Ньюзток
23:32
29 Мая 2018 г.
Сирия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Фрагмент Ньюзтока RTVI
Поделиться:

Сирия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Фрагмент Ньюзтока RTVI

Видео
Сирия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Фрагмент Ньюзтока RTVI
Фотография:
Freedom House / Flickr

Алексей Пивоваров, Тихон Дзядко и Екатерина Котрикадзе обсуждают в прямом эфире, почему Сирия решила признать независимость Южной Осетии и Абхазии, и как на это отреагировали в мире.


Тихон Дзядко: И сейчас к другим новостям сегодняшнего дня. Сирия признала независимость Абхазии и Южной Осетии — отколовшихся от Грузии регионов, которые Москва признала первой после российско-грузинской войны две тысячи восьмого года. Затем ее примеру последовали Венесуэла, Никарагуа, а также карликовое островное государство Науру в Тихом океане. Теперь вместе с Сирией количество признавших достигло пяти стран.

Алексей Пивоваров: Честно сказать, я не вижу здесь большого дела, потому что этого давно надо было ожидать. Я понимаю, конечно, Катя, что сейчас ты будешь клеймить такую позицию и Башара Асада. Но давайте будем откровенны, в современной политике, это я тебе заранее отвечаю, очень часто действует простое правило «ты мне, а я тебе».

До момента вмешательства России в сирийскую войну что было у нас с Асадом? Его власть висела на волоске. Он уже был одной ногой, в общем-то, в могиле. Хорошо, если только политической. А сейчас он снова контролирует значительную часть страны и диктует свои условия. Чем он может отплатить Путину? Ну не так уж многим. Вот в том числе признанием Осетии и Абхазии. А что вас, собственно, удивляет?

Екатерина Котрикадзе: Да. Я тут, конечно, не буду, Алексей, пытаться сказать, что я как-то удивлена, например. Но я как гражданка в том числе и Грузии могу, в общем, взять на себя, просто попытаться описать, как это для Грузии выглядит, и что в Грузии испытывают и что думают политики и граждане. Так вот для Тбилиси это, конечно, крайне неприятная история. Каждый раз, когда кто-то начинает рассуждать о признании или непризнании Абхазии и Южной Осетии, Грузия воспринимает это крайне болезненно, разумеется.

Это, вообще, один из самых болезненных вопросов: территориальная целостность для маленькой страны в четыре миллиона. Но если говорить о фактах, то смотрите: кто признал? Вот кто эти страны, которые признали? Это Никарагуа, Венесуэла, Науру. И вот теперь еще Сирия. Государство, которое, в общем, лежит в руинах. Государство, которого в принципе нет, которое принимает решение очевидно, под давлением. В этом нет никаких сомнений.

Ни одна из стран-членов ООН, обладающая хоть какой-то репутацией, не последовала призыву Москвы. Даже Беларусь отказалась признавать Абхазию и Южную Осетию, поскольку все государства мира, разумеется, понимают, что признание может быть крайне опасным прецедентом для них самих. То есть по большому счету от решения Сирии ничего не изменилось. Только короткий список в Википедии пополнился одной новой строчкой.

А там, кстати, раньше появлялась, например, страна под названием Тувалу, которая знаменита тем, что торгует признаниями сепаратистских регионов тех или иных государств. Вот она в результате свое признание отозвала и, вообще, вела себя, как женщина с пониженной социальной ответственностью, скажу я интеллигентно в эфире RTVI.

Так же двусмысленно вела себя страна под названием Вануату, которая, по данным грузинской прессы, получила двадцать три миллиона долларов от Москвы за эту удобную позицию по грузинским регионам. В две тысячи четырнадцатом государство отозвало признание и подписало договор о дипломатических отношениях с Грузией. Ну теперь вот Сирия еще.

А.П.: Можно я все-таки вставлю пять копеек в защиту государства Тувалу. Оно, вообще, известно своим коммерческим подходом к большим мировым процессам. Например, у этого государства интернет-домен — «.tv». И очень многие телекомпании во всем мире этим пользуются и платят государству Тувалу. Вот такая маленькая страна, которая больше ничего продать не может.

Е.К.: Коммерческий подход — это ты очень дипломатично, Алексей.

А.П.: Слушай, Катя, знаешь, что? Я понимаю, что тебя, конечно, как гражданку Грузии в том числе это не может не возмущать, но большая политика во всем мире — игра не для людей, которые озабочены вопросом сохранения репутации. Потому что я, может быть, открою ужасный секрет, Полишинеля, конечно: репутации сегодня одни, а завтра другие.

И мы это, к сожалению, даже в человеческих отношениях сплошь и рядом наблюдаем. В том же фейсбуке. И там вот, в человеческих отношениях, это, действительно, достойно порицания. А уже в отношениях между странами это, вообще, к сожалению, правило. Так что, знаете, не надо быть святее Папы Римского. Я постоянно обращаюсь к вам, коллеги, с этим призывом.

Т.Д.: Давайте менее эмоционально посмотрим на эту ситуацию и зададимся важным вопросом. Зачем России сейчас это понадобилось вдруг? Очевидно ведь, что это было сделано под давлением Москвы. Можно сделать вид, что это были какие-то сепаратные переговоры между Абхазией и Южной Осетией с одной стороны и Сирией с другой, но это не слишком убедительно.

Об этом, кстати, сказал и господин Хаджибма, де-факто президент Абхазии. По его словам, признанию предшествовала большая работа различных абхазских ведомств при участии России. Само подписание протоколов состоялось на российской территории, в Москве, а вовсе не в Цхинвале и вовсе не в Сухуме. То есть это продолжение дипломатических усилий России. Ничего особенного.

Я, кстати, скажу вам, коллеги, честно, что даже поместил бы это сообщение в «Инфошум», есть у нас такая рубрика, куда мы отправляем новости, которые лишь притворяются новостями, если бы признание не было официальным актом, который, конечно же, превращает это событие в новость, но абсолютно символическую.

А.П.: Если продолжать серьезный тон, я бы тут выделил другую деталь. Понятно, почему именно сейчас Москва пошла на такой шаг. Потому что, как мы помним, отношения с Грузией сейчас, они не то, чтобы на хорошем уровне, нет, конечно, сейчас по-прежнему нет и дипломатических отношений. Но все же, слушайте, ситуация лучше, чем в две тысячи восьмом году. Есть прямое сообщение, есть поставки в Россию «Боржоми» и грузинских вин.

Могу предположить, что тайминг для этого признания может быть даже, вообще, довольно случайным. Просто сама процедура была запущена какое-то время назад, или была достигнута какая-то договоренность с Асадом в ходе одного из его визитов в Сочи или в Россию. Какое-то время ушло на проработку, и вот сейчас результат. То есть не стоит во всем видеть непосредственный ответ на какое-то конкретное действие той же Грузии.

Еще раз, у Асада вообще особо нет других средств выразить признательность Москве, которую он, очевидно, должен как-то выражать. Собственно, ему от этого признания, откровенно говоря, хуже не станет. А лучше может, потому что Москва, очевидно, продолжит его поддерживать по полной программе.

Е.К.: Да, смотрите, власть в Грузии, действительно, настроена на дружбу с Россией, но официально Тбилиси не может себе сейчас позволить восстановить дипломатические отношения с Москвой. Не может, даже если, может быть, и хочет. Потому что, как мы знаем, двадцать процентов территории страны остаются под полным контролем российской стороны: там расположены российские военные базы, там служат российские военнослужащие.

Избиратель в Грузии совершенно точно не простит никакой власти отказ от Абхазии и Южной Осетии, отказ от принципа территориальной целостности. И вот прозападный курс, взятый еще при Саакашвили, действующие чиновники вынуждены продолжать, пусть и с гораздо меньшим рвением. А значит и Москва продолжает свой курс, поскольку, по моим данным, после этой триумфальной победы Бидзины Иванишвили в две тысячи двенадцатом году состоялась такая прямая беседа с представителями российской стороны.

Грузинские чиновники разговаривали с россиянами. И в ходе этой беседы новая грузинская власть очень недвусмысленно получила сигнал о том, что сидеть на двух стульях не удастся. Заявлять об интеграции в НАТО и одновременно налаживать отношения с Москвой — это не вариант. И тогда стало понятно, что, в общем, каждый идет своим путем. К две тысячи восемнадцатому году, в общем, ничего не изменилось.

Т.Д.: Не исключено, что так и будет продолжаться, и ничего не изменится.

Полную версию Ньюзтока смотрите здесь.