Израиль
12:58
20 Мая 2018 г.
Министр обороны Израиля Авигдор Либерман о событиях в секторе Газа
Поделиться:

Министр обороны Израиля Авигдор Либерман о событиях в секторе Газа

Видео
Министр обороны Израиля Авигдор Либерман о событиях в секторе Газа
Фотография:
Edward Kaprov photojournalist / WikiCommons

После открытия посольства США в Иерусалиме на границе с сектором Газа начались новые столкновения. Как в Израиле отреагировали на провокации ХАМАС в эксклюзивном интервью RTVI рассказал министр обороны Авигдор Либерман.


Евгений Сова: Добрый вечер, министр обороны Авигдор Либерман.

Авигдор Либерман: Добрый вечер.

Е.С.: Непростая неделя — мы оказались почти на грани полномасштабного конфликта с ХАМАСом?

А.Л.: Неделя действительно непростая, но последнее, что хочет сегодня ХАМАС или ищет — это конфликт с Израилем, потому что ему понятно, чем все закончится. Именно поэтому они стараются играть на грани фола. С одной стороны, эти марши террора. С другой стороны, они ни в коем случае не хотят перевести это в плоскость полномасштабного конфликта, потому что результат заранее известен.

Е.С.: Это оценка спецслужб, военной разведки что ХАМАС не хочет конфликта?

А.Л.: Ну, мы слышали сегодня лидера ХАМАСа в Газе. Он сам об этом говорил. Своими устами. Понятно, что ХАМАС, который сегодня уже после трех недель таких попыток больших прорвать нашу границу. ХАМАС, который сам признал, что более полусотни его боевиков погибли на границе Израиля. Я думаю, что там все ясно. Именно поэтому Ихья Синвар, лидер ХАМАСа в секторе Газа заявил перед камерами, что ХАМАС не хочет полномасштабной конфронтации, они не ищут эскалации и его посыл был очень очевиден.

Е.С.: А зачем тогда ХАМАС все это затевал? Как в Израиле понимают стратегическую цель ХАМАСа?

А.Л.: Стратегическая цель ХАМАСа — снять блокаду. Не для развития экономики, а для того, чтобы беспрепятственно заниматься контрабандой оружия, привозить в Газу эмиссаров Ирана. А средство — привлечь общественное мнение. ХАМАС относится к собственному населению как еще одна разновидность оружия. Еще один вид вооружения. Есть ракеты, а еще есть женщины, дети и так далее — они используют это в виде живого щита. Все эти манифестации, все это ХАМАСа необходимо, чтобы привлечь якобы сердобольных жителей Запада, которые сильно волнуются.

Е.С.: С другой стороны, ХАМАС остается сувереном в Газе. Почему тогда на ваш взгляд население не пытается свергнуть режим ХАМАСа в секторе, получается, что палестинцев устраивает власть ХАМАСа в Газе?

А.Л.: Во-первых, население Газы крайне недовольно тем, что происходит. Недовольно ХАМАСом. Мы это отслеживаем по соцсетям. Любой человек может это увидеть недовольство в социальной сети. Это жестокий режим. Они действуют как настоящие канибалы. Берут малых детей, посылают взрываться, надевают на пятилетних детей пояса смертников. Мы видели весь вандализм этой толпы, которая разгромила КПП Керем Шалом, через который попадает 80% газа, нефтепродуктов. Они сами себе разгромили. Можно только представить, чтобы бы было, если бы мы вели себя менее жестко и вся эта толпа ворвалась бы в поселение Керем Шалом или в кибуц Нахаль Оз.

Е.С.: По поводу этой толпы… В результате столкновений, как вы сказли и как говорит ХАМАС, это боевики. Но вот в международных СМИ довод Израиля о том, что это самооборона, что это мера в рамках правил не принимается. Все сравнивают и как говорят, как такое может быть. У Израиля 0, а у палестинцев — 60. Как вообще можно бороться с таким тезисом?

А.Л.: Нет сомнений, что на Запале предпочли бы видеть наоборот. Кроме того, этот праздник лицемерия — он традиционный. В Сирии погибли уже 600 тысяч. Каждый день на Ближнем Востоке прогибают сотни людей, в Ираке, Йемене, Ливии, это нормально. А вот когда Израиль защищается и мы уничтожаем тех боевиков, которые пытаются прорваться, нам начинают указывать.

Е.С.: Эти люди были вооружены?

А.Л.: Они все были вооружены, они пытались подложить бомбы, они приходили с большими плоскогубцами, вооруженные калашниковыми. У нас судя по всему, Запад решил, что мы не имеем право защищаться и мы должны позволить ХАМАСу убивать наших граждан. Ничего не изменилось, история ничему не учит. В 1939 году все знали, что Германия хочет уничтожить евреев. Но евреям в Европе продолжали не выдавать сертификаты тем, кто хотел покинуть Европу и уехать в Палестину. Уже когда знали, что происходит в лагерях смерти, никто их не бомбил, не уничтожал. Так что ничего нового в подходе Запада, увы, нет.

Е.С.: На этой неделе вы сказали, что у перевода посольства есть своя цена. И она оправдана. Неужели есть что-то, что дороже человеческой жизни? Что вы имели ввиду вашим заявлением?

А.Л.: Реализация любой национальной идеи никогда не проходит гладко и даром. Когда мы говорили тысячи лет — «В следующем году в Иерусалиме» или «Да отсохнет моя правая рука, если забуду тебя Иерусалим» — это не просто лозунги. Все тысячи лет мы молились чтобы вернуться в Иерусалим и это наша столица. К сожалению, это решение наши недруги пытались все время оспаривать. Они все предпочитают собственную выгоду каким то человеческим ценностям. И поэтому когда решение было принято и посольство было переведено, стало понятно, что оно будет использовано как предлог.

Е.С.: И это есть цена?

А.Л.: ХАМАС в любом случае даже не ища предлога, пытается убивать наших граждан. Конечно же он использовал этот предлог и попытался мобилизовать людей. Никаких там спонтанных демонстраций не было. Нужно еще раз понимать под какими лозунгами проходили там демонстрации. Не желание выстроить экономические связи, не желание сделать жизнь лучше или идея сосуществования. Лозунг ХАМАСа очень простой — уничтожим сионистское образование и вернем всех беженцев в Яффо, Хайфу, Цфат.

Е.С.: Вы говорите с одной стороны, что это соседи Израиля, то есть ХАМАС — террористы в Газе, в мире многие их считают террористами. С другой стороны, в чем тогда заключается стратегия Израиля в отношении этого соседа? Ведь пройдет еще год, два, три, так всю жизнь, что потом в Израиле скажу — прозевали, ХАМАС стал сильнее, мощнее.

А.Л.: Это классический наивный подход. Я уже говорил, в том числе в интервью вам. Наша стратегическая ошибка произошла тысячи лет назад, когда Моисей привел нас на Ближний Восток, а не на границу Швейцарии и Италии. Это наверное самый проблематичный регион в мире. И на наших границах весь букет террора представлен. Хизбалла в Ливане, ИГИЛ на Синае, ХАМАС в Газе, Аль-Кайда в Сирии. Это тот реальный контур, который вокруг нас существует. Мы живем в сложном и неспокойном регионе. Не все зависит от нас. Для танго нужно двое. Мы хотим жить в мире, развивать науку, технологию, но соседей не выбирают. Это те, кто присутствуют рядом с нами и я не знаю двух арабских государств на Ближнем Востоке, которые в ладу друг с другом. Там постоянно ссорятся. К сожалению, Ближний Восток не станет Бенелюксом или Скандинавией в ближайшие 70 лет.

Е.С.: Ихья Синвар, глава ХАМАСа заявил, что Израиль и ХАМАС были близки к соглашение об обмене на тела военнослужащих. Вы можете прокомментировать эти слова.

А.Л.: Это психологическая война. ХАМАС играет на больных точках нашего общества, в том числе и те солдаты и наши граждане находятся в плену ХАМАСа. За эти годы ХАМАС ни разу не допустил к ним представителей Красного креста, чтобы мы могли узнать, что происходит.

Е.С.: Так ведутся переговоры или нет?

А.Л.: Я не буду вдаваться в подробности. Скажу только, что в этом здании есть целый отдел, который занимается этим вопросом. Они ничем другим не заниматься, кроме одного - вопросом наших пленных.

Е.С.: Ряд ваших коллег — министров, входящих в узкий кабинет во вопросам безопасности на этой неделе заявили, что Израилю следует взвесить возвращение к практике точечных ликвидаций в ответ на беспорядки ХАМАСа . Как вы это рассматриваете такой вариант?

А.Л.: Если бы они говорили меньше, было бы лучше. Лучше для безопасности Израиля. К сожалению у нас есть это желание все время выпячивать себя и все время болтать. Это не способствует безопасности страны.

Е.С.: Но у них такой же голос, как у вас, в кабинете министров.

А.Л.: Тем не менее, я считаю, что надо меньше болтать. Это полезнее для безопасности.

Е.С.: Давайте поговорим про Иран. На прошлой неделе вы были в США. В самый разгар вашего визита, премьер-министр Нетаниягу сделал заявление и показал материалы, добытые Моссадом в Иране. Очень простой, насколько это может показаться просто, вопрос. К чему готовятся в Израиле в ближайшие месяцы?

А.Л.: Мы отнюдь не страдаем манией величия. Мы не великая держава. Есть США, Россия, Китай, Совбез, Европа. Мы прежде всего думаем о нашей безопасности. Наша главная задача — не допустить иранского усиления вокруг наших границ.

Е.С.: Мы говорим в основном про Сирию.

А.Л.: Прежде всего, мы говорим про Сирию. У Ирана есть желание попытаться превратить всю Сирию в передовой форпост против Израиля. Мы этого не допустим. Этим мы занимаемся каждый день и пока успешно.

Е.С.: Если ссылаться на иностранные СМИ, то этим Израиль занимается уже шесть лет, с того момента как в Сирии началась война. Я говорю про ближайшие 90 дней, когда в силу вступят санкции. Как вы видите следующий этап? Европа выходит или нет из договора? Что будет?

А.Л.: Европа не хочет выходить из договора. Это все та же Европа, которая в 1938 года пошла на Мюнхенские соглашения. С нашей стороны, договор с Ираном ничем не отличается от соглашения в Мюнхене. С нашей стороны мы сделаем все, что нужно сделать.

Е.С.: Иранская тема была также предметом переговоров в Москве между Нетаниягу и Путиным, кроме участия в Параде Победы, говорили об Иране. Как вы оцениваете перспективы этого визита.

А.Л.: У нас выстроились особые отношения с Россией. Нам понятно, что часто наши интересы не совпадают, особенно по Сирии. Вместе с тем, возможность вести открытый диалог позволяет избежать лишних конфликтов и трений.

Е.С.: Вы в свое время были противником соглашения о примирении с Турцией. На этой неделе Эрдоган вновь обрушился с критикой. Ваше мнение по поводу отношений с Турцией.

А.Л.: Я сказал еще до того как правительство утвердило это «соглашение о примирении», что это не работает. Может лет через 30 можно будет взять протокол и прочитать. Я однозначно сказал, что это до поры до времени. При первом удобном случае Эрдоган будет обвинять Израиль во всех грехах. Я тогда голосовал против такой позиции и считал, что нельзя было извиняться перед Турцией.

Е.С.: Все скажут, Либерман был прав и что делать дальше?

А.Л.: Ничего не надо делать. Мы знаем, кто такой Эрдоган. И в следующий раз не спешить извиняться чтобы умирить Эрдогана.

Е.С.: То есть вы видите полный разрыв отношений с Турцией? Вот, пример с Россией показывает, что они с ними сначала поругались, а потом помирились…

А.Л.: Никто не говорит про разрыв отношений. Почему именно сейчас Эрдоган так себя ведет? Потому что у него выборы. Он хочет понравиться исламистам. Мобилизовать всех басмачей внутри Турции. Ничего лучшего он не нашел, чем обвинять во всех грехах Израиль. Это очень цинично разыгрывать эту карту. 24 июня там выборы, и он хочет добиться результата. Именно поэтому есть вторжение в Сирию, убиты курды, это колониальная политика, когда Турция пытается изменить демографию в регионе вкупе со словесной атакой на Израиль. На этом он строит свою предвыборную кампанию.

Е.С.: Но вы же сами сказали, что на Ближнем Востоке любят силу. Как ответить Турции, нельзя молчать…

А.Л.: Мы ответили и вполне достойно. Молчать мы явно не собираемся, только кричать с каждого угла тоже не эффективно.

Е.С.: Министр обороны Авигдор Либерман, спасибо.

А.Л.: Спасибо!

Хотите узнавать все самое важное от RTVI первыми? Подписывайтесь на наш телеграм-канал.