• 17.98
  • 65.53
  • 75.92
  • 6670.69
Эфир
22:12
6 Июля 2018 г.
Виктор Вексельберг: «Америка и Китай — экономические сиамские близнецы». Эксклюзивное интервью RTVI
Поделиться:

Виктор Вексельберг: «Америка и Китай — экономические сиамские близнецы». Эксклюзивное интервью RTVI

Видео
Виктор Вексельберг: «Америка и Китай — экономические сиамские близнецы». Эксклюзивное интервью RTVI
Фотография:
Артем Геодакян / ТАСС

В рамках Международного конгресса по кибербезопасности председатель совета директоров группы «Ренова» Виктор Вексельберг дал эксклюзивное интервью журналисту RTVI Марианне Минскер.


Он рассказал:

  • Каких экономических последствий ждет от встречи Дональда Трампа с Владимиром Путиным

  • Почему считает, что США и Китай все-таки не развяжут очередную торговую войну

  • Зачем, даже занимаясь инновационными бизнес-проектами, ограничивает себя в использовании современных технологий

Виктор Вексельберг
Частью проблемы кибербезопасности являются вопросы защиты личной жизни и не только личной жизни. И вопросы, связанные с защитой ваших персональных данных, информации, что, безусловно, является частью этой большой проблемы. Вопрос, который вы задали больше относится не к технологическим проблемам, связанным с разработкой определенных сложных систем, обеспечивающих доступ и сохранение данных, а больше к вопросу регулирования и правообразования.

И это как раз такой существенный челлендж для законодателей. Каждая страна на сегодняшний день, как ни странно, решает это по-своему. Нет единой выработанной системы определения доступа к частной жизни, защиты прав и так далее. Поэтому я думаю, что этот вопрос и сегодня является важным вопросом для дискуссии и на этой конференции. Я думаю, мы услышим много интересного. И вчера была определенная дискуссия на эту тему. Поэтому проблема есть, а ответа пока нет.
Марианна Минскер
Герман Греф говорит, что частной жизни больше не будет как таковой. Вы согласны с этим?
Виктор Вексельберг
В нашем обыденном, традиционном понимании, думаю, да. Думаю, что уже сегодня системы, которыми мы с вами пользуемся, многочисленные гаджеты, многочисленные информационные системы, которые мы используем, по сути, обеспечивают доступ к тому, чтобы любой интересант мог знать, где вы, что вы, что вы делаете.

Я уж не говорю, что в будущем будут знать, о чем мы думаем. Поэтому в нашем классическом понимании защиты частной жизни, она, наверное, безусловно, трансформировалась. А вот во что, с какой скоростью, и как это будет синхронизировано с общественным сознанием, — это еще большой открытый вопрос
Марианна Минскер
Вы готовы были бы отказаться от гаджетов, телефонов, еще каких-то вещей, которыми мы пользуемся ежедневно, если бы знали, что они точно небезопасны, и невозможно сделать их безопасными?
Виктор Вексельберг
Вы знаете, как ни странно, несмотря на мою активную позицию в области инноваций, я отношу себя к категории человека другой формации. Я люблю читать книги в их бумажном варианте, а не в электронном. Я очень ограниченно пользуюсь системами гаджетов. Для меня человеческая коммуникация — это все-таки важнейший фактор и элемент существования человеческой цивилизации как таковой.

Поэтому я-то, вообще, как человек и личность, буду стремиться к тому, чтобы защищать этот элемент и фактор для того, чтобы мы находили разумные компромиссы между передовыми технологиями и сохранением человека с его полнотой чувств, эмоций, нравственных ценностей и так далее. Я думаю, что это очень важно.
Марианна Минскер
Немного о другой теме. Началась торговая война между США и Китаем. Какие ваши прогнозы? Чего сейчас нужно опасаться?
Виктор Вексельберг
В этом контексте я более оптимистичен. Я не верю в полномасштабную торговую войну с двух сторон, потому что с двух сторон очень разумные люди. Мне кажется, президент Соединенных Штатов — это человек, который, имея за своими плечами огромный опыт в сфере бизнеса, пользуется ситуацией для того, чтобы добиться определенных преференций. Это непросто. Это лезвие бритвы. Надо пройти по краю, уметь балансировать.

Но, глядя как он это делает, это вызывает определенное восхищение его наглостью в хорошем смысле этого слова, я имею в виду в коммерческом. Очень важно, чтобы он не переступил границу, которая может привести к уже неуправляемым последствиям. Думаю, этого не произойдет. Мы являемся свидетелями, скорее, не войны, а такой классической ситуации, когда каждая сторона хочет добиться своего конкретного коммерческого результата.

Я думаю, компромисс между Америкой и Китаем будет найден. Потому что они нуждаются друг в друге. Я считаю, что это такие экономические сиамские близнецы. Они не смогут жить отдельно. Америка — огромный рынок. У Китая огромный трудовой потенциал. Думаю, решение будет найдено.
Марианна Минскер
При этом Трамп сказал, что он собирается поладить с Китаем.
Виктор Вексельберг
Я поэтому и говорю.
Марианна Минскер
А с Россией? Ведь скоро будет встреча с Путиным.
Виктор Вексельберг
Вы знаете, опять же, вот вводят пошлины. На сегодняшний день, если я не ошибаюсь, объявлена цифра в три-четыре миллиарда для объемов торговли между Америкой и Китаем. Это просто сигнал к тому, что давайте договариваться. Это пока еще не сильно материальная история. Мы являемся свидетелями приблизительно того же, что происходит с Европой. Вот мы не будем вводить пошлины на автомобили, а вы тогда не делайте еще чего-то. Идет переговорный процесс.

В этом переговорном процессе, на этом ландшафте, я надеюсь, наконец-то и мы появимся. Понимание, что мы с огромным потенциалом во всех отношениях: это не только наши физические ресурсы, но это и наши интеллектуальные способности, и экономические возможности России… Конечно же, Россия должна быть частью этих процессов.

И то, что состоится встреча, которая косвенно подтверждает то, что Трамп декларирует желание поладить с Россией, говорит о том, что он хочет видеть Россию участником этих процессов. Опять же, это рационально. Это абсолютно рационально, потому что Россия должна быть участником процессов. Я думаю, у всех хватит здравого смысла для того, чтобы через какой-то период вернуться по крайней мере к формату диалога. И это принципиально.
Марианна Минскер
Что лично вы ждете от этой встречи Путина и Трампа? Какие темы будут обсуждаться в первую очередь? Какие надо бы обсудить: ситуацию на Украине, в Сирии, антироссийские санкции? Что в приоритете?
Виктор Вексельберг
Вы знаете, лично я уже рад. То, что казалось таким отдаленным и непредсказуемым, и вдруг неожиданно состоится через десять дней... Это говорит о том, что мир движется значительно быстрее, чем мы можем предполагать. Я не политик. У меня, может быть, нет всего того объема информации, особенно в международном плане, который бы позволил дать вам профессиональный ответ.

Я выражаю надежду на то, что два лидера найдут формат, в котором диалог будет продолжен. Диалог непростой. Диалог сложный, вы абсолютно правы. Перечень вопросов очень непростой. Но если есть желание найти решение, желание быть услышанным и понятым, значит дорогу осилит идущий. Поэтому давайте пожелаем нашим лидерам ума, терпения, мудрости.

Тут сложно мне говорить. Я, наверное, воздержусь от каких-то конкретных комментариев. Я как бизнесмен хотел бы подчеркнуть, что, конечно же, потенциал взаимодействия России и Америки огромен. Очень жалко, что этот потенциал на сегодняшний день абсолютно не реализуется. Огромная синергия объединения усилий, знаний, компетенции в интересах двух стран, в интересах всего человечества — это надо осознать, и этим надо пользоваться.
Марианна Минскер
От чего зависит реализация этого потенциала?
Виктор Вексельберг
Как раз зависит от достижения тех договоренностей между государствами. Потому что на сегодняшний день мы, конечно же, являемся свидетелями того, что политическая доминанта является главенствующей. Прекрасно понимая, что экономика могла бы служить очень хорошим драйвером установления позитивных процессов, все-таки политические приоритеты сегодня доминируют.

Непростая ситуация и в Америке как таковой, безусловно, влияет на это. Поэтому, еще раз говорю, очень важно найти политические рамочные договоренности, которые могут лечь в основу развития наших экономических отношений.
Марианна Минскер
Не могу не спросить про вашу ситуацию с американскими активами.
Виктор Вексельберг
Я должен придумать какой-то ответ, который бы всех удовлетворил. Процесс длинный. Я оптимист. Воздержусь от комментариев. Всего хорошего.
Марианна Минскер
Спасибо.