23 мин
3

Мультимедийные проекты

Победители международного конкурса фотожурналистики World Press Photo 2025: истории и долгосрочные проекты

18.04.2512:15

114_South America_Long-Term Projects_Federico Ríos-2

Организаторы международнародного конкурса документальной фотографии и фотожурналистики World Press Photo 2025 представили региональных победителей в категориях: истории и долгосрочные проекты. Фотопроекты, посвящённые человеческим историям, борьбе за права и последствиям глобальных кризисов. Среди них — хроника репрессий в Сальвадоре, путь мигрантов через джунгли Дарьена, жизнь курдских колбаров на иранской границе, сопротивление афганских женщин талибскому* режиму и последствия засухи в Амазонии. Эти работы фиксируют хрупкость мира и силу человеческой стойкости.

Африка

Истории: «Озеро погрузилось в тишину» (Aubin Mukoni)

Множество историй переплетаются на озере Киву — величественном озере на границе Руанды и Демократической Республики Конго. Под спокойной красотой водной глади и рыбацких деревушек, окружающих его, скрывается нестабильность и неопределённость. Изменение климата приводит к учащению штормов, потеплению воды и сокращению запасов рыбы. Загрязнение пластиковыми отходами и обнаружение залежей метанового газа в донных отложениях озера угрожают будущему этой хрупкой экосистемы. Этот проект представляет собой многогранный документ о сложной сети взаимозависимости, эксплуатации и уважения, которая связывает людей с их природной средой.

Самбаза — местные сардины озера Киву — попали в сети. Несколько факторов, включая чрезмерный вылов и наличие газодобывающих установок, угрожают популяции самбазы. Гома, ДРК, 20 марта 2024 годаAubin Mukoni / World Press Photo

Женщины продают самбазу на оживленной улице Ронд-Пуант Рушуру в городе Гома, ДРК, 13 апреля 2024 годаAubin Mukoni / World Press Photo

Эмануэль Чабала (33 года) присматривает за двумя из своих пятерых детей, пока раскладывает сети перед своим домом. Гома, ДРК, 17 апреля 2024 годаAubin Mukoni / World Press Photo

Рыбаки возвращаются на берег. Гома, Северное Киву, ДРК, 20 марта 2024 годаAubin Mukoni / World Press Photo

Долгосрочные проекты: «Женские тела как поле битвы» (Cinzia Canneri / Association Camille Lepage)

В 2017 году Чинция Каннери начала документировать жизнь женщин из Эритреи, бегущих от репрессивного режима своей страны. С начала войны в регионе Тыграй на севере Эфиопии в 2020 году её проект расширился и включил истории тыграйских женщин, спасающихся от вооружённого вторжения. Женщины пережили ранения, пытки и систематическое сексуальное насилие, однако из-за социальной стигматизации, нехватки медицинской помощи и ограниченного доступа журналистов их страдания остаются недостаточно освещёнными в СМИ. Усиливая голоса и истории выживших, проект переосмысляет понятие устойчивости как сложного коллективного противостояния боли, травме и утратам.

Йоханна (22 года) отдыхает рядом со своей матерью после лечения осложнений, возникших после удаления почки. Йоханна была ранена выстрелом эритрейских полицейских на границе и очнулась в больнице, где узнала, что у неё удалили одну из почек. Аддис-Абеба, Эфиопия, 31 октября 2017 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Несмотря на пережитую травму, девушки находят силу и поддержку в общении друг с другом, укрепляя стойкость, уверенность в себе и коллективное единство. Лагерь беженцев Ум-Ракуба, Гедареф, Судан, 4 июня 2021 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Зайид (23 года, имя изменено) показывает шрам от пули. Зайид была изнасилована в лагере беженцев в регионе Амхара. При побеге в Аддис-Абебу вместе с семьёй она и её сестра были ранены выстрелами солдат Амхары. Аддис-Абеба, Эфиопия, 30 ноября 2022 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Экспонаты в Музее Мемориала Мучеников, принадлежавшие женщинам, пережившим изнасилования. Изначально музей был посвящён борьбе тыграйцев против эфиопских сил; после начала войны в 2020 году силы Национальной обороны Эфиопии (ENDF) превратили его в тюрьму, где тыграйских женщин подвергали изнасилованиям и пыткам. Мекелле, Тыграй, Эфиопия, 25 декабря 2023 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Циге (39 лет, имя изменено) и её пятилетняя дочь обнимаются. Циге была изнасилована эритрейскими солдатами в начале войны. Вскоре после этого её муж ушёл от неё. Женщины, подвергшиеся изнасилованию во время войны, почти всегда остаются без поддержки супругов. Адиграт, Тыграй, Эфиопия, 12 декабря 2023 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Мархауит (21 год, в центре) ведёт группу женщин-солдат в радостном выкрике. Многие из них — несовершеннолетние, вступившие в армию Тыграя ради безопасности. Лидеры, такие как Мархауит, оказывают эмоциональную поддержку и формируют чувство единства и цели. Неблет, Тыграй, Эфиопия, 7 апреля 2024 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Несмотря на огромные трудности, молодые беженки-тыграйки находят время для ухода за собой и общения. Социальные связи играют решающую роль в поддержке, помогая им справляться с травмой, сохранять чувство нормальности и заново выстраивать свою идентичность. Шире, Тыграй, Эфиопия, 26 марта 2024 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Жайнеш (38 лет) и Салем (40 лет), имена изменены, представляют собранные ими данные о сексуальном насилии в ходе войны в Тыграе. Правительства Эфиопии и Эритреи до сих пор не признали факты военных преступлений или сексуального насилия, совершённых их вооружёнными силами. Шераро, Тыграй, Эфиопия, 22 декабря 2023 годаCinzia Canneri / Association Camille Lepage / World Press Photo

Азиатско-Тихоокеанский регион и Океания

Истории: «Больше никакого обезьяньего безумия в Тайском городе» (Chalinee Thirasupa / Reuters)

Макак, которых считают приносящими удачу, давно воспринимают как часть идентичности «Города обезьян» — Лопбури, к северу от Бангкока, Таиланд. Туристы стекались туда, чтобы увидеть обезьян и покормить их фруктами. К 2020 году популяция обезьян достигла 3121 особи, но с началом пандемии COVID-19 туристы исчезли. Обезьяны стали более агрессивными: нападали на жителей, воровали еду и устраивали драки. Жители безуспешно пытались отпугивать их рогатками, и в апреле 2024 года власти начали программу стерилизации, чтобы взять ситуацию под контроль.

Мужчина распыляет спирт в сторону макак, чтобы предотвратить кражу товаров у храма Пхра Пранг Сам Йод — популярного места скопления обезьян. Лопбури, Таиланд, 25 мая 2024 годаChalinee Thirasupa / Reuters / World Press Photo

Макака нападает на сотрудника магазина напротив храма Пхра Пранг Сам Йод. Лопбури, Таиланд, 3 февраля 2024 годаChalinee Thirasupa / Reuters / World Press Photo

Макака заглядывает в боковое зеркало мотоцикла рядом с храмом Пхра Пранг Сам Йод. Лопбури, Таиланд, 3 февраля 2024 годаChalinee Thirasupa / Reuters / World Press Photo

Молодая макака с длинным хвостом лежит под наркозом, пока ветеринары из Департамента национальных парков, дикой природы и охраны растений проводят процедуру стерилизации. Лопбури, Таиланд, 25 мая 2024 годаChalinee Thirasupa / Reuters / World Press Photo

Европа

Истории: «Протесты в Грузии» (Mikhail Tereshchenko / TASS Agency)

В ноябре 2024 года граждане вышли на улицы по всей Грузии после того, как премьер-министр Ираклий Кобахидзе объявил о четырёхлетней приостановке переговоров о вступлении в ЕС. Это произошло после того, как Европейский парламент отклонил результаты недавних выборов в Грузии на фоне обвинений в фальсификациях. В столице, Тбилиси, во время массовых демонстраций вспыхнули столкновения между полицией и протестующими у здания парламента.

Протесты продолжались, несмотря на жесткие меры со стороны властей в конце декабря, когда был принят закон, криминализирующий даже символические акты протеста, такие как размещение наклеек в общественных местах.

Протестующие размахивают флагами Грузии и Европейского Союза на митинге у Грузинского музея изящных искусств, напротив здания парламента. Тбилиси, Грузия, 6 декабря 2024 годаMikhail Tereshchenko / TASS Agency / World Press Photo

Протестующая промывает глаза после применения полицией слезоточивого газа. На ней защитная лыжная маска, респиратор и садовые перчатки (чтобы поднимать горячие контейнеры с газом). Тбилиси, Грузия, 7 декабря 2024 годаMikhail Tereshchenko / TASS Agency / World Press Photo

Проспект Руставели, проходящий мимо парламента Грузии, окутан дымом после применения полицией слезоточивого газа против протестующих. Демонстранты пытались укрыться в прилегающих переулках. Тбилиси, Грузия, 7 декабря 2024 годаMikhail Tereshchenko / TASS Agency / World Press Photo

Женщина противостоит полицейским в спецснаряжении во время митинга у здания парламента Грузии на проспекте Руставели. Полиция применила водометы для разгона протестующих. Тбилиси, Грузия, 7 декабря 2024 годаMikhail Tereshchenko / TASS Agency / World Press Photo

Северная и Центральная Америка

Истории: «Место для смерти» (Oliver Farshi)

В тихом жилом районе штата Вашингтон находится особенный дом — место размышлений, горя, радости, жизни и смерти. Здесь смертельно больные люди проводят свои последние часы, окружённые заботой, состраданием и вниманием сообщества, перед тем как принять препарат, который завершает их жизнь. Этот проект исследует, как некоторые люди выбирают встретить свою смерть в этом уникальном пространстве: от вопросов общности и доступности до ухода, медицинской помощи, интимного процесса умирания и нежности переживания утраты. В то время как смерть обычно происходит за закрытыми дверями и в клинической обстановке, эти фотографии приглашают посмотреть на неизбежную часть жизни с новой точки зрения.

Вид с постели для умирания. Здесь нет постоянных жильцов. 22 февраля 2024 годаOliver Farshi / World Press Photo

Доула смерти — сопровождающая в конце жизни — готовится к уходу гостя, украшая комнату цветами. Услуга предоставляется бесплатно, поскольку основана на заботе сообщества, а не на стремлении к прибыли. 1 марта 2024 годаOliver Farshi / World Press Photo

Флакон с DDMP2 — медицинским препаратом, используемым в программах медицинской помощи при умирании (MAID). 1 марта 2024 годаOliver Farshi / World Press Photo

Тело гостьи, обернутое в саван. Эта женщина сильно простудилась и во время визита в больницу узнала, что у неё рак лёгких четвёртой стадии. 2 марта 2024 годаOliver Farshi / World Press Photo

Долгосрочные проекты: «Жизнь и смерть в стране без конституционных прав» (Carlos Barrera / El Faro / NPR)

В 2022 году президент Сальвадора Найиб Букеле и законодательное собрание страны приняли закон о введении «чрезвычайного положения», ограничивший права сальвадорцев на свободу собраний, тайну переписки и право на справедливое судебное разбирательство. Эта временная мера, направленная на борьбу с насилием со стороны банд, ответственных за высокий уровень убийств в Сальвадоре, была продлена 35 раз по состоянию на март 2025 года, фактически превратив страну в место, где массовые аресты стали нормой. Тюрьмы в Сальвадоре переполнены, часто поступают сообщения о бесчеловечном обращении, недостаточной медицинской помощи, насилии и убийствах. Этот проект сосредоточен на историях отдельных людей и их семей, чтобы показать личные страдания за государственной политикой.

Мужчину задерживают полицейские в день, когда Законодательное собрание Сальвадора утвердило «чрезвычайное положение». С тех пор было арестовано более 80 000 человек. Санта-Текла, Сальвадор, 27 марта 2022 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

Сесилия Абрего держит футболку с фотографиями своих сыновей, арестованных и заключенных в мае 2022 года. Сесилия больна раком и вынуждена искать средства как на лечение своих сыновей, так и на собственное. Сан-Сальвадор, Сальвадор, 12 мая 2023 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

Группа арестованных ожидает входа в тюрьму Илопанго. Многие из них проведут за решеткой более года без судебного разбирательства. Судебные процессы проходят групповым порядком, а не по отдельным делам. Илопанго, Сан-Сальвадор, Сальвадор, 27 сентября 2022 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

16-летнего подростка задержали, избили и пытали члены военно-морских сил Сальвадора. Усулутан, Сальвадор, 8 ноября 2022 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

Мария Елена Лосано оплакивает сына у его гроба. Её сын, Марвин Диас Лосано, заболел в тюрьме, был освобожден после того, как фотографии его истязаний стали вирусными в соцсетях, но позже умер из-за отсутствия надлежащей медицинской помощи во время заключения. Усулутан, Сальвадор, 29 июля 2024 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

Альба (28 лет) жила с родителями и собиралась выехать в США по программе рабочей визы, когда её арестовала Национальная гражданская полиция без ордера и доказательств. В тюрьме её подвергли пыткам и жестокому обращению; она стала свидетелем смертей других женщин-заключенных и выкидышей. Сан-Сальвадор, Сальвадор, 28 июня 2024 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

Андрес (28 лет) стал первым в своей семье, кто окончил университет. Спустя несколько месяцев после получения диплома инженера его арестовали государственные агенты без объяснения причин. За восемь с половиной месяцев в заключении он стал свидетелем сотен случаев тяжёлого истощения. В день освобождения его снова арестовали прямо у ворот тюрьмы — опять без объяснения. Усулутан, Сальвадор, 15 мая 2023 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

Матери сотен задержанных в ходе «чрезвычайного положения» участвуют в марше протеста, требуя улучшения условий содержания заключённых. Сан-Сальвадор, Сальвадор, 9 декабря 2024 годаCarlos Barrera / El Faro / NPR / World Press Photo

Южная Америка

Истории: «Засуха в Амазонии» (Musuk Nolte / Panos Pictures / Bertha Foundation)

Река Амазонка переживает рекордно низкий уровень воды из-за сильной засухи, усугубленной изменением климата. Этот экологический кризис угрожает биоразнообразию, нарушает экосистемы и затрагивает местные сообщества, зависящие от рек для выживания. По мере усиления засухи многие поселенцы сталкиваются с трудным выбором — покинуть свою землю ради жизни в городах, — что навсегда меняет социальную ткань этого региона. Этот проект делает последствия изменения климата, которые часто кажутся абстрактными или трудно осязаемыми, зримой и конкретной реальностью, формирующей будущее уязвимых сообществ, тесно связанных с природным миром.

Юноша приносит еду своей матери, живущей в деревне Манакапуру. Ранее деревня была доступна на лодке, но из-за засухи ему приходится идти пешком 2 километра по высохшему руслу реки Солимойнс. Амазонас, Бразилия, 5 октября 2024 годаMusuk Nolte / Panos Pictures / Bertha Foundation / World Press Photo

Элидия Каролина живет со своим партнером и двухлетней дочерью в «плавучем доме», построенном на сваях. Из-за засухи территория вокруг их дома теперь напоминает пустыню, и им приходится пешком преодолевать почти 2 километра до берега реки Солимойнс. Манакапуру, Амазонас, Бразилия, 3 октября 2024 годаMusuk Nolte / Panos Pictures / Bertha Foundation / World Press Photo

Аэрофотоснимок реки Тарума, ставшей непроходимой для судоходства из-за засухи. На ландшафте видны следы от лодочных винтов, оставшиеся до того, как река обмелела. Манаус, Амазонас, Бразилия, 4 октября 2024 годаMusuk Nolte / Panos Pictures / Bertha Foundation / World Press Photo

Мужчина тащит лодку по мелководью возле Сан-Франсиско-де-Марина. Засуха посадила плавучие дома на мель и сделала передвижение по реке практически невозможным. Манаус, Бразилия, 4 октября 2024 годаMusuk Nolte / Panos Pictures / Bertha Foundation / World Press Photo

Долгосрочные проекты: «Пути отчаянной надежды» (Federico Ríos)

Этот проект документирует опасные путешествия мигрантов, пересекающих Дарьенский пролом — 100-километровый участок густых джунглей, соединяющий Колумбию и Панаму. С 2021 года этот маршрут преодолели более миллиона человек. Они прибыли из разных стран — афганцы, бегущие от режима талибов*, венесуэльцы, спасающиеся от экономического краха, китайцы, стремящиеся уйти от авторитаризма, и многие другие — движимые стремлением к лучшей жизни. Их истории полны опасностей: бурные реки, безжалостная природа, постоянная угроза насилия и эксплуатации. Многие погибают в пути. Те, кто добирается до конца, сталкиваются лишь с началом другого тяжелого пути — через Центральную Америку и Мексику в США.

Группа афганских, китайских, венесуэльских и эквадорских мигрантов идет к лодке, направляющейся к Дарьенскому пролому. Многие афганцы никогда раньше не видели океана. Капургана, Колумбия. 2 марта 2023 годаFederico Ríos / World Press Photo

Йинеска Андреина Колина (18 лет) с двумя дочерьми — Эньерлис Софией Колиной (2 года) и Эдуаньерлис Сарай Колиной (9 месяцев). К моменту прибытия в Капургану у Йинески закончились деньги, и она не знала, как оплатить переход через джунгли. Капургана, Колумбия, 30 июля 2023 годаFederico Ríos / World Press Photo

Тысячи мигрантов переходят вброд реку Рио-Муэрто («Река смерти») в Дарьенском проломе, где многие утонули в бурных водах. Они помогают друг другу, чтобы не утонуть в стремительном течении. Рио-Муэрто, Колумбия, 2 августа 2023 годаFederico Ríos / World Press Photo

Луис Мигель Ариас (28 лет) отдыхает с дочерью Мелиссой (4 года) во время подъема в гору. Они из Венесуэлы и входят в число более 250 тысяч мигрантов, пересекших пролом в 2022 году. Дарьенский пролом, 23 сентября 2022 годаFederico Ríos / World Press Photo

Мигранты прибывают в Лас-Бандерас («Флаги») — место на границе между Колумбией и Панамой. Дарьенский пролом, 3 августа 2023 годаFederico Ríos / World Press Photo

Рубен Гуайньора, местный индеец, несет Кимберли Родригес, венесуэлку, которая несколько раз теряла сознание при пересечении Дарьенского пролома. Он поможет ей сесть в каноэ, чтобы доставить ее в Бахо Чикито для получения медицинской помощи. Дарьенский пролом, Панама, 21 сентября 2024 годаFederico Ríos / World Press Photo

Сотрудник Национальной пограничной службы Панамы инструктирует группу гаитянских мигрантов, только что прибывших в деревню Кьебра Венадо — первую общину на территории Панамы после пересечения Дарьенского пролома. Дарьенский пролом, Панама, 29 сентября 2021 годаFederico Ríos / World Press Photo

Али, Тайба и их сын из Афганистана едут в трехдневной автобусной поездке, завершающем этапе их путешествия от Мехико до Тихуаны, где они планируют пересечь границу с США. Тепик, Мексика, 31 марта 2023 годаFederico Ríos / World Press Photo

Западная, Центральная И Южная Азия

Истории: «Земля без женщин» (Kiana Hayeri / Fondation Carmignac)

В Афганистане исламское фундаменталистское правительство «Талибана*» запрещает женщинам получать образование выше начальной школы, лишает их права работать вне дома и в некоторых регионах запрещает выходить из дома без сопровождения мужчины или с открытым лицом. Пространства, где раньше женщины могли свободно собираться — школы, парки, спортзалы, салоны красоты и офисы — теперь для них закрыты.

Несмотря на эти ограничения, афганские женщины находят тонкие, но мощные способы сопротивления. Их неповиновение проявляется тихо, за закрытыми дверями: в домах, тайных классах и на частных праздниках.

Около 700 девушек продолжают обучение в этом частном институте. Однако они всё ещё не могут получить официальный афганский диплом или поступить в университет. Кабул, Афганистан, 17 февраля 2024 годаKiana Hayeri / Fondation Carmignac / World Press Photo

Вазхма сидит дома со своей дочерью Тахминой (19 лет). Образование самой Вазхмы было прервано во время первого правления Талибана* в 1990-х годах, и теперь она видит, как история повторяется. Кабул, Афганистан, 6 февраля 2024 годаKiana Hayeri / Fondation Carmignac / World Press Photo

Пластиковые пакеты покрывают головы манекенов в свадебных платьях. Лица женщин на рекламных щитах, постерах и других публичных изображениях в Афганистане также стираются или закрываются по требованию Талибана*. Кабул, Афганистан, 6 февраля 2024 годаKiana Hayeri / Fondation Carmignac / World Press Photo

Молодые женщины празднуют день рождения подруги. Талибан* запретил музыку и танцы, но женщины продолжают танцевать и отмечать праздники в частной обстановке. Кабул, Афганистан, 2 марта 2024 годаKiana Hayeri / Fondation Carmignac / World Press Photo

Долгосрочные проекты: «Пули не знают границ» (Ebrahim Alipoor)

Колбары (пограничные курьеры) переносят на своих спинах товары — такие как бытовая техника, мобильные телефоны и одежда — через опасные горные маршруты из Ирака и Турции в Иранский Курдистан. Иранское правительство запрещает ввоз многих подобных товаров, чтобы защитить местное производство и сохранить валютные резервы на фоне западных санкций. Десятилетия маргинализации курдов привели к массовой безработице в регионе, вынуждая многих заниматься колбарством. Кроме того, сами колбары считают свою деятельность законной, ощущая родственные связи с курдами по обе стороны границ, которые они не признают. Однако колбары рискуют быть застреленными силами безопасности и пограничниками.