Ньюзток
22:07
16 Апреля 2018 г.
Первый день без Telegram. Фрагмент Ньюзтока RTVI
Поделиться:

Первый день без Telegram. Фрагмент Ньюзтока RTVI

/

Алексей Пивоваров, Екатерина Котрикадзе и Сергей Морозов обсуждают в прямом эфире RTVI блокировку одного из самых популярных мессенджеров и то, как миллионы людей по всей России пытаются эту блокировку обойти


Сергей Морозов: У нас все силы брошены на то, чтобы бороться с телеграмом. И, в общем-то, все ведущие умы: одни пытаются телеграм как-то зарубить, а другие ведущие умы пытаются отвернуться, отклониться. Поэтому все, кто занят вот этой беготней, они немного как играют в такой World of Tanks, где одна сторона — нападающая, из пушки, значит. А другая в засаде сидит. А третья просто еще, в общем… Короче, очень интересная ситуация. Но, к счастью, не до санкций. Не до контрсанкций.

Алексей Пивоваров: Хорошее сравнение с World of Tanks. Действительно, весь день звучат такие узкоспециальные термины, до недавнего времени понятные только айтишникам. Теперь уже, по-моему, в нашем кругу все знают, что такое VPN, чем он отличается от Proxy. Главный итог дня, конечно, что телеграм заблокирован, но при этом продолжает работать. Все, кто хотят им пользоваться, очевидно, блокировку обошли. И глава Роскомнадзора Жаров сказал, что не будут следить за индивидуальными пользователями, которые обходят блокировки. Я бы тут хотел отметить две вещи.

Первое: Роскомнадзор, очевидно, бьет по площадям, не считаясь с сопутствующими потерями. Сегодня были заблокированы от шестисот тысяч до миллиона IP-адресов Amazon, Google, которые компания Дурова использовала как резерв. При этом этими адресами пользовались, как сразу же выяснилось, еще сотни сайтов в рунете и даже некоторые торговые сети в России, у которых, по неподтвержденным данным, возникали проблемы с кассами. Но это блокирующих не остановило. Точно также, как и танкистов в упомянутой игре.

И второе, что я хотел бы отметить: инструкции по установке этих самых VPN и Proxy можно найти не только во всех либеральных онлайн СМИ — это понятно, они все давно сидят в телеграме, но и во всех, точнее в очень многих совсем не либеральных. Например, в Mash, это очень популярный телеграм-канал. Он связан с главой Life Габреляновым. Они, вообще, открыто потешаются в своем таком жестком духе над РКН. Очень интересно.

Екатерина Котрикадзе: Да. Ну мы тоже все запаслись всякими… Ну не мы, а вы в Москве запаслись всякими Proxy…

А.П.: Мы да.

…обходными, VPN и прочее, и прочее. Я смотрю на вашу переписку в телеграме с утра, как вы это все вытворяете. И мы даже с Гарри обсудили с утра, точнее только что в эфире, как: работает телеграм или не работает.

А.П.: Это не мы. Мы — законопослушные граждане. Это как-то все само там происходит. Я за настройки не отвечаю, знаешь, просто работает.

Е.К.: Вы обсуждаете, я имею в виду. Да. Совершенно верно.

А.П.: Да.

Е.К.: Ну вот, если со стороны, если серьезно, коллеги, то выглядит каким-то абсолютным бредом, совершенно невыразимым. Я понимаю, что уже все на эту тему как-то высказались, но я не могу не сказать, что отсюда, со стороны, это выглядит, как, если бы Америка заблокировала какой-нибудь Google или Apple. А телеграм, один из самых вожделенных даже, я бы сказала, российских стартапов — это очевидный большой успех Российской Федерации в современных технологиях.  И Павел Дуров, вообще-то, должен с Путиным сидеть на всех бизнес-форумах по идее. Вместо того, чтобы сейчас биться с ФСБ и Роскомнадзором.

И вместо, например, Петра Толстого, который рассказывает про кору дуба, наверное, такие люди, как Дуров должны быть близки к власти и развивать экономику Российской Федерации. А блокировать мессенджер из-за того, что в нем могут общаться террористы, это официальная версия, все это — порочная логика, по которой нужно запретить тогда русский язык, ведь какие-то террористы на нем говорят. И телефон, возможно, стоит запретить. И вот честно, ни для кого не работает аргументация с террористами, коллеги. Ни единого человека не встречала, которой бы в это верил. И поэтому у меня совершенно искренний вопрос: зачем на самом деле это происходит?

С.М.: Да, действительно, вопрос такой не маленький. Я вот думал, зачем, действительно? Особенно, конечно, была в связке с мессенджером ICQ, это прекрасная, совершенно, история, что предлагают вернуться к старенькой аське двадцатилетней давности. Я, когда слышал это, прямо возвращался в годы своей молодости. Думал, да, конечно, хотелось бы вернуться. Да, вот это «О-оу». Это прекрасно, да. Это волшебно. Вот все это вместе дает нам интересную теорию: зачем запрещать телеграм, а разрешать ICQ.

Может быть дело в том, что тут есть какая-то хитрая экономическая причина, например, мы же видим, куда с телеграма людей ссаживают. Их ссаживают в ICQ. А ICQ кому принадлежит? Раньше – израильским разработчикам, а теперь оно принадлежит Mail.ru. Например, туда уже Песков переходит, Клименко перешел. Если, например, предположить, что пятнадцатимиллионная российская аудитория телеграма хотя бы частично перетечет в ICQ, значит, какие деньги можно заработать? Триста восемьдесят миллионов?

А.П.: Триста шестьдесят миллионов рублей оценивается телеграм.

Е.К.: Как все сложно.

А.П.: Это красиво звучит. Я считаю, что это в принципе, наверное, возможно, но я в это не верю, потому что я, честно сказать, думаю, что Mail.ru при всем их могуществе такая операция просто не по плечу. Мне кажется, мы видим здесь достаточно очевидную картину, что слишком явно. Все, даже очень многие представители власти, и администрация президента, и депутаты, и многие чиновники, и МИДовцы, вот Мария Захарова, например, и государственные СМИ были против.

В чем же тогда, отвечая на твой вопрос, причина? А в том, что так захотела ФСБ. Причем на самом высшем уровне. В современной России мнение этих людей не может оспорить вообще никто, кроме лично Путина, который, очевидно, телеграмом не пользуется и проблематике это чужд и команду не блокировать не отдавал. И причем спецслужбе даже не нужно ничего особо объяснять, потому что, как и во многих других случаях, объяснение одно: борьба с терроризмом. И вот все, на это ничего не возразишь.

Е.К.: Нет, я просто. Ну подожди. Значит это значит, что Путин, допустим, прислушался к ФСБ. И Путин не распорядился не блокировать. Но зачем это нужно ФСБ, я все равно не понимаю.

А.П.: Ну смотри. Потому что скажем так. Победил старый консервативный, давай скажем откровенно, советский подход. Потому что, если можно запретить, можно запретить, проще запретить. Другое дело, что блокировка в современном мире, в современном технологическом мире блокировка такого передового технического ресурса, а телеграм — это самый передовой из мессенджеров с технической точки зрения, это задача, очевидно, очень технически сложная.

И тут вопрос: докуда блокирующие готовы идти? Пока вот это битье по площадям и блокировка миллиона IP-адресов Google — это звучит немного как анекдот, но, вообще, есть, конечно, верный способ полностью избавить Россию и россиян от телеграма. Это отключить в России интернет. Это можно технически сделать. Можно еще ввести уголовную ответственность за пользование телеграмом. Это тоже можно сделать. Я второй раз за наш сегодняшний Ньюзток произношу фразу, что я надеюсь, ни до того, ни до другого все-таки не дойдет.

С.М.: А я бы сделал так. Я бы ввел запрет на интернет и ввел вообще запрет на все. Потому что можно же ничего не соблюдать. Это же как с телеграмом выглядит. Запретили телеграм. Ну и что? Все равно все через телеграм рассказали своим подписчикам, что запрещен телеграм.

А.П.: Короче говоря, суровость блокировки телеграма компенсируется необязательностью.

С.М.: Надо больше запрещать. Чем мы больше запрещаем, тем невозможнее становятся запреты. Поэтому, конечно, телеграм обязательно надо было запретить. Это абсолютно важная часть общей ситуации. Кроме того, телеграм — это же, действительно, анонимная ситуация. То есть вы можете открыть анонимный аккаунт и про кого-нибудь сливать гадости. Что и происходит. Да, но аккаунт анонимный, поэтому вроде не так обидно. Читаешь: ну, какой-то аноним. А вот хуже, когда не анонимно.