- 7 мин
- 10
«Урок Вьетнама: почему США пора перестать наживать вечных врагов» — FP
Война США против Ирана продемонстрировала, что в Вашингтоне по прошествии десятилетий напряженности с Тегераном до сих пор смотрят на своего противника как на «религиозного фанатика». Американским политикам необходимо отказаться от старых обид, чтобы лучше понимать происходящее во враждебных странах, пишет журнал Foreign Policy.
Война США против Ирана продемонстрировала, что в Вашингтоне по прошествии десятилетий напряженности с Тегераном до сих пор смотрят на своего противника как на «религиозного фанатика». Американским политикам необходимо отказаться от старых обид, чтобы лучше понимать происходящее во враждебных странах, и учесть опыт нормализации отношений с Вьетнамом, пишет журнал Foreign Policy.
Вечные враги
США на протяжении многих десятилетий сохраняют враждебные отношения с некоторыми странами. Бессменное место в этом списке занимает Куба, Ливия при Муаммаре Каддафи оставалась в нем долгое время, а Ирак до сих пор отрицательно воспринимается из-за тесных связей с Ираном. При этом, по мнению автора материала, конфликт между Вашингтоном и Ираном связан с историческими обидами.
«Ни одна страна не иллюстрирует склонность США застывать в своем восприятии противника на каком-то одном историческом моменте и тем самым создавать себе вечного врага лучше, чем Иран», — отмечается в статье.
Взятие дипломатов США в Тегеране в заложники в 1979 году до сих пор воспринимается как глубокое унижение.
«Американцы видели, как иранские студенты водили по территории посольства — суверенной дипломатической территории США — американских дипломатов с завязанными глазами», — отмечает FP.
Причем это восприятие подпитывают такие события, как взрыв казарм морской пехоты США в Бейруте в 1983 году, в результате которого погиб 241 военнослужащий, похищения граждан США в Ливане, а также убийство начальника резидентуры ЦРУ в Бейруте Уильяма Бакли в 1985-м и многолетние бои с проиранскими группировками в Ираке.
«Иран стал олицетворением враждебного режима в представлении как рядовых американцев, так и руководителей США. Президент Билл Клинтон причислил Иран к мировым «государствам-изгоям», подготовив почву для того, чтобы президент Джордж Буш — младший включил его наряду с Ираком и Северной Кореей в «ось зла» в своем обращении к конгрессу в 2002 году», — подчеркивает издание.
Впрочем, и у Ирана есть право на претензии к США. Среди них уничтожение в 1988 году пассажирского самолета, в результате чего погибли все находившиеся на борту 290 человек, поддержка Вашингтоном режима Саддама во время ирано-иракской войны 80-х годов.
Вдобавок к этому, как отмечает издание, многолетнее санкционное давление со стороны США зачастую затрагивает обычных иранцев.
Таким образом, между Вашингтоном и Тегераном возник замкнутый круг, в котором американские политики до сих пор рассматривают власть в Иране как жесткий религиозный режим.
«Страна превратилась в гибридное государство, в котором Корпус стражей исламской революции (КСИР) и технократические институты обладают не меньшей, а порой и большей властью, чем многие формально управляющие им религиозные деятели», — признает FP.
С момента Исламской революции 1979 года иранские власти смягчили свою позицию по некоторым общественным вопросам. Тегеран сосредоточился на расширении регионального влияния в соседних арабских государствах. Однако, считает автор статьи, США не смогли ни учесть произошедшие изменения, ни выстроить взаимодействие с Ираном таким образом, чтобы оно могло принести видимый результат.
«Это ошибочное восприятие, возможно, укрепило убеждение, что убийство верховного лидера Али Хаменеи обезглавит не только руководство страны, но и всю систему. США продолжают формировать свою политику сквозь призму исторических обид и неверного понимания сегодняшней ситуации», — подчеркивает FP.
«Незажившая рана»
Похожую ошибку Вашингтон начинает повторять в отношении Афганистана. Еще недавно страна постоянно фигурировала в ежедневных разведывательных сводках президента США, обеспечивала рабочие места сотрудникам неправительственных организаций, аналитических центров и военных подрядчиков. После вывода американских войск она практически исчезла из политической повестки.
«Соединенные Штаты представляли движение «Талибан»* как инородную силу, а афганское общество — как систему, которую можно перестроить в соответствии с западными ценностями. Когда такое понимание оказалось неполным, Вашингтон договорился с талибами о выводе войск и покинул страну», — считает автор статьи.
США поддерживают Афганистан «на аппарате жизнеобеспечения», определяя объем помощи и санкционных послаблений, чтобы наиболее уязвимые жители не голодали.
«Есть нечто поразительное в том, что Соединенные Штаты и их ближайшие союзники тратят миллиарды на основные нужды страны, которой теперь управляют те самые люди, с которыми они воевали 20 лет. Афганистан по-прежнему воспринимается в США как незажившая рана и национальное унижение», — пишет журнал.
В августе 2021 года падение Кабула сравнивали с эвакуацией американцев из Сайгона. Дональд Трамп тогда заявил, что страна никогда не подвергалась такому унижению, и провел параллель с кризисом с заложниками в Иране при президенте Джимми Картере.
«Оставить ненависть за воротами»
Пример Вьетнама показывает, что даже после тяжелого поражения отношения с бывшим противником можно восстановить. После падения Сайгона Вашингтон почти два десятилетия не оказывал новому коммунистическому правительству прямой помощи, а страна находилась под масштабным экономическим эмбарго.
«Первым послом США в послевоенном Вьетнаме стал Дуглас Питерсон, находившийся у северовьетнамцев в плену более шести лет. Позднее он сформулировал свой подход еще короче: «Когда я покинул Вьетнам, я оставил ненависть за воротами». Сегодня Вьетнам считается одной из наиболее проамерикански настроенных стран Азии», — пишет FP.
Попытки пересмотреть отношение к давним противникам в Вашингтоне по-прежнему часто воспринимают как наивность или политику умиротворения. Однако изоляция Ирана и Афганистана не помогла изменить решения их политической элиты. Напротив, это привело лишь к фактическому лишению США возможности понимать происходящее внутри этих стран и влиять на их решения.
«Урок заключается не в том, что примирение дается легко или что противники всегда становятся друзьями. Прагматичное взаимодействие, каким бы медленным и несовершенным оно ни было, скорее принесет результат, чем превращение временных врагов в постоянных», — резюмирует издание.
* Верховный суд России приостановил действие запрета на деятельность движения «Талибан», ранее признанного террористической организацией
