. Речь, к примеру, о ряде контрактов, подписанных с Пакистаном в 1994 году.

В этих архивах господина Такияддина мы обнаружили, что с 2005 года он занимается организацией серии встреч между близкими к Николя Саркози людьми и ливийцами. Саркози на тот момент министр внутренних дел, позднее он станет кандидатом на пост президента. Мы обнаружили связь между соратниками Николя Саркози и режимом Муаммара Каддафи. И именно господин Такиеддин организует тайные встречи, поездки французских чиновников и помощников Саркози в Ливию. Все это происходит полтора-два года подряд, вплоть до встречи Саркози и Каддафи накануне президентских выборов 2007 года. Были и другие встречи с представителями ливийского режима.

Начиная с лета 2011 года мы опубликовали серию расследований, в которых рассказывается об отношениях между командой Саркози и режимом Каддафи. Затем в апреле 2012 года мы опубликовали документ, так называемый «ливийский документ», который является своего рода протоколом о взаимопомощи, за подписью главы секретной службы Муаммара Каддафи, человека по имени Мусса Кусса, который сейчас живет в изгнании в Катаре. Согласно этому протоколу о взаимопомощи ливийский режим соглашается финансировать президентскую кампанию Николя Саркози на сумма в 50 миллионов евро.

Этот документ нам передали. Он достался нам от источников, надежных, с которыми мы уже работали на протяжении долгого времени. И прежде, чем его публиковать, мы провели немало экспертиз. Саркози подал на нас в суд за клевету, но после 4 лет разбирательств суд постановил, что никакой фальсификации не было, документ настоящий. Саркози проиграл дело, а французское правосудие путем экспертного анализа постановило: документ подлинный. После его публикации в 2012 году начался настоящий шквал реакций, а годом позднее французское правосудие приняло решение открыть дело о возможном финансировании Ливией Николя Саркози. И вот, спустя годы, бывшему президенту предъявлены обвинения в коррупции.

Как вы можете описать  отношения Саркози и Каддафи?

Нужно понимать, что мы говорим в первую очередь о режиме Каддафи, одной из худший диктатур, которая в 80-х и 90-х годах финансировала террористов, целые партизанские движения в Африке. В начале 2000-х Каддафи захотел интегрироваться в международное сообщество. Для этого было необходимо заручиться поддержкой, он начал диалог с рядом государств, с их руководителями. Каддафи захотел спасти себя и свой режим, как бы за счет интеграции в мировое сообщество. Саркози и его окружение встречаются с Каддафи и находят общий язык. Из этого выльется и официальный визит Муаммара Каддафи во Францию по приглашению Парижа, как только Саркози станет президентом. Это было нечто невообразимое!

Это ведь был не первый раз. Саркози уже предъявляли обвинения по другим делам. Например, так называемое дело Бетанкур, которое тоже возникло после публикации в Mediapart (о злоупотреблении доверием Лилиан Бетанкур, главы L’Oreal — прим. RTVI).

Но если вы прочитаете мотивацию судебного приговора, то поймете, что для Саркози это было унизительно. Пусть его не обвинили, но факты остались фактами.

То есть те факты нельзя было квалифицировать с точки зрения уголовного кодекса, соответственно не может быть и наказания по целому ряду юридических причин. Факты есть факты, и мы не ошиблись. Сейчас ему снова предъявлены обвинения, его будут судить и по двум другим делам: по делу о финансировании президентской кампании 2012 года, которую мы называем «Бигмальон». А здесь уже коррекционный суд будет выносить решение. Есть и другая история — «дело Поля Бисмута». Это довольно удивительное дело: Саркози пытался  оказать давление на судей - еще одно расследование, которые опубликовал Mediapart. Конечно, после всего этого отношения с Саркози у нас ничтожные. Но мы делаем нашу работу журналистов, если он недоволен — это его право, он может им воспользоваться в суде. Наша работа — проводить журналистские расследования.

На ваш взгляд, после ухода Саркози на политическую пенсию, сохраняет ли он важность сегодня, какова его роль?

Он остается важной политической фигурой. Во-первых, потому что он попытался стать кандидатом в президенты год назад, хоть в ходе праймериз он потерпел поражение. Но он до сих пор остается эталонной фигурой для французских консерваторов. Например, Лоран Вокье, который стал лидером главной оппозиционной партии «Республиканцев», чтобы противостоять Эмманюэлю Макрону, был избран при активной поддержке Николя Саркози. Николя Саркози продолжал навязывать свои политические, программные идеи правому лагерю. Да, он ушел на пенсию, и я думаю, что его возвращение к политике крайне скомпрометировано, но он остается влиятельным человеком для правых.

Очевидно, что эта затея Саркози с Грузией была лишь чистым политическим пиар ходом. Это позволило ему в тот момент, когда он становился президентом республики, летом 2008 года подняться в рейтинге общественного мнения. Мол, «посмотрите, я сторонник мира».

Но мы прекрасно знаем, что условия соглашения были продиктованы Москвой. Конечно, он имел какое-то дело к этому документу, но вряд ли он являлся его автором. Это была чистая постановка Николя Саркози, внезапно ставшего международной звездой — он и за мир в Грузии, и за европейские соглашения с Меркель, и за сотрудничество с Джорджем Бушем в борьбе с терроризмом. Как только его избрали, Саркози хотел завоевать главное место на политическое арене. Что касается грузинской войны, я думаю, он просто поддержал то соглашение, которое ему навязали. Но не он сам составил этот план, этот план по большому подготовила Москва, или вовсе полностью написала.