Ньюзток
22:16
15 Мая 2018 г.
Открытие Крымского моста, новое правительство России и история Джона Маккейна. Ньюзток RTVI
Поделиться:

Открытие Крымского моста, новое правительство России и история Джона Маккейна. Ньюзток RTVI

/

Алексей Пивоваров, Екатерина Котрикадзе и Гарри Княгницкий обсуждают в прямом эфире открытие моста через Керченский пролив, историю одного из самых авторитетных республиканских политиков Джона Маккейна, который несмотря на тяжелую болезнь, продолжает бороться с политикой Трампа, и возможных кандидатов на посты министров нового российского правительства.


Гарри Княгницкий: Сквозной информационный эфир на RTVI завершает традиционный Ньюзток. Подводим итоги дня, который проводим в России, Европе и Израиле с главным редактором RTVI Алексеем Пивоваровым…

Алексей Пивоваров: Добрый вечер.

Г.К.: …и директором нью-йоркской редакции RTVI Екатериной Котрикадзе.

Екатерина Котрикадзе: Здравствуйте, коллеги.

Г.К.: Сегодня начнем с Крымского моста. Его открытие состоялось сегодня. Его протяженность — девятнадцать километров. Это самый протяженный мост в России. Один из длиннейших в Европе. Его строила компания «Стройгазмонтаж», принадлежащая Аркадию Ротенбергу. Стоимость работ составила примерно двести тридцать миллиардов рублей. Это более трех с половиной миллиардов долларов.

Открывал мост лично Владимир Путин. Он проехался по нему за рулем КамАЗа. Многие спрашивали, откуда у него права категории С. Оказывается, есть. Как сказал Дмитрий Песков, пресс-секретарь российского президента, такие права у Путина есть уже много лет.

Е.К.: Прекрасно. Напоминает вчерашнее открытие американского посольства, коллеги, в Иерусалиме. Вспомните, мы много и активно это обсуждали, говорили, в том смысле, что для одной страны это — очевидный триумф, а для другой — повод для раздражения, негодования и протестов. И, к счастью, в случае с мостом обошлось без жертв, в отличие от вчерашних событий в Секторе Газа. Но обращает на себя внимание, конечно, то, как Запад фактически не заметил этого очередного пропагандистского триумфа Москвы.

То есть мы отыскали лишь одно заявление еврокомиссара по внешней политике и безопасности Фредерики Могерини. Она сказала привычно, дежурно, что строительство являет собой очередное нарушение суверенитета, территориальной целостности Украины со стороны Российской Федерации, которая незаконно, дескать, аннексировала полуостров. Более масштабных протестов с Запада мы пока не видим. Не было комментариев даже Госдепа. Так что Москва может записать себе в актив, как любят выражаться представители российской власти, фактическое признание того, что Крым — российский.

Но, впрочем, я должна, справедливости ради, отметить, коллеги, что такие СМИ, как, например, CNN, признавая, с одной стороны, этот самый триумф, с другой, пишут, что Крымский мост — это настоящая метафора путинской эры. Я сейчас цитирую CNN. «Это демонстрация физического воссоединения с Крымом, и, вместе с тем, символ изоляции России в эпоху санкций. Ведь экономически мост не менее важен для вновь избранного президента Путина, чем политически».

А.П.: Кать, ну это уже трактовки, согласись. Трактовки могут быть абсолютно противоположные по одному и тому же инфоповоду. Я, кстати, не согласен с тезисом, что имеются аналогии со вчерашним открытием посольства США в Иерусалиме, потому что все-таки смысл открытия посольства действительно исключительно символический, а дальше мы уже можем рассуждать, стоит ли символика нескольких десятков жизней палестинцев.

Но мост — это во всех смыслах фундаментальное сооружение. Очевидно, нынешнему Крыму оно остро необходимо. Смотрите, тебе, Катя, может нравиться политика Путина и сам Путин, может не нравиться. Я тоже не избиратель Владимира Путина. Я постоянно это повторяю. Но мост-то, действительно, хорош. И он, действительно, построен в кратчайшие сроки. И людям, которые живут в Крыму, в первую очередь, и главное, которые там будут жить многие десятилетия спустя, после нас и после нынешней политической ситуации, этот мост сильно облегчит жизнь. То есть, знаешь, у Лароша Фуко была такая максима: «Ваши враги могут быть плохи, могут быть хороши. Ваши враги не могут быть плохи постоянно».

В данном случае мост — это хорошая вещь для людей. Что касается фактического признания, то, что ты упомянула. В общем, я согласен с тем, что Могерини — это такой вот тут уже, действительно, символический текст. В общем, давно известен тезис о том, что Запад готов согласиться на Крым неформально, конечно, не на Донбасс. Поэтому мост в Крым и не вызвал такой серьезной критики, как если бы Россия что-то предпринимала на Донбассе.

Напротив, на следующей неделе, заметьте, в очередной раз откроется питерский форум. В этот раз там анонсирован, кроме, понятно, Владимира Путина, президент Франции Эммануэль Макрон, глава МВФ Кристина Лагард, японский премьер Синдзо Абе, что тоже говорит о том, что проблема российской политики — это отдельно, а мост — это отдельно.

Е.К.: Но все-таки давайте скажем, Алексей, Гарри, что Путин на питерском форуме едва ли будет таким лучезарно счастливым, каким мы его видели сегодня. Надо сказать, что российское гостелевидение научилось, конечно, блестяще отрабатывать такие события по картинке, как мы, телевизионщики, любим выражаться.

Как и недавно в случае с парадом Победы, мы наблюдали съемки с дронов, из-под колес КамАЗов, вообще, со всех возможных точек. Мы видели, что Путин, действительно, празднует победу. Он был, абсолютно очевидно, доволен, что даже совсем не протокольно он пнул в плечо Аркадия Ротенберга, его друга и главного подрядчика стройки моста. Это было, конечно, очевидное счастье и праздник.

А.П.: Да, все обратили внимание, что Ротенберг, который обычно непубличный человек, сегодня очень активно появлялся перед камерами, давал интервью, удостоился дружеского тычка от Путина. Давайте, кстати, посмотрим подробнее на содержательную часть этой картинки, потому что понятно, что в картинках заключен месседж. Потому что она много говорит о том, как новый старый российский президент хочет видеть себя, и хочет, чтобы видели его.

Значит, вот такой Путин, как он сам себя хочет видеть, он, безусловно, свой для рабочего класса. Он умеет водит КамАЗ, у него права категории С, как мы от Гарри и Дмитрия Пескова знаем. Он на короткой ноге не только с другом-миллиардером Ротенбергом, но и с обычными строителями. Хорошо, пусть они там не рядовые, там был начальник стройки. Тем не менее, обратим внимание на важную деталь: кого допустили в кабину КамАЗа поехать вместе с Путиным.

Мы знаем, что доступ к президенту, к любому главе государства строго регламентирован, тут не бывает случайностей. Один — руководитель стройки, как я понимаю, главный прораб Александр Островский. Он явно был запланирован с самого начала в этой кабине. Он там по дороге рассказывал про сваи, про то, как сначала боялись, а потом наловчились. А вот на третье место в кабине, там, по нашим данным, должен был сесть адъютант Путина, проще говоря охранник, как это обычно бывает в таких ситуациях.

Потому что с президентом в закрытом помещении всегда должен быть рядом охранник. И вот, вроде бы, по нашим данным, поскольку охранник бы оказался первым прямо перед камерой, которая была установлена в кабине КамАЗа, вроде бы, сам президент в последний момент поменял сценарий. В кабину посадили зама Островского Дмитрия Кондакова, который точно имел вид, надо сказать, простого работяги. Полдороги он упрямо молчал, как мы видели.

Под конец он тоже стал говорить что-то про сваи. В конце концов, сказал, что у него там родился ребенок. Но мне тоже показалось, что он там не готовился оказаться. Что важно: Путин решил в данной ситуации остаться без охраны, нарочито вместе с народом, по крайней мере в кадре. Но и обратим внимание, последнее, что скажу, на фразу Путина, когда он уже обращался к собравшимся. Он сказал, что этот мост ждали со времен царя-батюшки. Тоже, мне кажется, по Фрейду проговорочка.

Г.К.: Заметьте, что при этом, практически параллельно в Киеве нанесли удар, как выражаются украинские силовики, по российской пропаганде, ворвавшись в офис РИА Новости, задержав руководителя РИА Новости Украина Кирилла Вышинского. Генеральный прокурор Украины Юрий Луценко потом говорил о том, что его подозревают в госизмене и приводил данные, например, о том, что пятьдесят три тысячи евро было потрачено на георгиевские ленточки, там агентурная сеть. В общем все прелести шпионской жизни.

Е.К.: Да, это при том, что, конечно, мы прекрасно понимаем, что украинский народ, украинскую общественность, тех людей, которые живут в Киеве и не только, сильно раздражают георгиевские ленточки и, возможно, сильно раздражает РИА Новости Украина, поскольку, понятно, государственное российское агентство, просто украинское подразделение. Но тем не менее то, как сейчас реагирует украинская власть на деятельность этого журналистского коллектива, это, конечно иначе, как беспределом назвать очень трудно. Вместо того, чтобы, например… Как можно было отреагировать на открытие этого моста?

Молчанием или каким-то язвительным заявлением, я не знаю. Украинские власти пошли на обыски в СМИ и зачем-то задержали журналиста. Это настоящий подарок Владимиру Путину. Он может теперь говорить, смотрите, как европейская демократия работает в Украине. Обратите внимание, что Украина очень во многом, пусть на меня обидятся все украинские друзья, повторяет самые худшие ошибки своего большого соседа, которого называет своим главным врагом. Эти запреты фильмов, запреты средств массовой информации, лишение СМИ всякого рода аккредитаций, депортации журналистов, запреты актеров, да кого угодно. Даже аресты и обыски.

Это совсем нехарактерно для свободного, развитого общества, а характерно для авторитарных режимов, которые панически боятся всего на свете, собственной тени, и рассчитывают только на силу. Еще, конечно, смешно, что в украинском СБУ нашли состав преступления в том, что у Вышинского, руководителя РИА Новости Украины, двойное гражданство: российское и украинское. Это, дескать, запрещено по украинскому законодательству. Это такое, знаете, очевидное лицемерие, потому что у множества людей точно так же есть два паспорта: украинский и российский.

Наконец, мне кажется, имеет смысл вспомнить, что все сотрудники РИА Новости Украина, да, подразделения российского государственного агентства, но подразделения в Украине, все эти люди — граждане Украины. И вот их что теперь, тоже будут обвинять в измене родине? Какой-то стыд и срам. Я просто считаю и знаю, и, мне кажется, мы все в этом солидарны, что журналистов ни при каких обстоятельствах, никогда и никаких трогать нельзя.

А.П.: Я специально ничего не буду говорить, потому что я нахожусь в Москве, и я не хотел бы, чтобы какие-то наши слова были расценены как промосковская позиция. Но я, безусловно, с нашей нью-йоркской редакцией полностью согласен.

Г.К.: Трогать журналистов — в высшей степени недостойно, как, собственно, и наводить на них минометы. А мы знаем, что на Донбассе такие случаи бывали. Но сейчас, как говориться, война. Она все спишет. Сейчас еще и гибридная война. В этой связи, понимаете, есть понятие правил. Когда-то они становятся, может быть, старомодными. Может быть сейчас наступило такое время. Я в этой связи знаете о ком хочу упомянуть?

О старом солдате, потомственном военном, сенаторе Джоне Маккейне, человеке, к которому мне всю жизнь было сложно признаться в симпатиях, но, так или иначе, этот человек всегда говорил все, что думал. И когда он превратил свою собственную смерть в, извините меня, триумф воли, когда он отказался звать Трампа на собственные похороны, я просто вынужден был расписаться в любви и уважении к этому человеку.

А.П.: Действительно, я согласен. То, что мы сейчас наблюдаем, этот достойный уход Маккейна — это действительно редкий случай, когда у политика в финале его политической карьеры и жизни на первое место, действительно, выходит понятие достоинства. Маккейн прожил долгую жизнь. Ему посчастливилось, я сравниваю сейчас со многими его ровесниками, скажем, в бывшем СССР, никогда не столкнуться с ситуацией, где он должен был бы пересматривать свои взгляды, отрекаться от того, во что верил в юности. Все, во что он верил, будучи военнослужащим во Вьетнаме, где, как мы помним, он провел пять лет в плену, будучи американским солдатом, офицером, все с ним и сейчас.

Всю свою жизнь он провел борцом, и даже сейчас в этом тяжелом состоянии, когда уже можно удалиться на покой, он продолжает серьезно влиять на американскую политику. Мы тут целый час всей редакцией между Москвой и Нью-Йорком выясняли, в чем там эта тонкость. Почему, если Маккейн уйдет или умрет до первого июня, то в его штате Аризона будут перевыборы в Сенат. И республиканцы тогда могут потерять Сенат, если там победит демократ. А если Маккейн уйдет или умрет после первого июня, там останется уже меньше отведенного времени срока до выборов в Конгресс.

Они состоятся в этом году, совпадают с выборами в Сенат. Тогда просто назначат заместителя на его место. В этой ситуации Маккейн, конечно, это его такой прощальный поклон, имеет прекрасную возможность, и он ей пользуется, говорить все, что думает, обо всех, включая Трампа, с которым у него очень сложные отношения. Они то ссорились, то мирились. Сейчас они окончательно, видимо, поссорились, потому что Маккейн, действительно, как сказал Гарри, не пригласил его на собственные похороны.

В частности, одно из последних жестких заявлений Маккейна: он критиковал назначение Джины Хаспел на пост главы ЦРУ. Почему? Потому что она отметилась участием в пытках в секретной тюрьме ЦРУ в Таиланде, чего Маккейн не принимает. Он сам пострадал от пыток, будучи пленным во Вьетнаме. Мы помним, что помощница Трампа Келли Сэдлер, ничего более умного не придумала, чем сказать, что чего его слушать, он все равно уже не жилец. И начался грандиозный скандалище. Кать, тут логично тебе, я думаю, уже пояснить, почему такой скандал то поднялся.

Е.К.: Все потому, Алексей, что Маккейн — это, конечно, святое для американцев. Здесь, знаешь, вообще к военнослужащим относятся с большим уважением, даже, в некоторой степени боготворят, я бы сказала. А тут мы имеем дело с человеком, который воевал за страну, который несколько лет провел в плену, и который до самых последних дней своей жизни служит американскому государству. В отношении ветеранов оскорбления и шуточки в глазах американского общества равносильны предательству всех возможных американских ценностей.

А Джон Маккейн — это фигура, конечно, культовая. Тут нельзя с этим спорить. Он — один из редких примеров, когда законодателя, пусть консерватора, уважают как республиканцы, так и демократы. И он хорошо знает, что его слово многое значит и многого стоит. Он долгие годы считался одним из самых ярых ястребов в Вашингтоне. Алексей, Гарри, поправьте меня, если я ошибаюсь, но его имя в России стало нарицательным. И понятно почему.

Маккейн во внешней политике отвечал за неформальные контакты с постсоветскими республиками, за продвижение американской повестки, за демократизацию постсоветских государств. Он имел дело, например, с Грузией, с Украиной. Я его много раз наблюдала в Тбилиси. Он дружил с Михаилом Саакашвили, дружит, наверное. То есть такое воплощение госдеповских печенек в глазах Москвы. Правда, он не из госдепа, а из Сената. И вот сейчас, например, Марко Рубио, коллега Маккейна в Сенате, уже очень громко требует, чтобы Трамп принес Маккейну официальные извинения за оплошность его помощницы, и чтобы Трамп официально покаялся.

Об этом сейчас рассказывают такие телеканалы, как СNN, например, или MSNBC. А СМИ уже злобно шутят, дескать, лучше бы президенту США подумать о собственной жене Мелании, которая, кстати, лежит в больнице, и будет лежать там до пятницы как минимум, чем строчить очередные двусмысленные посты в твиттере о Джоне Маккейне. Это априори ошибочная и проигрышная позиция для президента.

А.П.: Катя не могла не закончить на Трампе.

Г.К.: Мы про Маккейна еще не раз будем говорить в ближайшие недели. Действительно, достойный уход и достойный финал долгой жизни. Давайте лучше поговорим про других правительственных чиновников, которых должны были назвать сегодня поименно, но отложили на пятницу. Я о новом правительстве России.

А.П.: Действительно, сегодня было официально объявлено, что в пятницу будет объявлен состав персоналий кабинетов. Это последняя поствыборная интрига в России. Но утечек уже столько, что мы можем, как мне кажется, довольно точно уже говорить о нескольких важных деталях, связанных с этим уже почти состоявшимся назначением. Что важно. Значит, весь силовой блок остался на месте. Останется, скорее всего, на месте. Подчеркиваю, это утечки. Александр Бортников, глава ФСБ, Сергей Шойгу, министр обороны. Вспомним, что его бывший зам теперь стал вице-премьером. Владимир Пучков — это министр по чрезвычайным ситуациям.

Похоже, не подтвердились утечки об уходе Сергея Лаврова из правительства. Ну и, конечно, enfant terrible всей интеллигенции по обе стороны Атлантики, министр культуры Владимир Мединский, по утечкам, тоже остается, потому что в той среде, которая принимает решения о персональном составе правительства, он признан эффективным менеджером, эффективным министром, несмотря ни на какие скандалы, сопровождающие его первый срок, несмотря на его постоянные конфликты с либеральной интеллигенцией. Возможно, благодаря им он как раз и признан эффективным министром.

Что, возможно, важнее — это про экономику, конечно. Антон Силуанов сейчас бесспорный хозяин экономического блока. Он, похоже, сохраняет пост министра финансов. Он, как мы помним, теперь еще и первый вице-премьер в правительстве. Теперь нет Дворковича, нет Шувалова, многолетнего вице-премьера по экономическим вопросам. Силуанов, как мы помним, считается человеком, близким к Алексею Кудрину, который теперь в Счетной Палате на посту председателя будет контролировать расходование денег, в том числе, этих огромных двадцати пяти триллионов рублей на очередной майский указ Путина.

Очевидно, что именно на плечи Силуанова и этой либеральной экономической группы, к которой еще можно отнести главу Центробанка Эльвиру Набиуллину, ложится управление финансово-экономическим блоком в ближайшие очень сложные, конечно, для российской экономики годы. Никто не вспоминает там про людей типа Сергей Глазьева или его каких-то клевретов и сподвижников. Это, в общем, явный сигнал.

Е.К.: Да, интересно, коллеги, что Дмитрию Медведеву еще предложено создать Министерство цифрового развития и связи. И оно, видимо, будет создано. Это ведомство могут образовать на базе Минкомсвязи, которому передадут полномочия в области цифровизации экономики. Тут важно понимать, что именно подразумевается в Российской Федерации под цифровой экономикой. Это такая идея Владимира Путина, о которой он много раз уже говорил, это его очень важный проект.

С одной стороны, это, конечно же, упрощение многих бюрократических процессов в стране и на уровне правительства, и на уровне рядовых граждан. Мы знаем, что все больший объем взаимоотношений с государством переходит в цифровую сферу. Все сейчас и всё сейчас в интернете. Это, конечно, похвально и круто.

А.П.: Будешь смеяться, Катя, мобильное приложение в моем телефоне предлагает каждый день заплатить долг по налогу, не буду говорить какой и по какому. Но интересно, что недавно сложилась такая технологическая ситуация в России, что я могу это сделать через приложение прямо здесь в этой студии. Я чуть позже сделаю.

Е.К.: То есть прогресс очевиден. И звучит этот термин «цифровая экономика» как-то очень прогрессивно и обнадеживающе. Это да. Но есть другая сторона. Существует, по мнению критиков и скептиков, опасность цифрового контроля граждан на всех уровнях. Тут наверняка простой пример перед глазами российской власти— это Китай, где объем цифровизации огромен. Но и степень контроля за жизнью граждан не меньше, включая сложные цифровые системы слежения за гражданами от видеокамер с распознаванием лиц до тотального контроля платежей и сообщений в мессенджерах.

И вершина того, что в Китае называют цифровизацией — это социальный капитал, что ли, когда посты в соцсетях или рутинные и одноразовые платежи собираются, анализируются и создается рейтинг пользователя. И вот тебе, например, как я читала сейчас на разных источниках, могут в Китае отказать в билете на поезд, например, или поступлении в вуз, исходя из твоего рейтинга.

Отчасти напоминает кредитную историю в Соединенных Штатах. Да и, наверное, в России тоже есть кредитная история. Но только напоминает. В Америке, если есть, чем платить, никому ничего не могут запретить, а вот в случае с Китаем вполне себе могут. И вот интересно, есть ли шанс, что именно китайский опыт вдохновил Владимира Путина, когда он начал продвигать цифровую экономику, коллеги?

А.П.: Может быть. Думаю, что не столько Китай, на самом деле, сколько то, что Путин видит в этом способ укрепления суверенитета, как мне кажется, в данном случае цифрового. На основе полностью контролируемых технологий создать систему, которая будет полностью следить и контролировать все финансовые процессы в стране от глобальных до самых мелких, и всех граждан страны. Правда технологии и цифровизация имеют и обратную сторону, как мы ярко видим в истории с телеграмом, коллеги, когда государство хотело бы заблокировать, но у него нет технологических возможностей это сделать.

И, в общем, ситуация уже пришла к тому, что, очевидно, по-тихому эта блокировка будет… По крайней мере ее явно постараются забыть. Ну и последнее, о чем имеет смысл упомянуть на этом этапе, если говорить о новом грядущем, отчасти все-таки старом, правительстве, это то, что Министерство образования, об это давно просило и говорило научное сообщество, разделено на два разных ведомства: на Министерство науки и высшего образования, которое будет курировать вузы и научные институты, и которое теперь будет заниматься бюджетом этих учреждений, и на Министерство просвещения, которое будет ведать школами и ПТУ, то есть это базовое обязательное образование.

Это то, действительно, о чем давно просило научное сообщество, как я уже сказал. Это хорошо. С другой стороны, конечно, нельзя про это не сказать, что конфигурация правительства, где практически все министры и были министрами в прошлом правительстве или позапрошлом правительстве, возможно, не самая лучшая для той задачи, которую сам же Путин и сформулировал после инаугурации. Он сказал, что нам нужен прорыв. А лица, которые будут прорываться, коллеги, мы видим, в общем, все те же. Как бы к ним ни относиться.

Г.К.: Кстати, Дмитрий Рогозин из той же серии. Единственное, что меняется статус, но само назначение… В соответствии с массой инсайдов, он должен возглавить Роскосмос. И это после всех неудачных запусков, после всей этой эпидемии с разгонными блоками «Фрегат», которые преследуют Роскосмос. История с космодромом «Восточный».

А.П.: Когда ГЛОНАСС на ракете настраивают на запуск с Байконура, как узнают впоследствии.

Г.К.: Да. И теперь Рогозин в Роскосмосе. Как-то не очень вяжется одно с другим.

А.П.: Да, я согласен.

Е.К.: Рогозин в Роскосмосе остается. Вот вы помните про все его неудачи с запусками и ракетами, и ракетоносителями, а я, например, помню, как он совсем недавно топил собачку. И это на меня произвело совершенно чудовищное впечатление.

А.П.: Но собака выжила, как нам говорят. И даже Рогозин забрал ее домой.

Г.К.: Ну теперь Белку и Стрелку, как и положено.

Е.К.: Да, собака осталась жива, но в связи с этим у меня теперь имя Рогозина ассоциируется с чудовищным клипом, который был еще во время партии «Родина», когда только Рогозин приходил в политику. Тогда был абсолютно шовинистический клип с ненавистью к кавказцам, знаете, пропитан этой ненавистью. Но, вообще, Рогозин не ушел. И, мне кажется, никто не сомневался, что ему найдут какое-нибудь правильное место.

Как не ушел и знаменитый на весь мир господин Мутко, который сохранил пост вице-премьера. Но теперь он будет курировать не спорт, а строительство. Даже страшно представить, как он это будет делать, и какое у нас теперь будет строительство. Но это довольно грустно, поскольку, насколько мы понимаем, места сохраняются старыми людьми ровно по принципу «своих не сдаем». Вот так, сохранили своего, просто потому что он свой.

А.П.: Формально, Кать, Рогозин все-таки из правительства ушел. Он в правительстве в статусе главы Роскосмоса, очевидно, работать больше не будет. В отличие от Мутко, где, действительно, явно ситуация такая, что Владимир Путин считает, что нельзя сдавать этого человека, потому что Запад давит. И сдать Мутко — значит как-то показать, что вся эта допинговая история, о которой Родченков, которого здесь в Москве называют предателем, в чем-то он был прав.

Поэтому Мутко нельзя сдать. Мы его перекинем на строительство. Но хотя есть же интересное мнение, например, Василия Уткина, про то, что если Мутко будет так же ничего не делать, а просто надзирать и работать как небольшой танк, то, в общем, в строительство он особо вмешиваться не станет, и ничему не повредит, грубо говоря.

Г.К.: В строительстве, самое главное, наступит «ноу криминалити».

Е.К.: Алексей, у меня один короткий вопрос в самом конце, у нас мало времени осталось. Я так и не поняла, у вас телеграм работает, коллеги? Я очень искренне интересуюсь.

Г.К.: Работает.

А.П.: Работает. А у тебя нет?

Е.К.: Так нет блокировки или есть?

Г.К.: Формально есть.

Е.К.: У меня работает, но я в Америке.

А.П.: Так нет, работает, работает. Все работает. Вот только что написал тебе сообщение в телеграме о том, что пора заканчивать.

Г.К.: О том, что пора заканчивать, да. Время подходит к завершению, потому что Алексею нужно заплатить налоги через мобильное приложение. Что ж, я вас благодарю.

А.П.: Это не связано с телеграмом.

Г.К.: Спасибо большое, уважаемые коллеги. Главный редактор RTVI Алексей Пивоваров, директор нью-йоркской редакции RTVI Екатерина Котрикадзе. Я — Гарри Княгницкий.

Е.К.: Спасибо, коллеги.

Г.К.: Это был Ньюзток на RTVI, счастливо.

А.П.: Всего доброго.