Зарина Догузова: «Отпуск и путешествие исторически не ассоциировались с отдыхом внутри России»

Спецгость
label
22 октября 2020
Новый герой проекта Тины Канделаки «Специальный гость» — руководитель Ростуризма Зарина Догузова. В интервью она рассказала о том, как россияне могут вернуть деньги за путешествия по стране, какие возможности для туризма открыла пандемия, в каких уголках России должен побывать каждый, а также о том, чем иностранцы отличаются от российских туристов и как Крым может стать популярным во всем мире курортом.

Тина Канделаки: Мы... Ты знаешь, это второй случай в истории нашей программы, что мы снимаем не в студии. В первый раз было с Максутом Шадаевым, мы его снимали в Нижнем Новгороде, вот ты теперь второй человек в истории программы, тебя снимаем в Туле, потому что, собственно говоря, здесь как раз проходил важный для вашего агентства конкурс, правильно?

Зарина Догузова: Абсолютно верно. Мало того, что это важный вообще в принципе год для Тульской области, она в этом году празднует 500-летие Тульского кремля, это очень важное событие действительно в истории нашей страны, в истории Тульской области...

ТК: Уже зазываешь туристов?

ЗД: Да, уже зазываю туристов.

ТК: То есть приезжайте, если еще не были.

ЗД: И да, мы сегодня действительно подводили итоги вместе с Агентством стратегических инициатив большого конкурса на создание туристических кластеров на самых красивых природных территориях нашей страны.

ТК: То есть вот здесь было 10 победителей, я как раз вела этот конкурс, то есть это 10 идей, 10 групп людей, которые придумали...

ЗД: 10 команд, я бы даже сказала.

ТК: 10 команд, которые придумали лучшее представление различным рекреационным зонам...

ЗД: Да.

ТК: ...правильно, которые могут считаться туристическими кластерами.

ЗД: Да, абсолютно верно. Это было на протяжении более полугода, эти команды обучали, им рассказывали, объясняли, как нужно строить туризм, как проводить маркетинг, где что должно находиться, как создать...

ТК: Ты во всех этих 10 местах была или нет?

ЗД: Тебе честно или как?

ТК: Ну честно, конечно.

ЗД: Не была во всех, во всех не была.

ТК: Ну, то есть ты только начинаешь везде ездить?

ЗД: Вот я честно скажу, мы сегодня с Сергеем Борисовичем много времени вместе проводили...

ТК: Ивановым ты имеешь в виду?

ЗД: Да, Сергей Борисович Иванов, который действительно очень много привнес и в этот конкурс, и, вообще, в дело сохранения природы нашей страны, он занимался защитой, спасением леопардов...

ТК: ...тигров...

ЗД: ...тигров. И вот, кстати говоря, сегодня же один из проектов-победителей — это «Земля леопарда» на Дальнем Востоке, вот мы сегодня с Сергеем Борисовичем общались, и он сказал: «Я был во всех 85 субъектах нашей страны». Я честно ему прямо по-доброму в этот момент позавидовала, мне, конечно, еще далеко до его...

ТК: Ну подожди, он старше тебя, ты еще успеешь.

ЗД: Это правда, я надеюсь. Я много езжу действительно, практически каждые выходные стараюсь где-то...

ТК: Вот каждую неделю ты ездишь, Зар?

ЗД: В том году, наверное, каждую неделю ездила, в этом году просто по объективным причинам не получалось...

ТК: То есть каждую неделю новый регион?

ЗД: Но я стараюсь куда-то проскочить, да, обязательно. Либо у меня рабочая командировка и я что-то смотрю, либо я там просто использую выходные, для того чтобы что-то посмотреть, увидеть. Потому что, конечно, тяжело принимать решения, когда ты не видел своими глазами, это вообще другое ощущение. Вот когда ты был в регионе, сколько бы тебе про него ни рассказывали, сколько бы ты фотографий, видео ни посмотрел, сколько бы счастливых туристов не рассказало про то, как там прекрасно, вот когда ты прочувствовал сам, пропустил через себя, вообще это другое впечатление. Поэтому, конечно, я так стараюсь нагнать. Я так-то достаточно много ездила по стране, когда работала...

ТК: ...в Администрации.

ЗД: Да, в Администрации президента и в правительстве, собственно, у меня как раз работа была такая, она была связана с постоянными передвижениями. Но все-таки ты другими глазами смотришь, во-первых, когда едешь в командировку, а во-вторых, ты совершенно другими глазами смотришь, когда уже отвечаешь за развитие.

ТК: Ну, ты можешь со всеми поговорить и понять вообще, что происходит.

ЗД: Конечно. И когда ты отвечаешь за эту отрасль, ты вообще по-другому на все смотришь.

ТК: Вот смотри, пойдем по порядку. Значит, в России туриндустрия попала в общенациональный план восстановления экономики, вам выделили после пандемии большое количество денег, правильно?

ЗД: Ну, это самое большое количество денег...

ТК: ...за всю историю существования Агентства.

ЗД: За всю историю, наверное, существования Агентства...

ТК: Это 15 миллиардов, правильно?

ЗД: Пятнадцать миллиардов было выделено на программу туристического кешбэка.

ТК: Мне интересно даже больше про другое. Вот я тренировалась до встречи с тобой, чтобы правильно выговорить блэйжертуризм. Я говорю: что такое блэйжертуризм? Оказывается, появилось такое новое направление в туризме: вот ты, например, едешь куда-то по делу, вот мы с тобой здесь, например, в Туле сейчас вроде по делу, то есть ты приехала на закрытие конкурса, я веду этот конкурс, мы, по логике, можем остаться на выходные и отдохнуть.

ЗД: Абсолютно, пойти прогуляться по Тульской набережной, сходить в кафешку...

ТК: Да-да-да. Вот что ты думаешь о таком блэйжертуризме? Как ты к нему относишься?

ЗД: Ну, мне кажется, что вообще самое ценное, что есть у современного человека, — это время, поэтому мы стараемся его провести с максимальной пользой, получив максимум впечатлений. Потому что мы сегодня живем в век впечатлений, все хотят получать новую картинку, напитываться какими-то совершенно новыми эмоциями, новой какой-то энергетикой. В каждом месте есть своя эмоция, наверное, своя энергетика, поэтому...

ТК: Но в Туле ты куда бы меня повела сегодня, вот если бы мы вечером остались здесь, куда бы пошли?

ЗД: Ну, я бы поехала в Ясную Поляну, вот точно, в Тульской области. Я вот каждый раз, когда приезжаю, стараюсь туда смотаться, потому что мне там очень нравится, там такая атмосфера такого умиротворения, такого полного какого-то единения с природой, при том что это еще очень важное для культуры и истории нашей страны место. Ну, по центру Тулы, я думаю, ты и без меня уже много раз гуляла. Ясная Поляна, Поленово, Романцевские горы, которые сегодня стали финалистами, победителями.

ТК: Да, они сегодня стали победителями.

ЗД: Там очень красиво.

ТК: Ну и вкуснейшие рестораны, потому что здесь появился...

ЗД: Ну вот рестораны ты мне как раз советовала.

ТК: Да-да-да, «Ангел 8», я здесь теперь уже все знаю.

ЗД: Да.

ТК: Скажи мне, возвращаясь все-таки к разговору про деньги. Вот на поддержку Ростуризма выделили 15 миллиардов, плюс возникло...

ЗД: Это на одну конкретную меру поддержки, которая была связана как раз с поддержкой доступных путешествий.

ТК: Вот, и возникла тема кешбэка в 15 тысяч рублей. Вот это уже сработало или нет? И объясни, как это работает. То есть если ты едешь по России, то тебе дают кешбэк 15 тысяч? Или что это такое?

ЗД: Ну, эта мера поддержки задумывалась как антикризисная в этот такой тяжелый для отрасли и для людей год...

ТК: То есть чтобы люди все равно ездили, чтобы отрасль не разрушилась?

ЗД: Да. Эта мера поддержки в два этапа у нас проходит. Вот первый пилотный ее этап проходил у нас в конце августа, длился он неделю, мы в течение недели давали людям возможность покупать такие туры и получать прямо деньгами возврат на свои карточки.

ТК: Вот, например, хочу в Сочи, еду в Сочи... ?

ЗД: Хочешь в Сочи — едешь в Сочи, покупаешь...

ТК: И всё вне зависимости от, условно говоря, зарплатных условий? То есть есть какие-то индикаторы, или всем подряд?

ЗД: Все, абсолютно все желающие могли принять участие в этой программе. У нас было там несколько ограничений в первый этап, они были связаны с тем, что мы не возвращали кешбэк за туры, которые реализовывались в Крыму и в Сочи в августе, к примеру, потому что там и так все было битком. У нас как раз задача была поддержать отрасль в такой период спада, в низкий сезон, для того чтобы люди поехали в тот же Крым, Сочи, на юг России, которые не менее прекрасны осенью, чем летом, поэтому это такая антикризисная поддержка.

ТК: Бархатный сезон.

ЗД: Бархатный сезон, абсолютно верно. Никаких ограничений, связанных с возможностью части людей, у нас не было. Необходимо иметь карточку «Мир», зайти, собственно, на сайт туроператора, гостиницы, которая участвует в программе, оплатить этой карточкой, и деньги возвращались...

ТК: А, то есть если ты абонент платежной системы «Мир», то, соответственно...

ЗД: Да.

ТК: А, понятно.

ЗД: И деньги возвращаются прямо...

ТК: То есть это у вас совместная такая программа?

ЗД: Совместная программа, но «Мир» как национальная платежная система... Собственно, в чем уникальность этой программы? Уникальность программы в том, что, собственно, во всем мире такие лидеры мирового туризма всегда поддерживают граждан в доступных путешествиях внутри страны, но, как правило, собственно, меру поддержки человек получает через туроператора, через гостиницу, а субсидии получает, как правило, непосредственно бизнес.

ТК: Ну, сервисы через сервисы.

ЗД: Да. Мы тут сделали, пошли чуть от обратного, у нас получается кешбэк непосредственно самому человеку, но при этом хорошо и бизнесу.

ТК: Но субсидии оператору вы развиваете? То есть государство развивает платежную систему «Мир»?

ЗД: Ну, по сути получается, что благодаря такому развитию внутреннего туризма мы и карточку «Мир» тоже, конечно же, поддержали. Кстати говоря, транзакции по карточкам «Мир» в период первого этапа были выше в 6 раз, чем за аналогичный период прошлого года, за эту неделю.

ТК: Ну, то есть все стали переходить на эту платежную систему, для того чтобы получить кешбэк.

ЗД: Но в категории travel, в категории путешествий, то есть люди в 6 раз больше покупали туров через карточки «Мир» в период старта продаж.

ТК: Но 15 тысяч — это хорошие деньги.

ЗД: Но я не рассказала на самом деле самое главное: это же был первый пилотный этап, мы его прошли, всем очень понравилось, у нас было огромное количество запросов от людей, что вот они хотели, но не успели, потому что окно продаж было неделю.

ТК: Ну то есть... А, то есть вы потом решили продлить?

ЗД: Мы решили продлить, президент, председатель правительства нас поддержали, и мы сделали еще более удобные, комфортные условия для участия людей...

ТК: Ну что, год кешбэка?

ЗД: Не год кешбэка. Рассказываю. У нас сейчас максимальная выплата в рамках кешбэка составляет 20 тысяч рублей, нет нижнего порога стоимости для участия в этой программе, то есть туры любой стоимости в ней принимают участие...

ТК: Подожди-подожди-подожди, то есть если я на 30 тысяч покупаю тур, то 20 тысяч вы мне возвращаете обратно?

ЗД: Двадцать процентов.

ТК: Двадцать процентов.

ЗД: А в максимуме 20 тысяч рублей.

ТК: А, все, я поняла, да, ага.

ЗД: То есть до 100 тысяч рублей получаются фиксированные 20%.

ТК: Все, теперь я поняла: то есть покупаешь на 30 тысяч...

ЗД: Всё, что выше, всегда 20 тысяч рублей. Но это действительно такие...

ТК: Нет, это очень хорошие условия.

ЗД: Это прямо 20 тысяч рублей — это прямо действительно беспрецедентная в этом смысле поддержка и людей, и экономики. Туры от двух ночей теперь участвуют, нижний порог по стоимости убрали, 20 тысяч и... Вот мы вчера стартовали, и, собственно, начиная с сегодняшнего дня люди уже покупали туры и отправляются с сегодняшнего дня в поездки с кешбэком. И делать это, собственно, покупать такие туры можно будет 1,5 месяца, до 5 декабря.

ТК: Ага, вот, ну практически до конца этого года.

ЗД: То есть мы окно продаж... Практически до конца этого года, включая Новый год и новогодние праздники.

ТК: То есть если... Вот как раз хотела спросить.

ЗД: До 10 января.

ТК: А, все.

ЗД: То есть вы... Сейчас, Тина, ты можешь...

ТК: Все, кто хочет поехать в Сочи отдыхать, может получить кешбэк 20%.

ЗД: Абсолютно. То есть вот сейчас можно покупать туры, сайт мирпутешествий.рф, это официальный сайт программы...

ТК: Ну честно, Зар, вы же смотрите статистику, то есть реально внутренний турпоток вырос благодаря этим мерам? Только честно.

ЗД: Ну, он не может вырасти... Мы увидели рост числа бронирований, абсолютно откровенно скажу, у туроператоров, у гостиниц по нескольким десяткам направлений в 2-3 раза, это абсолютный факт, это подтверждают и сами туроператоры, и регионы. Конечно, мы такой рост увидели не во всех регионах, вот, скажем, в Питере был в 2-3 раза рост, был большой рост по Сочи, по Крыму, в Республике Татарстан. Но для того, чтобы от этой меры поддержки был такой действительно системный, большой эффект, она должна работать как системная мера поддержки на протяжении нескольких лет, и это, собственно, как со всеми другими мерами поддержки.

ТК: Вот скажи, как ты считаешь, насколько, по твоим наблюдениям, пандемия изменила сам смысл путешествий? Ведь вот путешествия в последнее время стали как потребление: вот человек, если он начинает зарабатывать деньги, покупает себе еды гораздо больше, чем ему надо, одежды гораздо больше, чем ему надо, и путешествует человек тоже гораздо больше по большому счету, чем ему надо. Это же вот такое, знаешь, бездумное потребление, это такой индикатор любого худо-бедно успешного человека, который, в принципе, может быть, ездил бы и меньше, но он смотрит в соцсетях, все они ездят, и я должен ездить. Вот скажи, грубо говоря, не перешел ли и не переходит ли туризм в ту сферу вещей, от которых в принципе можно и отказаться? Вот вы этого не боитесь?

ЗД: Это то, на что никогда не жалко денег.

ТК: Есть какая-то, например, статистика или, может быть, какая-то аналитика, вот сколько современному человеку нужно ездить? Я объясню. Я, к сожалению, отношусь к той группе людей, которые, если есть возможность остаться дома, я всегда остаюсь дома. Я даже не то чтобы по России много путешествую, но характер такой. Но и у меня есть возможность, и у многих моих знакомых есть возможность, но они ее реализуют, в отличие от меня, каждые выходные куда-то улетают. Вот я этих людей, честно, не очень понимаю...

ЗД: А я вот их как раз понимаю.

ТК: То есть вот...

ЗД: Ведь каждая поездка — это новая эмоция, ты как будто становишься чуточку богаче духовно, внутренне, ты какие-то для себя новые грани открываешь, ты по-другому начинаешь смотреть на мир, на вещи. Вот даже одно и то же место, не обращала внимание, я даже в одно и то же место приезжаю, я по-другому его воспринимаю, я что-то новое для себя открываю. Это я не к тому, что можно быть гармонично развитой личностью, наверное... Ну, Кант всю жизнь прожил в Кенигсберге, в нынешнем Калининграде, написал свою великолепную философию и ни разу никуда не выезжал за пределы. Это говорит о том, что он как-то смог эту всю философию придумать.

Но вот все-таки для современного человека эта возможность путешествовать, мне кажется, приобрела какое-то особое значение и стала такой базовой, я бы сказала, необходимостью, потребностью. И для этих людей, мне кажется, настало действительно время таких людей, которые очень мобильны, передвигаются, им хочется делиться впечатлениями, узнавать что-то новое, открывать для себя мир, страну.

ТК: Не могу тебя не спросить. Ты полтора года возглавляешь Ростуризм. Скажи, пожалуйста, что удалось сделать, три вещи, которые сделала Зарина Догузова и которыми она гордится, и что вызывает наибольшее сопротивление, ты понимаешь, что ты все равно добьешься своего, но это самая сложная зона в работе, с которой ты столкнулась?

ЗД: Ну, начну с того, что, наверное, мы впервые подошли к осознанию туризма как очень важной, системообразующей именно отрасли экономики, которая оказывает огромное влияние, огромный эффект как на социальную, так и на экономическую жизнь нашей страны.

ТК: То есть это раз, то, что ты... ?

ЗД: Но мы вот, мне тут как бы чуть-чуть неловко подчеркивать свою роль, но действительно мы с таким в этом смысле огнем в сердце вместе с отраслью, с большим количеством людей, которые нам помогали, вложили огромное количество сил в то, чтобы как можно больше в разных кабинетах, в общении с журналистами, во всей своей работе как можно больше говорить про важность туризма.

ТК: То есть ты хочешь сказать, что... ?

ЗД: И мне кажется, что вот одним из таких признаний туризма как такой самостоятельной отрасли экономики стало то, что Ростуризм, это ведомство, которое отвечает за развитие туризма в нашей стране, впервые за 13 лет выделено в самостоятельное ведомство, которое напрямую подчиняется председателю правительства…

ТК: Это раз.

ЗД: Это агентство прямого подчинения, это раз.

ТК: Это раз.

ЗД: И это стало возможно как раз в том числе благодаря тому, что действительно на таком высоком государственном уровне туризм осознали как самостоятельную такую единицу, самостоятельную отрасль экономики.

ТК: Это после Чемпионата мира по футболу, как ты считаешь?

ЗД: Ну, с Чемпионата мира по футболу все-таки прошло уже сколько, 2 года. Я думаю, что это вот таким, знаешь, накопленным итогом, я бы сказала так, такая накопилась критическая масса плюс вот какая-то действительно энергия нашей команды, команды Ростуризма, людей, которые... Вот ты сегодня видела, с какими горящими глазами люди рассказывали про туризм, про свои проекты...

ТК: Это да.

ЗД: Мы вот как-то, какой-то огромной командой объединились и очень многое...

ТК: Поверили в то, что эта индустрия...

ЗД: ...делали в этот год для туризма, ради туризма, ради развития страны, и это каким-то вот накопленным итогом дало этот действительно толчок развития.

ТК: Поверили в индустрию, это раз.

ЗД: Поверили в индустрию.

ТК: Кумулятивный эффект как бы, ты, твоя роль...

ЗД: Потом мы на самом деле очень многое делали впервые. Мы, наверное, ну прямо подавляющее большинство вещей делали впервые. Вот из того, за что действительно нам не стыдно, могу сказать, что мы, наверное, впервые продвигаем и рассказываем про туризм на всех возможных площадках, начиная с федеральных каналов, различных ток-шоу, продолжая традиционными СМИ вроде «Комсомольской правды», «Аргументов и фактов», например, еще Tatler, которому я неожиданно для себя согласилась дать интервью, и заканчивая фейсбуками, гуглами и тиктоками.

ТК: Значит, смотрите, вы перечислили, первое — это кумулятивное привлечение общественного внимания...

ЗД: Признание туризма как действительно социально-экономически важной отрасли экономики страны.

ТК: Да. Второе — выход во все сферы коммуникаций, как вы сказали, от гугла...

ЗД: От «Комсомолки» до тиктока.

ТК: От гугла, да, до тиктока.

ЗД: И пробежалась по Tatler еще.

ТК: То есть везде придете?

ЗД: Абсолютно. Вот мы коммуницируем везде, где только можем, принимаем...

ТК: И в тикток придете?

ЗД: Мы уже пришли в тикток.

ТК: А что вы в тиктоке делаете? Ростуризм — в тиктоке.

ЗД: У меня было три прямых эфира в тиктоке, у меня там есть официальный аккаунт, и там все лето регионы выкладывали ролики, это была программа, которая была организована Ростуризмом, кстати, ролик про Тулу набрал несколько миллионов просмотров. И кстати говоря, вот не могу тут не похвалить свою команду: мы в этом году запустили рекламную кампанию впервые такого федерального масштаба про поездки выходного дня короткие, она называется «Наполни выходные эмоциями», ролик снимали в Питере. Вот ролик на ютьюбе, Тин, ролик, который делался по заказу как раз Федерального агентства по туризму, почти 4,5 миллиона просмотров.

ТК: Тогда вопрос. Вот смотрите, если... Почему вот обычно министры не любят быть открытыми? Потому что если они везде приходят, то, соответственно, второй логический вопрос — вы что, реально в директ заходите и в директе реально всем отвечаете? А так как все не любят отвечать, обычно у всех ведут аккаунты помощники, ну у большинства, скажем так, ведут аккаунты помощники. И те министры, которые сами общаются с аудиторией, так активно начинают коммуницировать, — исключение. То есть ты реально... ?

ЗД: Мне, кстати говоря, очень понравилось, вот у меня...

ТК: То есть вот эти прямые эфиры, которые я вижу, эти сторис...

ЗД: Прямые эфиры — это вот, я честно скажу, очень много времени занимает, и действительно моя работа сейчас как бы... Вот если в процентном соотношении смотреть, медийная часть, хоть она и самая заметная, но она самая маленькая на самом деле. Мы, засучив рукава, целыми днями действительно работаем, просто не покладая рук...

ТК: Но ты отвечаешь? То есть вот просто объясни мне...

ЗД: У меня сначала прямой эфир в тикток, а потом я иду заниматься канализациями, то есть это вот примерно так происходит.

ТК: Да, но вопрос. Вот эта же открытость к чему приводит? — что все начинают писать, звонить, пытаться достучаться...

ЗД: Это правда.

ТК: ...как только какой-то форс-мажор. Вот поэтому я у тебя про Камчатку не могу не спросить. То есть, условно, происходит Камчатка, и сразу все тебе пишут, то есть ты это...

ЗД: Но я, кстати, обратила внимание, отреагировала...

ТК: Да, одной из первых.

ЗД: Когда, собственно, этот скандал начал разворачиваться, я действительно отреагировала, не могла не отреагировать на это, в инстаграме. Ну что я могу сказать? Камчатка — это действительно наша жемчужина, там, кстати, новый молодой очень активный губернатор, мы с ним в постоянном контакте находимся, там ученые этим всем активно занимаются. Давай дождемся окончательных выводов, окончательного какого-то вердикта людей, которые действительно во всем этом разбираются, потому что из того, что я слышу, есть много разных версий. Давайте дождемся окончательных итогов всех этих анализов, исследований. Я рассчитываю на то, уверена в том, что они будут объективны и мы больше никогда не допустим повторения...

ТК: Ты больше веришь в то, что виновата природа или люди? Вот сама как считаешь?

ЗД: Там действительно ряд очень умных, вдумчивых людей, мне самой интересно, спрашивала, есть версия с водорослями, действительно как-то научно ее даже обосновывают, но есть люди, которые сомневаются в этой версии...

В любом случае я предлагаю, каждый должен делать свою работу, я в этом смысле не эколог, наукой не занимаюсь, вот пусть люди, которые занимаются наукой, люди, которые отвечают непосредственно за эту часть, сделают, придут к выводам, к окончательным результатам. Ну а моя задача — сделать так, чтобы Камчатка стала мировой жемчужиной, жемчужиной мирового туризма. Потому что Камчатка — это действительно не только российское достояние, это достояние всего мира, и мы с губернатором, у нас на этой неделе, буквально пару дней назад, было большое...

ТК: Ты летишь туда? Ты там была, летишь туда? Какие планы?

ЗД: Ну, я на самом деле планирую до конца этого года побывать на Дальнем Востоке, вот посмотрю, получится не получится. На Камчатке я, конечно же, была. Что нужно, мы с губернатором проговорили, нам нужен большой, комплексный туристический, именно с уклоном на туризм мастер-план такой системный, который на десятилетия вперед задаст правильный вектор развития Камчатки: нужно определить функциональные зоны, нагрузки, для того чтобы природу не порушить, сохранить экосистему региона.

И этот план должен включать в том числе и какие-то уникальные дизайн-коды, все это должно правильно вписываться в ландшафт. Мы должны определить места, где должны строиться курорты, а где они никогда не должны строиться; если строить, то какие это должны быть курорты, и так далее. Вот это тот подход, в соответствии с которым действуют мировые дестинации в странах, которые являются лидерами мирового туризма, вот именно так лучшие с точки зрения туризма страны в мире подходят, и мы впервые к этому подошли и в нашей стране тоже, для Камчатки мы хотим такой мастер-план с вовлечением и наших лучших специалистов, и, очень важно, именно мировых компаний, которые уже делали подобные проекты, их обязательно вовлечем.

ТК: Скажи, пожалуйста, вот я как раз тебя спрашивала, когда мы говорили про вторую твою победу, которую ты считаешь победой за время нахождения на этой должности...

ЗД: Не своей, наверное, общей, командной, мне бы тут хотелось...

ТК: Ну командной, да, что вот ты коммуницируешь. Но ты так и не ответила мне. То есть сейчас много людей тебе пишут, если где-то что-то вдруг загорелось, что-то произошло?

ЗД: Много людей, много людей пишет.

ТК: Ты как реагируешь? Ты сама сразу говоришь помощникам проверить?

ЗД: Ну вот, Тин, я даже, как говорится, люблю говорить правду: аккаунт мой личный, я действительно его сама завела, я отвечаю на комментарии, смотрю, стараюсь следить. Но у меня, конечно же, есть в агентстве люди, которые вот просто... Все только с моего согласия. В моем аккаунте не происходит ничего, что бы я не сделала сама и на что бы не дала соответствующее указание.

ТК: И не проконтролировала. Я просто про что спрашиваю? Можно ли тебе написать, вот люди, которые нас смотрят...

ЗД: Можно, я отвечаю, конечно.

ТК: То есть условно, если где-то в регионе что-то происходит, до тебя это еще не дошло, а люди тебе пишут...

ЗД: Нет, мне пишут, я отвечаю в личку, я отвечаю на комментарии, я читаю директ, я отвечаю в директе. Вот у меня буквально случай был на прошлой неделе, пишут, я не буду подробности рассказывать, пишут люди из Мурманской области, рассказывают о проблеме, которая косвенно относится к туризму, но просто в силу того, что я знаю очень много людей, очень хорошо общаюсь с большинством губернаторов, сразу написала Андрею: Андрей, вот такое обращение...

ТК: Андрею Чибису, губернатору Мурманской области.

ЗД: Чибису, да. Он, кстати говоря, в этом смысле очень такой гибкий, быстрый, современный, моментально отреагировал, говорит: «Я разберусь». Ну вот я, кстати, проконтролирую, как он разобрался.

ТК: Третье, что ты считаешь победой команды.

ЗД: Третьей победой команды... Мы сейчас действительно совсем близко подошли к тому, чтобы появился в нашей стране новый национальный проект «Туризм и индустрия гостеприимства». Это, конечно, будет огромная победа отрасли, у нас есть уже поручение президента и премьера сформировать основные подходы к этому национальному проекту, мы их сформировали под чутким руководством Дмитрия Николаевича Чернышенко.

ТК: Не боитесь? Потому что, вот смотри, ты абсолютно, конечно, права, туризм в России должен быть нацпроектом, но есть, понятно, внутренние возможности, то есть внутренний туризм, который надо развивать, и есть невероятные возможности и самые большие деньги, потому что это, естественно, валютная разница, это деньги, которые тратят иностранные туристы на фоне санкций. То есть вот как ты считаешь вообще, туризму они мешают, или люди все равно формируют свое мнение, исходя из каких-то совсем других мыслей, не политических?

ЗД: Ну, вот если говорить про туризм в его таком международном преломлении...

ТК: Да.

ЗД: ...то я считаю, что как раз туризм как фактор, как очень важный фактор мягкой силы — это такая самая, я бы сказала, гениальная возможность для нашей страны экспортировать в мир свой образ как такой открытой, гостеприимной страны.

ТК: Нет, просто объясни мне по-человечески. Вот смотри, я недавно узнала, я была в шоке. Ты знаешь Берни Сандерса, это американский политик...

ЗД: Конечно.

ТК: ...который все время баллотируется в президенты. Ты знаешь, где он провел медовый месяц?

ЗД: Нет, не знаю. В России?

ТК: В Ярославской области.

ЗД: Вот, я хотела сказать, в России.

ТК: Да, в России, в Ярославской области. То есть вот, например...

ЗД: А он тебе на ушко шепнул? Потому что я, честно говоря, даже...

ТК: Нет, я прочла просто про это, я прочла, это не секретная информация, то есть...

ЗД: Я, кстати, не видела.

ТК: Люди, имеющие социалистические взгляды, безусловно, очень многие, это касалось и кубинских товарищей, это касалось в том числе и ряда американцев, приезжали в Советский Союз.

ЗД: Ну, Тин, если я правильно поняла твой вопрос, то влияет ли туризм... ?

ТК: Нет, веришь ли ты... ?

ЗД: Я верю в то, что туризм и путешествия по нашей стране способны менять отношение к ней.

ТК: В какую страну ты веришь больше всего? Кто к нам больше всего приедет: китайцы, американцы, европейцы? Вот в какие страны ты больше всего веришь с точки зрения потенциала?

ЗД: Я думаю, что у нас огромный недораскрытый потенциал в том, что касается европейских стран. К нам едут буквально сотни тысяч, там даже не миллионы. К нам на самом деле, если посмотреть очень внимательно на туристический поток, на его структуру, мы увидим, что к нам гостей из стран дальнего зарубежья очень немного ездит, там о миллионах можно говорить только в случае с китайскими туристами. Вот следующие за ними по масштабности турпотоков — Германия, собственно, Франция и Италия где-то пониже, но это сотни тысяч, там речь не идет о миллионах. То есть мы в общем мировом турпотоке занимаем какие-то 0,00%.

ТК: Ну, то есть статистическая погрешность.

ЗД: Абсолютно верно, статистическая погрешность. Поэтому потенциал в части приезда к нам иностранцев недораскрыт. Сказать, что он недораскрыт, — это ничего не сказать, это мягко сказать. Поэтому... И к нам хотят ездить, Тин, Россия входит в top of mind людей, люди хотят ездить в Россию, Россия — как загадка, как что-то такое неоткрытое, еще окутанное тайной. Вот электронная виза у нас появится, системно будем развивать инфраструктуру, улучшим маркетинг...

ТК: А кто они, эти люди, кто к нам хочет приехать? У вас есть профиль туриста, вот средний профиль туриста, кто он?

ЗД: Вот к нам сейчас... Я могу сказать, кто к нам сейчас едет, — это в основном люди старшего поколения, старше 50-55 лет.

ТК: То есть люди вышли на пенсию, видели все и не видели Россию.

ЗД: Люди вышли... Во-первых, эти люди еще как-то, как сказать... Почему к нам не едет молодежь? — потому что она не готова стоять в очередях, не готова ждать несколько месяцев получения визы. Это люди, которые мобильные, они готовы проскочить на короткие выходные в Москву, но они не могут этого сделать, потому что у нас нет электронной визы, и они не готовы, собственно, тратить много времени, для того чтобы оформить, пойти в консульство, выстоять очередь и оформить визу. Поэтому я уверена, что у нас структура въездного турпотока в сторону ее омоложения изменится сразу после того, как мы запустим режим электронной визы. И нам, конечно, надо с маркетингом поработать.

ТК: Ну подожди, вот смотри, ты говоришь, что, с одной стороны, с точки зрения визы сложно, но еще до недавнего времени мы были одним из самых свободных и открытых городов. То есть условно мы понимаем, что уже в Лондоне, в Нью-Йорке...

ЗД: Ну, открытых...

ТК: Ну, в Лондоне и Нью-Йорке уже даже если очень сильно захочешь, никуда не сходишь, потому что на карантине все позакрывали, а у нас, по большому счету, гуляй не хочу, ну ты же сама видишь.

ТК: Ну это ты, Тин, яблоки с грушами сравниваешь, открытость же тоже разная. Открытость внутри самой страны, да, абсолютная.

ТК: Технически получение визы, да, это сложно.

ЗД: Поэтому и люди, получается, приезжая в Россию, они просто как бы долго ходят, собственно, с широко открытыми глазами, удивляясь, действительно ли мы в той самой России, о которой нам столько всего страшного рассказывали. А с точки зрения именно открытости как страны, куда легко оформить визу, у которой есть удобный, быстрый доступ в интернете, вот тут, конечно, наши позиции пока еще очень слабые.

ТК: Вопрос — как выглядит русский турист, как ты считаешь? Вот русский турист — он кто?

ЗД: Как выглядит русский турист, который ездит по стране?

ТК: Ну, то есть иностранцы, я поняла, ты говоришь, что это пожилые достаточно люди, то есть люди уже выходят на пенсию, у них есть время, собственно говоря, мучиться с нашей визой...

ЗД: Есть время у них, да.

ТК: Да, желание, время, незакрытый гештальт. То есть если хотите помучиться, помучайтесь, соответственно, и, вполне возможно, до нас доедете. А что касается вот нашего туриста, наш турист — это кто самый активный?

ЗД: Вот наши туристы, которые ездят по стране... Вот я бы поделила, наверное, на две основные группы, первая такая в большинстве — это люди, которые ездят на такой классический пляжный отдых: Крым, Краснодарский край, море и такой вот отдых с семьей или с друзьями на берегу моря.

ТК: Ну, то есть это 35—45 так называемая аудитория?

ЗД: Даже, может быть... Да, и старше тоже. Но есть еще, их пока меньшинство, но очень активно этот вид туризма развивается, — это все, что связано со здоровым образом жизни, это люди более мобильные, они могут прямо с детьми отправиться в поход. Вот я даже этим летом видела огромное количество постов в инстаграме, люди с детьми, семьями ехали не на море, а на Камчатку.

ТК: В кемпинг, ты имеешь в виду?

ЗД: Это и кемпинги, и просто гостиницы, какие-то модульные строения, походы, трекинги, это какие-то поездки с культурно-познавательными целями по малым городам. То есть это такая более мобильная часть населения, которая...

ТК: Ну это такой туризм, связанный все-таки с цифровым развитием.

ЗД: Да.

ТК: Потому что люди видят, как в мире это происходит...

ЗД: Это люди, которые переосмыслили уже туризм, для них туризм вышел...

ТК: Но это вы, или это люди сами? То есть я сейчас поясню...

ЗД: Вы знаете, мы, безусловно, в это большую лепту вносим, внесли, но это таким опять-таки накопленным итогом... Я думаю, что вот это то, про что мы в начале говорили. Мне кажется, что у современного поколения появляется все больше и больше желания двигаться, быть мобильными...

ТК: Но люди просто, ты же понимаешь, они смотрят опять-таки те же соцсети, они видят, как, например, люди в Америке отдыхают, люди в Европе отдыхают.

ЗД: Конечно, это становится модным, это становится в тренде.

ТК: А можно... Знаешь, о чем тебя еще хочу спросить? Так как ты сейчас во всем этом разбираешься, вот самый дорогой отдых в России где? Вот есть, мы знаем, например, люди, у которых есть деньги из России, очень стремятся их потратить за границей. Меня это дико всегда раздражает, ну как бы, да, со своими лодками, со своими самолетами... Я тебе честно скажу, все то же самое я приветствую...

ЗД: А ты знаешь, Тин, начали ездить уже. Ты знаешь, у нас начало появляться... Вот сейчас время отдыхать в России, мода отдыхать в России.

ТК: Вот самое дорогое... Нет, смотри, объясни мне, пожалуйста, вот я к чему, я недоговорила...

ЗД: Вот я могу сказать, где дорого очень.

ТК: Дай я тебе объясню. Когда я это все вижу за границей, у меня всегда возникает вопрос: все классно, но верните все в страну, отдыхайте, стойте со своими лодками в стране. Ну почему так надо рваться за ее пределы, зарабатывая деньги здесь? Вопрос: есть ли у нас уже такие места? И с чем это связано? Это связано с пандемией, или реально люди принципиально приняли такое патриотическое решение, что наконец-то все стали возвращать в страну?

ЗД: Ну, я тебе честно скажу, Тин, я всегда, и много раз про это говорила, очень много вопросов, против каких-то искусственных ограничений, всегда была против, никогда такое поддерживать не буду. Я за то, и свою задачу вижу в том, чтобы у нас в стране появлялись такие туристические предложения, когда бы выбор отдыха в стране был твоим лучшим выбором, вот это моя задача. Не за счет закрытых границ, не за счет того, что случилась пандемия...

Тем более ты прекрасно понимаешь, что за одно лето, за один год закрытых границ никаких чудес не произойдет. Да, мы запустим чартеры, мы сделаем кешбэки, но гостиницы, инфраструктуру ты за одно лето не выстроишь, это годы системной работы. И мы понимаем, что вот мы уже открываем границы с очень многими странами, рано или поздно все нормализуется, и дай бог, а нам дальше системно развивать страну. Поэтому...

ТК: Ну вот ответь, где самое дорогое, где в России... ?

ЗД: Ты знаешь, мне очень сложно сказать, где самое дорогое, я могу перечислить места, где очень дорого.

ТК: Да, давай.

ЗД: Ну вот я уже сказала...

ТК: ...Алтай.

ЗД: Алтай, в Горном, ну не везде, вот это отдельно взятые гостиницы, потому что там подешевле тоже можно. Есть очень дорогие места отдыха в Горном Алтае, на Байкале, есть «Байкальская резиденция», отель, который входит в World Luxury Hotels, он там...

ТК: Это 100 самых дорогих отелей в мире.

ЗД: Да, в 100 самых дорогих отелей в мире, он становился лучшим экоотелем, собственно, в мире, побеждал в каких-то номинациях. Дорого, конечно же, на Камчатку, это... Опять-таки, можно и подешевле съездить, но если ты хочешь хорошо и комфортно, Камчатка... Дорого это? — да, дорого. Дорого Шантарские острова, это прямо такая экзотика. Дорого, на самом деле очень дорогие туры можно — смотря как ты хочешь отдохнуть — и на Русский Север, Мурманская область, там дорогущая, собственно, так называемая рыбалка нахлыстом, там это такой вид рыбалки, она считается таким королевским... Я в рыбалке несильно, честно скажу, разбираюсь, я свою первую рыбу поймала вот сейчас на Алтае, первый раз так порыбачила. Там забронировано на несколько лет вперед...

ТК: Нашими соотечественниками?

ЗД: И нашими, и иностранными, англичане очень любят туда ездить, но в этом году, понятно, нет...

ТК: Но это не браконьерство какое-то?

ЗД: Это не браконьерство, это рыбалка абсолютно легальная.

ТК: Вот что такое... Раз ты говоришь, что Мальдив нет, — тогда назови мне, где наша Италия, где наша Норвегия, где наш Большой каньон.

ЗД: Ну, ты знаешь, понятно, что я не могу не назвать Байкал, Алтай, Камчатка, потому что это действительно такие жемчужины мирового туризма. Это, безусловно, абсолютно уникальные Шантарские острова, это, конечно, абсолютно уникальный Русский Север, это Мурманская область, самый большой город Мурманск за полярным кругом с северным сиянием, невероятная культура. Кстати говоря, ты зря улыбаешься...

ТК: Я там была просто, я поэтому...

ЗД: Ты была на Оймяконе?

ТК: Да-да, я была.

ЗД: На Оймяконе? У тебя есть сертификат, что ты посетила?

ТК: Ты знаешь, сертификата у меня нет, я просто по работе туда прилетала...

ЗД: А что тебя занесло на полюс холода?

ТК: Нет, меня просто, да, я была... Я, например, никогда в жизни не видела дома в условиях вечной мерзлоты, и там я с этим ознакомилась...

ЗД: Кстати говоря, иностранцы прямо за несколько лет в очередь записываются, чтобы попасть на Оймякон, действительно получить вот этот сертификат, что ты пожил в этом самом холодном населенном пункте в мире, там -71, по-моему, как-то было зафиксировано. И конечно, Тин, вот эти уникальные наши... Ну, кстати говоря, вот ты сказала про каньон, и я сразу вспомнила — ты видела когда-нибудь фотографии или видео Сулакского каньона в Дагестане?

ТК: Нет, не видела.

ЗД: Вот прямо забей как-нибудь в интернете «Сулакский каньон в Республике Дагестан».

ТК: Я вообще не знаю, что такое Сулакский каньон, вы уж меня простите. Более того, почему я не знаю? — скорее всего, проблема с инфраструктурой. То есть проблемы с чем? Нет дорог, нет гостиниц, нет гарантии, что где-то в ближайшее озеро не сольют тебе химикаты, нет гарантии, что лес не вырубят, нет гарантии, что будет нормальный сервис, нормальная еда, нормальная гостиница. И вот в этих условиях... Как бы я очень рада за твой оптимизм, но тем не менее ты собираешься привлекать туристов в Россию, вот ты в какой вообще клетке для себя мыслишь? Вот чтобы люди узнали, что есть Сулакский каньон, это сколько лет надо? И более того, вот я узнала, хорошо, сейчас, если мы друг друга спросим, надо ли мне туда ехать, я думаю, что ты мне скажешь...

ЗД: Там очень красиво.

ТК: ...что подожди, правильно? Ну, то есть там...

ЗД: На самом деле как, Тин? Я тебе не скажу «подожди», я тебе скажу «поезжай», потому что, конечно, с инфраструктурой у нас пока еще сложно в стране. Вот все проблемы, которые ты перечислила, это ровно так и есть. Действительно, системного такого, очень такого правильного на протяжении многих лет подхода к развитию туристической инфраструктуры, конечно, у нас никогда не было.

ТК: А почему? Наследие Советского Союза, нечего сюда ездить, или что?

ЗД: Ну, ты знаешь, ну вот не занимались туризмом, ну не занимались системно туризмом, ну вот как-то так получилось. Как сказать, чего рассуждать, почему не делали? Надо сейчас брать и делать. Все осознали важность развития индустрии гостеприимства, туризма, и ты на самом деле очень правильные все блоки перечислила. Мы очень глубоко анализировали путь туриста, путь инвестора, собственно, что не так государство делает, и вот, собственно, нам абсолютно понятны все системные проблемы, и мы понимаем, что надо делать.

ТК: Но ты просто еще и человек очень молодой, ездила по миру. Я как раз знаю, что ты один из тех руководителей, который Россию, правда, достаточно сильно объездил в период своей предыдущей работы, до того как ты пришла в федеральное агентство, поэтому ты Россию-то правда знаешь.

ЗД: Я правда очень много ездила, да.

ТК: Да, ты правда очень много ездила.

ЗД: Но другими глазами смотрела, просто другими глазами, сейчас я прямо как-то душой болею.

ТК: Но тем не менее ты же понимаешь, что... Мы обсуждали с тобой за эфиром приезд в Лапландию, это такая секунда там — трата денег...

ЗД: Твое времени расписано.

ТК: Да, весь твой маршрут от момента, как ты с детьми туда приехал, до момента, пока ты оттуда уехал, рассчитан на то, чтобы ты каждую минуту своего пребывания тратил деньги.

ЗД: Потому что они-то давно поняли, что туризм — это отрасль экономики, что на туризме нужно зарабатывать.

ТК: Да, да.

ЗД: Это рабочие места, это зарплаты, это благосостояние местных жителей...

ТК: Это очень важная часть экономики. Ну вот, смотрите, Чемпионат мира по футболу, к нам приехали люди, мы сами про это во всех новостях показывали, люди были в шоке от того, какая невероятная Россия, мы говорили: «Туристы, посмотрите, какая мы невероятная Россия!» Все признавались в любви России. Закончился Чемпионат мира по футболу, и тема, значит, затухла. Вот скажи, почему она затухла? Как ты считаешь, почему?

ЗД: А что именно затухло, прости?

ТК: Ты знаешь, вот показывали очень много иностранцев, я никогда этого не забуду, я все время смотрела новости, и помнишь, появился такой бразилец, который при помощи ненормативной...

ЗД: Да, да.

ТК: Вот кого хочешь сейчас здесь спроси, Россия...

ЗД: Я поняла, про что ты.

ТК: Ты понимаешь.

ЗД: Действительно, я абсолютно согласна, что Чемпионат мира по футболу стал, наверное, одним из самых ярких мероприятий в новейшей истории России, внес, наверное, наибольший вклад в продвижение нашей страны, в формирование позитивного имиджа нашей страны, это абсолютно так. Но Чемпионат мира по футболу, действительно это, наверное, самое популярное, самое массовое спортивное мероприятие в мире, у нас, кстати, впереди в 2022 году и хоккей, и универсиады, и керлинги, у нас много-много, евро, финалы чемпионатов, много мероприятий, будем максимально их, конечно же, использовать...

ТК: Вы пытаетесь... ?

ЗД: Но вот я-то по-другому, Тин, знаешь, я вот по-другому даже думаю. Чемпионат мира по футболу, еще раз повторю, это было абсолютно гениально, тем более что с точки зрения пиара нашей страны я сама непосредственно этим мероприятием занималась. Я, уже придя в Ростуризм, подумала о другом, что если мы системно будем развивать туризм, если мы будем системно продвигать Россию как страну, комфортную для путешествий, вот только... Вот те болельщики, которые приехали к нам под мероприятие, эти люди могут к нам ездить с целью отдыха и досуга.

ТК: Ну, один такой человек может...

ЗД: И нам для этого не всегда обязательно проводить эти мероприятия.

ТК: Один такой человек может привезти двух-трех людей, потому что он может вернуться с семьей.

ЗД: Конечно.

ТК: Но у меня вот...

ЗД: А главное, деньги привезти, еще оставить их в экономике страны.

ТК: Да. Но у меня к тебе вопрос, как вы это видите, потому что, например, вообще, зайди на любой сайт туристический мировой, я уж не буду говорить про стриминговые платформы, в которых при помощи сериалов, разного развлекательного контента очень красиво представляется, например, любой регион. Извини меня, даже в сериале «Наркос», когда ты смотришь на Медельин, тебе кажется, что если у тебя будет когда-нибудь в жизни свободная неделя, то Медельин надо увидеть собственными глазами, и я так про каждый сериал могу тебе сказать.

ЗД: Это сила кино называется.

ТК: Да. Вот у нас этого нет. Вот как ты вообще видишь, как ты в мир собираешься заходить? Вот через что ты хочешь прийти, так как ты в коммуникациях хорошо понимаешь, в мир? Через кино, через сериалы, через какие-нибудь культурные программы, через, может быть, просто какие-нибудь лонгриды, может быть, журналистов из The New York Times и Financial Times ты собираешься в Россию привезти и показать?

ЗД: Ты знаешь, Тин, наверное, мы... Вот я говорю, мы достаточно глубоко анализировали. Во-первых, тут тоже большая, многолетняя системная проблема, мы системно этим тоже не занимались, просто от слова «совсем». Мы не продвигали, маркетингом страны не занимались, какое уж там действительно кино. Надо, у нас действительно одна из таких глобальных задач — это, во-первых, убедить всех, что нужно не только строить инфраструктуру, но и заниматься системным продвижением и маркетингом.

ТК: Вот вы сейчас...

ЗД: Каналы коммуникации, кино, ты абсолютно права. Рибейты — совершенно гениальная история, мы же все видели и «Игры престолов», трилогия с «Хоббитом» и с «Властелином колец», все места, которые в том или ином виде присутствуют в известных фильмах, сериалах. Вот мы только с тобой в начале говорили про то, что мы впервые подошли в стране к осознанию туризма как такой самостоятельной, глобальной, большой отрасли экономики, и мне еще огромная работа предстоит по поводу того, чтобы действительно убедить в том, что...

ТК: ...на это надо тратить деньги.

ЗД: ...нужно еще на маркетинг... У нас вообще, действительно, как-то не принято на госслужбе тратить большие деньги на продвижение, маркетинг.

ТК: Подожди, я вот не хотела про это спрашивать, но ты сейчас хочешь сказать, что у вас денег на такой маркетинг нет?

ЗД: Ну, их, да, на вот внешний маркетинг нет.

ТК: То есть мы все понимаем, что фильм «Красотка» раз и навсегда, собственно говоря, начиная от отеля и заканчивая опять-таки всем маршрутом их встречи и свиданий...

ЗД: Тин, но мы, хочу как бы все-таки тоже, как говорится: в этом смысле впервые в прошлом году мы запустили, понятно, что это такой больше b2b-сегмент, но мы теперь поддерживаем финансово туроператоров, которые привозят нам иностранных туристов.

ТК: Это хорошо.

ЗД: Это уже шаг вперед.

ТК: Хорошо.

ЗД: Но то, про что ты говоришь, стоит действительно... Мы же анализировали, это немаленьких денег стоит.

ТК: А как ты считаешь, по-прежнему, кем мы выглядим сейчас (я этот вопрос часто своим гостям задаю) в глазах мира? Ну понятно, благодаря масс-культуре мы выглядим злодеями, но в целом ты же много общаешься и с коллегами, в любом случае ты общаешься, я знаю, вот что они тебе говорят? Ты встречаешься с людьми, которые говорят: «Нет-нет-нет, в России? Вы что, о чем вы говорите, я никогда не поеду». И что ты отвечаешь этим людям?

ЗД: Ты знаешь, я бы этих людей поделила на тех, кто очень давно не был в России, вот был когда-то давно, в советское время, и с тех пор ни разу не приезжал, и на тех, которые вообще никогда не были в России. Действительно, я со многими из таких людей общалась, многие живут, действительно у них такое восприятие страны, вот либо то советское, им вот все кажется, что...

ТК: Это ты сейчас про коллег говоришь, да?

ЗД: Ну, это и коллеги, и просто люди, с которыми меня сводила судьба в силу просто той работы, которой...

ТК: А, вообще, как коллеги тебя воспринимают?

ЗД: Коллеги ты имеешь в виду иностранные?

ТК: Конечно. Появляется женщина... Вот сейчас все обсуждали, я не помню, женщина премьер-министр то ли в Финляндии, я сейчас боюсь ошибиться, но она была в пиджаке на голое тело.

ЗД: Да, я сегодня видела, и там все обсуждают.

ТК: Да, ты видела, все обсуждают, боже-боже, все обсуждают, и как бы у нас все обсуждают. Вот ты красивая, яркая женщина...

ЗД: ...но я стараюсь быть скромной.

ТК: Это действует, скажи мне? Просто интересно. Вот коллеги, когда видят тебя, которые не очень знают Россию, которые слушают страшилки про Россию, — и вдруг появляешься ты.

ЗД: Ну, я откровенно скажу, не ассоциируется пока, видимо, Россия...

ТК: Российская власть с женщиной, которая хорошо говорит на нескольких языках, красива и при этом умна.

ЗД: Ну вот, видимо, да, потому что как-то, в общем, с удивлением.

ТК: А ты можешь сейчас тревелог написать? Ты же журналист, то есть ты умеешь писать, ну этому учат в МГИМО, в том числе, тоже. То есть если ты сядешь, можешь написать?

ЗД: Могу, просто мне на это нужно время. Я на самом деле уже два тревелога написала, я, собственно, отпуск провела в Республике Алтай, и я написала такой, можно его тревелогом назвать, в National Geographic.

ТК: Ага. И он там вышел?

ЗД: Вот у меня вышла статья прямо на сайте, и буквально месяц назад у меня вышел еще маленький такой блог про осенние путешествия тоже, это уже в печатной версии National Geographic, так что я даже пишу.

ТК: Да. А скажи еще такую вещь. Смотри, одна из самых известных песен, сочиненных гепродюсером телеканала RTVI Сергеем Шнуровым, — «В Питере — пить». Вот если разобраться, смотри, она же совершенно по твоему профилю, потому что, как поется в этой песне, «Эта песня в целом о туризме, И для туристов я ее пою». То есть получается, если серьезно, вот как ты считаешь, что лучше всего влияет на туристический имидж России? Вот, например, песня «В Питере — пить» работает, как ты считаешь? Вот надо стараться, чтобы таких песен было больше?

ЗД: Она в каком году вышла? Вот когда эта песня вышла, меня точно еще в Ростуризме не было.

ТК: Да, тебя не было в Ростуризме абсолютно точно.

ЗД: Для меня в тот момент Питер не нуждался в рекламе, то есть для меня это, наверное, дополнительной рекламой Питера не стало просто потому, что я Питер знаю давно, люблю, в Питере можно классно и пить, и гулять, и в музеи ходить, и танцевать... В общем, Питер очень разный.

ТК: Но ты же знаешь, что Вуди Аллен работает со всеми министерствами по туризму, вот все фильмы, серия фильмов...

ЗД: Ну мы с тобой только что обсуждали, сила искусства не знает границ, конечно.

ТК: То есть если Вуди Аллен придет и скажет: «Дайте денег, я тогда сниму „Из России с любовью”...»

ЗД: Если у меня будут, я дам.

ТК: Точно?

ЗД: Ну, я бы... У меня еще была мечта, чтобы Гай Ричи снял ролик про Россию.

ТК: А почему? Разве это невозможно?

ЗД: Нет, это возможно, просто, наверное, на это нужно чуть больше денег, чем сейчас у нас есть возможность дать.

ТК: А скажи, пожалуйста, такую вещь. Все-таки вот если в режиме блица, уже подходя к концу нашего интервью, кто важнее с точки зрения денег — прямо вот как бизнес —соотечественники или иностранцы?

ЗД: Ну, если чисто бизнесово подходить, с точки зрения денег, то иностранцы, конечно, потому что они привозят валюту живую, оставляют в экономике нашей страны.

ТК: Если я скажу, что наши граждане, как только у них появляется возможность, все-таки в первую очередь хотят отдыхать за границей, наверное, ты со мной согласишься.

ЗД: Соглашусь.

ТК: В чем причина, коротко можешь ответить? Все-таки это инфраструктура, это условия? Почему все-таки так рвутся уехать в первую очередь, а потом уже начать путешествовать по собственной стране?

ЗД: Ты знаешь, Тин, мне кажется, мы столько времени жили в закрытой стране, что вот когда Советский Союз распался, ты действительно абсолютно правильно говоришь, слова «отпуск», «отдых» и «путешествие» исторически у нас не ассоциировались с нашей страной, с отдыхом внутри страны. Это было последние, наверное, лет 15, отдых, отпуск равнялся загранице, даже, наверное, в голову не приходило, что можно свой отпуск провести внутри страны. Это начало меняться, мода на отдых внутри страны уже начала появляться, и это очень сильно сейчас меняется. Мы очень долго жили просто в закрытой стране, и людям хотелось, хочется ездить, открывать для себя мир. Ну все, наездились, открыли, а теперь можно и свою страну открывать.

ТК: Почему в Крыму такой убогий сервис, вот скажи мне? Я там отдыхаю уже который год подряд...

ЗД: Я тоже.

ТК: Ну почему он там не меняется?

ЗД: Ты знаешь, Тин, пока в Крыму не будет здоровой конкуренции, не будет там хорошего сервиса. Вот в Крыму, наверное, максимум 10% от всего номерного фонда, от всех гостиниц составляют качественные новые гостиницы, которые либо были построены за последние 10 лет, либо были обновлены за последние 10 лет. Пока у людей не будет выбора там из 20 «четверок», 20 «пятерок» и еще из нескольких десятков качественных «трешек» и так далее, сервис такой и будет. Вот если ты один на весь полуостров, конечно, ты за качеством следить не будешь, цены можешь задирать какие хочешь. Вот эти все вопросы решает конкуренция, нам нужно очень серьезно... Это очень серьезный на самом деле вопрос, нам страшно не хватает качественной туристической инфраструктуры по всей стране, включая Крым.

ТК: И ты понимаешь, да, что в all inclusive в Турцию гораздо лучше и дешевле поехать...

ЗД: Я прекрасно...

ТК: ...чем условно в три звезды в Крыму, то есть три звезды в Крыму будут дороже, помимо всего.

ЗД: Ну, три звезды в Крыму, конечно, дороже, чем шикарная «пятерка» в Турции, не будут, уж тоже настолько можно не преувеличивать...

ТК: Ну так, плюс-минус.

ЗД: Но действительно, вот этого конкурентоспособного в соотношении цена-качество турпродукта... В Крыму он есть, но его мало. И, кстати говоря, вот очень мы много говорим за все хорошее против всего плохого, я как раз, пользуясь моментом, хочу сказать, что очень важно... Туризм во всем мире — это частный бизнес, и во всем мире те страны, для которых важно развивать туризм, индустрию гостеприимства, они первое, что делают, это создают условия для бизнеса, для того чтобы ему было выгодно вкладываться в туристическую инфраструктуру. Вот у нас сейчас условия ведения бизнеса в туризме не очень, скажем прямо, комфортные, дорогие очень кредиты, низкая рентабельность, вернее ее практически нет, высокий срок окупаемости. И мы планируем впервые, действительно, в истории российского туризма бизнесу, который будет заинтересован развивать туристическую инфраструктуру, строить гостиницы, обновлять гостиницы...

ТК: И им кешбэк, что ли?

ЗД: Нет, не кешбэк, ну мы же не до такой степени...

ТК: А что?

ЗД: У них будет возможность брать более дешевые кредиты, мы будем субсидировать...

ТК: Под 1%?

ЗД: Ну, не под 1%...

ТК: Два?

ЗД: Ну, вот как в сельском хозяйстве, 3-5%.

ТК: Ага.

ЗД: Эта мера поддержки у нас практически уже на выходе, она поддержана и отраслью, и руководителями. Надеюсь, что нам удастся ее уже в начале следующего года запустить. Но вот представь, мы просубсидируем часть процентной ставки в размере ставки рефинансирования, для того чтобы для конечного инвестора она была не более 3-5%. Это значит, что у тебя срок окупаемости сразу же снижается, рентабельность у тебя хоть какая-то появляется, и тебе выгодно уже вкладываться в туризм.

ТК: Вопрос. Вот смотри, про туризм все-таки говорилось раньше, вот, например, тот же бывший полпред Хлопонин все время обещал, что из Кавказа сделает суперзимнюю Мекку. Вот скажи, пожалуйста, честно, когда? Как у кавказской женщины наверняка у тебя сердце болит, когда ты ездишь домой. Когда Кавказ станет туристической Меккой? И вообще, веришь ли в то, что Кавказ в России может стать туристической Меккой?

ЗД: Вот не поверишь, во время... Мы сейчас проанализировали итоги первого этапа кешбэка — знаешь, куда купили самый дорогой тур в период всего первого этапа кешбэка? В Чеченскую Республику.

ТК: А сколько это там по деньгам?

ЗД: Сто двадцать тысяч рублей на пять дней.

ТК: Кто-то купил?

ЗД: Купили. Вот тур в Чеченскую Республику...

ТК: А мы знаем, кто это?

ЗД: Нет, это же... Нет, мы не знаем, можно, конечно, попытаться...

ТК: А может, это просто сам житель Грозного решил купить тур?

ЗД: Может быть, но на 5 дней, если он житель Грозного, зачем ему туда на 5 дней ехать, он там живет.

ТК: Ну, может быть...

ЗД: Он купил тур в гостиницу, это же гостиничное проживание... В данном случае это в любом случае турист. Человек, который приобрел перелет и проживание, это турист, то есть он купил гостиничное размещение в Чеченской Республике, внимание, 120 тысяч рублей и всего 5 дней. Это стал самый дорогой тур, который был куплен в рамках первого этапа...

ТК: А турпоток в Чечню растет? Вот меня часто спрашивают про это...

ЗД: У нас вообще турпоток... Я, кстати говоря, не договорила, что меня поразило, — это было в 2 раза дороже, чем средние туры, которые покупали. Средняя стоимость тура, чтобы ты понимала, была где-то 50-55 тысяч рублей, причем это были туры продолжительностью от 10 дней. То есть тут человек на 5 дней за 120 тысяч рублей, это, кстати, показательно...

ТК: Видимо, очень хотел, я так понимаю.

ЗД: Поэтому у Кавказа большое будущее. Все-таки туризм должен быть экономикой и бизнесом, должно быть выгодно, ты в каком-то горизонте должен видеть эту окупаемость, а это берется из двух составляющих. На самом деле вот многие недооценивают, Тин, а мы-то с тобой знаем, силу продвижения и маркетинга. Вот когда ты занимаешься продвижением, маркетингом, системным и регулярным, ты автоматически повышаешь инвестиционную привлекательность.

ТК: У меня предложение, можно, заканчивая наш разговор? Я как человек, который был в Бразилии один день, я летала по делам телеканала «Матч ТВ» — я смотрела студию — я умудрилась в этот же день попасть на студию Globo. И разговаривая как бы там с коллегами, я поняла, что сила, например, латиноамериканского мира невероятная, то есть это правда очень огромная часть мира, говорящая на испанском языке, недаром как бы американцы долго обсуждали вероятность принятия второго языка. Можешь на испанском обратиться ко всем испанцам, латиноамериканским гражданам и латиноамериканскому миру, который, возможно, увидит твое обращение, и пригласить их в Россию, заканчивая нашу программу? Ну так, от души, чтобы прямо захотели приехать? Понимаешь, как будто смотрят бразильский сериал. Ты точно могла бы играть.

ЗД: Да, я бы точно могла там играть, у меня, правда, такой практики в последнее время нет...

ТК: Вот от души, с любовью, чтобы просто не могли тебе отказать.

ЗД: Queridos amigos... Я на тебя должна смотреть?

ТК: Можешь на меня, можешь в камеру, можем снять крупный план. Давайте лучше туда.

ЗД: (говорит по-испански) Привет, добрый день! Меня зовут Зарина. Я глава Агентства по туризму Российской Федерации. Это очень большая и красивая страна…

ТК: Что ты им рассказываешь? Что ты им сказала?

ЗД: (говорит по-испански) Россия — это любовь. Очень красивая страна. Я вас жду здесь, когда ситуация с пандемией стабилизируется.

ТК: Ну, уже все испанские мужчины купили билеты, все едут, то есть ты их так позвала.

ЗД: Ну да.

Тина Канделаки: Мы... Ты знаешь, это второй случай в истории нашей программы, что мы снимаем не в студии. В первый раз было с Максутом Шадаевым, мы его снимали в Нижнем Новгороде, вот ты теперь второй человек в истории программы, тебя снимаем в Туле, потому что, собственно говоря, здесь как раз проходил важный для вашего агентства конкурс, правильно?

Зарина Догузова: Абсолютно верно. Мало того, что это важный вообще в принципе год для Тульской области, она в этом году празднует 500-летие Тульского кремля, это очень важное событие действительно в истории нашей страны, в истории Тульской области...

ТК: Уже зазываешь туристов?

ЗД: Да, уже зазываю туристов.

ТК: То есть приезжайте, если еще не были.

ЗД: И да, мы сегодня действительно подводили итоги вместе с Агентством стратегических инициатив большого конкурса на создание туристических кластеров на самых красивых природных территориях нашей страны.

ТК: То есть вот здесь было 10 победителей, я как раз вела этот конкурс, то есть это 10 идей, 10 групп людей, которые придумали...

ЗД: 10 команд, я бы даже сказала.

ТК: 10 команд, которые придумали лучшее представление различным рекреационным зонам...

ЗД: Да.

ТК: ...правильно, которые могут считаться туристическими кластерами.

ЗД: Да, абсолютно верно. Была на протяжении более полугода, эти команды обучали, им рассказывали, объясняли, как нужно строить туризм, как проводить маркетинг, где что должно находиться, как создать...

ТК: Ты во всех этих 10 местах была или нет?

ЗД: Тебе честно или как?

ТК: Ну честно, конечно.

ЗД: Не была во всех, во всех не была.

ТК: Ну то есть ты только начинаешь везде ездить?

ЗД: Вот я честно скажу, мы сегодня с Сергеем Борисовичем много времени вместе проводили...

ТК: Ивановым ты имеешь в виду?

ЗД: Да, Сергей Борисович Иванов, который действительно очень много привнес и в этот конкурс, и вообще в дело сохранения природы нашей страны, он занимался защитой, спасением леопардов...

ТК: ...тигров...

ЗД: ...тигров. И вот, кстати говоря, сегодня же один из проектов-победителей — это «Земля леопарда» на Дальнем Востоке, вот мы сегодня с Сергеем Борисовичем общались, и он сказал: «Я был во всех 85 субъектах нашей страны». Я честно ему прямо по-доброму в этот момент позавидовала, мне, конечно, еще далеко до его...

ТК: Ну подожди, он старше тебя, ты еще успеешь.

ЗД: Это правда, я надеюсь. Я много езжу действительно, практически каждые выходные стараюсь где-то...

ТК: Вот каждую неделю ты ездишь, Зар?

ЗД: В том году, наверное, каждую неделю ездила, в этом году просто по объективным причинам не получалось...

ТК: То есть каждую неделю новый регион?

ЗД: Но я стараюсь куда-то проскочить, да, обязательно. Либо у меря рабочая командировка и я что-то смотрю, либо я там просто использую выходные, для того чтобы что-то посмотреть, увидеть. Потому что, конечно, тяжело принимать решения, когда ты не видел своего глазами, это вообще другое ощущение. Вот когда ты был в регионе, сколько бы тебе про него ни рассказывали, сколько бы ты фотографий, видео ни посмотрел, сколько бы счастливых туристов не рассказало про то, как там прекрасно, вот когда ты прочувствовал сам, пропустил через себя, вообще это другое впечатление. Поэтому, конечно, я так стараюсь нагнать. Я так-то достаточно много ездила по стране, когда работала...

ТК: ...в Администрации.

ЗД: Да, в Администрации президента и в правительстве, собственно, у меня как раз работа была такая, она была связана с постоянными передвижениями. Но все-таки ты другими глазами смотришь, во-первых, когда едешь в командировку, а во-вторых, ты совершенно другими глазами смотришь, когда уже отвечаешь за развитие.

ТК: Ну, ты можешь со всеми поговорить и понять вообще, что происходит.

ЗД: Конечно. И когда ты отвечаешь за эту отрасль, ты вообще по-другому на все смотришь.

ТК: Вот смотри, пойдем по порядку. Значит, в России туриндустрия попала в общенациональный план восстановления экономики, вам выделили после пандемии большое количество денег, правильно?

ЗД: Ну, это самое большое количество денег...

ТК: ...за всю историю существования Агентства.

ЗД: За всю историю, наверное, существования Агентства...

ТК: Это 15 миллиардов, правильно?

ЗД: Пятнадцать миллиардов было выделено на программу туристического кешбэка.

ТК: Мне интересно даже больше про другое. Вот я тренировалась до встречи с тобой, чтобы правильно выговорить блэйжертуризм. Я говорю: что такое блэйжертуризм? Оказывается, появилось такое новое направление в туризме: вот ты, например, едешь куда-то по делу, вот мы с тобой здесь, например, в Туле сейчас вроде по делу, то есть ты приехала на закрытие конкурса, я веду этот конкурс, мы по логике можем остаться на выходные и отдохнуть.

ЗД: Абсолютно, пойти прогуляться по Тульской набережной, сходить в кафешку...

ТК: Да-да-да. Вот что ты думаешь о таком блэйжертуризме? Как ты к нему относишься?

ЗД: Ну, мне кажется, что вообще самое ценное, что есть у современного человека, — это время, поэтому мы стараемся его провести с максимальной пользой, получив максимум впечатлений. Потому что мы сегодня живем в век впечатлений, все хотят получать новую картинку, напитываться какими-то совершенно новыми эмоциями, новой какой-то энергетикой. В каждом месте есть своя эмоция, наверное, своя энергетика, поэтому...

ТК: Но в Туле ты куда бы меня повела сегодня, вот если бы мы вечером остались здесь, куда бы пошли?

ЗД: Ну, я бы поехала в Ясную Поляну вот точно в Тульской области. Я вот каждый раз, когда приезжаю, стараюсь туда смотаться, потому что мне там очень нравится, там такая атмосфера такого умиротворения, такого полного какого-то единения с природой, при том что это еще очень важное для культуры и истории нашей страны место. Ну, по центру Тулы, я думаю, ты и без меня уже много раз гуляла. Ясная Поляна, Поленово, Романцевские горы, которые сегодня стали финалистами, победителями.

ТК: Да, они сегодня стали победителями.

ЗД: Там очень красиво.

ТК: Ну и вкуснейшие рестораны, потому что здесь появился...

ЗД: Ну вот рестораны ты мне как раз советовала.

ТК: Да-да-да, «Ангел 8», я здесь теперь уже все знаю.

ЗД: Да.

ТК: Скажи мне, возвращаясь все-таки к разговору про деньги. Вот на поддержку Ростуризма выделили 15 миллиардов, плюс возникло...

ЗД: Это на одну конкретную меру поддержки, которая была связана как раз с поддержкой доступных путешествий.

ТК: Вот, и возникла тема кешбэка в 15 тысяч рублей. Вот это уже сработало или нет? И объясни, как это работает. То есть если ты едешь по России, то тебе дают кешбэк 15 тысяч? Или что это такое?

ЗД: Ну, эта мера поддержки задумывалась как такая антикризисная в этот такой тяжелый для отрасли и для людей год...

ТК: То есть чтобы люди все равно ездили, чтобы отрасль не разрушилась?

ЗД: Да. Мы эту меру поддержки, она в два этапа у нас проходит. Вот первый пилотный ее этап проходил у нас в конце августа, длился он неделю, мы в течение недели давали людям возможность покупать такие туры и получать прямо деньгами возврат на свои карточки.

ТК: Вот, например, хочу в Сочи, еду в Сочи... ?

ЗД: Хочешь в Сочи — едешь в Сочи, покупаешь...

ТК: И всё вне зависимости от, условно говоря, зарплатных условий? То есть есть какие-то индикаторы, или всем подряд?

ЗД: Все, абсолютно все желающие могли принять участие в этой программе. У нас было там несколько ограничений в первый этап, они были связаны с тем, что мы не возвращали кешбэк за туры, которые реализовывались в Крыму и в Сочи в августе, к примеру, потому что там и так все было битком. У нас как раз задача была поддержать отрасль в такой период спада, в низкий сезон, для того чтобы люди поехали в тот же Крым, Сочи, на юг России, которые не менее прекрасные осенью, чем летом, поэтому это такая как антикризисная поддержка.

ТК: Бархатный сезон.

ЗД: Бархатный сезон, абсолютно верно. Никаких ограничений, связанных с возможностью части людей, у нас не было. Необходимо иметь карточку «Мир», зайти, собственно, на сайт туроператора, гостиницы, которая участвует в программе, оплатить этой карточкой, и деньги возвращались...

ТК: А, то есть если ты абонент платежной системы «Мир», то, соответственно...

ЗД: Да.

ТК: А, понятно.

ЗД: И деньги возвращаются прямо...

ТК: То есть это у вас совместная такая программа?

ЗД: Совместная программа, но «Мир» как национальная платежная система... Собственно, в чем уникальность этой программы? Уникальность программы в том, что, собственно, во всем мире такие лидеры мирового туризма всегда поддерживают граждан на доступные путешествия внутри страны, но, как правило, собственно, меру поддержку человек получает, как правило, через туроператора, через гостиницу, а субсидии получают, как правило, непосредственно бизнес.

ТК: Ну сервисы через сервисы.

ЗД: Да. Мы тут сделали, пошли чуть от обратного, у нас получается кешбэк непосредственно самому человеку, но при этом хорошо и бизнесу.

ТК: Но субсидии оператору, то есть вы развиваете, ну то есть государство развивает платежную систему «Мир»?

ЗД: Ну, по сути получается, что благодаря такому развитию внутреннего туризма мы и карточку «Мир» тоже, конечно же, поддержали. Кстати говоря, трансакции по карточкам «Мир» в период первого этапа были выше в 6 раз, чем за аналогичный период прошлого года, за эту неделю.

ТК: Ну то есть все стали переходить на платежную систему, для того чтобы получить кешбэк.

ЗД: Но в категории travel, в категории путешествий, то есть люди в 6 раз больше покупали туров через карточки «Мир» в период старта продаж.

ТК: Но 15 тысяч — это хорошие деньги.

ЗД: Но я не рассказала на самом деле самое главное: это же был первый пилотный этап, мы его прошли, всем очень понравилось, у нас было огромное количество запросов от людей, что вот они хотели, не успели, потому что окно продаж было неделю.

ТК: Ну то есть... А, то есть вы потом решили продлить?

ЗД: Мы решили продлить, президент, председатель правительства нас поддержали, и мы сделали еще более удобные, комфортные условия для участия людей...

ТК: Ну что, год кешбэка?

ЗД: Не год кешбэка. Рассказываю. У нас сейчас максимальная выплата в рамках кешбэка составляет 20 тысяч рублей, нет нижнего порога стоимости для участия в этой программе, то есть туры любой стоимости в ней принимают участие...

ТК: Подожди-подожди-подожди, то есть если я на 30 тысяч покупаю тур, то 20 тысяч вы мне возвращаете обратно?

ЗД: Двадцать процентов.

ТК: Двадцать процентов.

ЗД: А в максимуме 20 тысяч рублей.

ТК: А, все, я поняла, да, ага.

ЗД: То есть до 100 тысяч рублей получаются фиксированные 20%.

ТК: Все, теперь я поняла: то есть покупаешь на 30 тысяч...

ЗД: Всё, что выше, всегда 20 тысяч рублей. Но это действительно такие...

ТК: Нет, это очень хорошие условия.

ЗД: Это прямо 20 тысяч рублей — это прямо действительно беспрецедентная в этом смысле поддержка и людей, и экономики. Туры от двух ночей теперь участвуют, нижний порог по стоимости убрали, 20 тысяч и... Вот мы вчера стартовали, и, собственно, вот начиная с сегодняшнего дня люди уже вчера покупали туры и отправляются с сегодняшнего дня в поездки с кешбэком, и делать это, собственно, покупать такие туры можно будет 1,5 месяца, до 5 декабря.

ТК: Ага, вот, ну практически до конца этого года.

ЗД: То есть мы окно продаж... Практически до конца этого года, включая Новый год и новогодние праздники.

ТК: То есть если... Вот как раз хотела спросить.

ЗД: До 10 января.

ТК: А, все.

ЗД: То есть вы... Сейчас, Тина, ты можешь...

ТК: Все, кто хочет поехать в Сочи отдыхать, может получить кешбэк 20%.

ЗД: Абсолютно. То есть вот сейчас можно покупать туры, сайт мирпутешествий.рф, это официальный сайт программы...

ТК: Ну честно, Зар, вы же смотрите статистику, то есть реально внутренний турпоток вырос благодаря этим мерам? Только честно.

ЗД: Ну, он не может вырасти... Мы увидели рост числа бронирований, абсолютно откровенно скажу, у туроператоров, у гостиниц по нескольким десяткам направлений в 2-3 раза, это абсолютный факт, это подтверждают и сами туроператоры, и регионы. Конечно, мы такой рост увидели не во всех регионах, вот, скажем, в Питере был в 2-3 раза рост, был большой рост по Сочи, по Крыму, в Республике Татарстан. Но для того, чтобы от этой меры поддержки был такой действительно системный, большой эффект, она должна работать как системная мера поддержки на протяжении нескольких лет, и это, собственно, как со всеми другими мерами поддержки.

ТК: Вот скажи, как ты считаешь, насколько, по твоим наблюдениям, пандемия изменила сам смысл путешествий? Ведь вот путешествия в последнее время стали как потребление: вот человек, если он начинает зарабатывать деньги, покупает себе еды гораздо больше, чем ему надо, одежды гораздо больше, чем ему надо, и путешествует человек тоже гораздо больше по большому счету, чем ему надо. Это же вот такое, знаешь, бездумное потребление, это такой индикатор любого худо-бедно успешного человека, который в принципе, может быть, ездил бы и меньше, но он смотрит в соцсетях, вот они ездят, и я должен ездить. Вот скажи, грубо говоря, не перешел ли и не переходит ли туризм в ту сферу вещей, без которых в принципе можно и отказаться? Вот вы этого не боитесь?

ЗД: Это то, на что никогда не жалко денег.

ТК: Есть какая-то, например, статистика или, может быть, какая-то аналитика, вот сколько современному человеку нужно ездить? Я объясню. Я, к сожалению, отношусь к той группе людей, которые, если есть возможность остаться дома, я всегда остаюсь дома. Я даже не то чтобы по России много путешествую, но характер такой. Но и у меня есть возможность, и у многих моих знакомых есть возможность, но они ее реализуют, в отличие от меня, каждые выходные куда-то улетают. Вот я этих людей, честно, не очень понимаю...

ЗД: А я вот их как раз понимаю.

ТК: То есть вот...

ЗД: Вот каждая поездка — это новая эмоция, ты как будто становишься чуточку богаче духовно, внутренне, ты какие-то для себя новые грани открываешь, ты по-другому начинаешь смотреть на мир, на вещи. Вот даже одно и то же место, вот не обращала внимание, вот я даже в одно и то же место приезжаю, я по-другому его воспринимаю, я что-то новое для себя открываю. Это я не к тому, что можно быть гармонично развитой личностью, наверное... Ну, Кант всю жизнь прожил в Кенигсберге, в нынешнем Калининграде, написал свою великолепную философию и ни разу никуда не выезжал за пределы. Это говорит о том, что он как-то смог эту всю философию придумать.

Но вот все-таки для современного человека вот эта возможность путешествовать, мне кажется, приобрела какое-то особое значение и стала такой базовой, я бы сказала, такой необходимостью, потребностью. И для этих людей, мне кажется, настало вот действительно время таких людей, которые очень мобильны, передвигаются, им хочется делиться впечатлениями, узнавать что-то новое, открывать для себя мир, страну.

ТК: Не могу тебя не спросить. Ты полтора года возглавляешь Ростуризм. Скажи, пожалуйста, что удалось сделать, три вещи, которые сделала Зарина Догузова и которыми она гордится, и что вызывает наибольшее сопротивление, ты понимаешь, что ты все равно добьешься своего, но это самая сложная зона в работе, с которой ты столкнулась?

ЗД: Ну, начну с того, что, наверное, мы впервые подошли к осознанию туризма как очень важной, системообразующей именно отрасли экономики, которая оказывает огромное влияние, огромный эффект как на социальную, так и на экономическую жизнь нашей страны.

ТК: То есть это раз, то, что ты... ?

ЗД: Но мы вот, мне тут как бы чуть-чуть неловко подчеркивать свою роль, но действительно мы с таким в этом смысле огнем в сердце вместе с отраслью, с большим количеством людей, которые нам помогали, вложили огромное количество сил в то, чтобы как можно больше в разных кабинетах, в общении с журналистами, во всей своей работе как можно больше говорить про важность туризма.

ТК: То есть ты хочешь сказать, что... ?

ЗД: И мне кажется, что вот одним из таких признаний туризма как такой самостоятельной отрасли экономики стало то, что Ростуризм, это ведомство, которое отвечает за развитие туризма в нашей стране, впервые за 13 лет выделено в самостоятельное ведомство, которое напрямую подчиняется председателю правительства…

ТК: Это раз.

ЗД: Это агентство прямого подчинения, это раз.

ТК: Это раз.

ЗД: И это стало возможно как раз, в том числе благодаря тому, что действительно на таком высоком государственном уровне туризм осознали как самостоятельную такую единицу, самостоятельную отрасль экономики.

ТК: Это после Чемпионата мира по футболу, как ты считаешь?

ЗД: Ну, с Чемпионата мира по футболу все-таки прошло уже сколько, 2 года. Я думаю, что это вот таким, знаешь, накопленным итогом, я бы сказала так, такая накопилась критическая масса плюс вот какая-то действительно энергия нашей команды, команды Ростуризма, людей, которые... Вот ты сегодня видела, с какими горящими глазами люди рассказывали про туризм, про свои проекты...

ТК: Это да.

ЗД: Мы вот как-то, какой-то огромной командой объединились и очень многое...

ТК: Поверили в то, что эта индустрия...

ЗД: ...делали вот в этот год для туризма, ради туризма, ради развития страны, и это каким-то вот накопленным итогом дало вот этот действительно толчок развития.

ТК: Поверили в индустрию, это раз.

ЗД: Поверили в индустрию.

ТК: Кумулятивный эффект как бы, ты, твоя роль...

ЗД: Потом мы на самом деле очень многое делали впервые. Мы, наверное, ну прямо подавляющее большинство вещей делали впервые. Вот из того, за что действительно надо стыдно, могу сказать, что мы, наверное, впервые продвигаем и рассказываем туризм на всех возможных площадках, вот начиная от федеральных каналов, различных ток-шоу, продолжая традиционными СМИ вроде «Комсомольской правды», «Аргументов и фактов», продолжая Tatler, которому я неожиданно для себя согласилась дать интервью, и заканчивая фейсбуками, гуглами и тиктоками.

ТК: Значит, смотрите, вы перечислили, первое — это кумулятивное привлечение общественного внимания...

ЗД: Признание туризма как действительно социально-экономической важной отрасли экономики.

ТК: Да. Второе — выход во все сферы коммуникаций, как вы сказали, от гугла...

ЗД: От «Комсомолки» до тиктока.

ТК: От гугла, да, до тиктока.

ЗД: И пробежалась по Tatler еще.

ТК: То есть везде придете?

ЗД: Абсолютно. Вот мы коммуницируем везде, где только можем, принимаем...

ТК: И в тикток придете?

ЗД: Мы уже пришли в тиктоке?

ТК: А что вы в тиктоке делаете? Ростуризм в тиктоке.

ЗД: У меня было три прямых эфира в тиктоке, у меня там есть официальный аккаунт, и там все лето регионы выкладывали ролики, это была программа, которая была организована Ростуризмом, кстати, ролик про Тулу набрал несколько миллионов просмотров. И кстати говоря, вот не могу тут не похвалить свою команду: мы в этом году запустили рекламную кампанию впервые такого федерального масштаба про поездки выходного дня короткие, она называется «Наполни выходные эмоциями», ролик снимали в Питере. Вот ролик на ютьюбе, Тин, ролик, который делался по заказу как раз Федерального агентства по туризму, почти 4,5 миллиона просмотров.

ТК: Тогда вопрос. Вот смотрите, если... Почему вот обычно министры не любят быть открытыми? Потому что если они везде приходят, то, соответственно, второй логический вопрос — вы что, реально в директ заходите и в директе реально всем отвечаете? А так как все не любят отвечать, обычно у всех ведут аккаунты помощники, ну у большинства, скажем так, ведут аккаунты помощники. И те министры, которые сами общаются с аудиторией, так активно начинают коммуницировать, исключение. То есть ты реально... ?

ЗД: Мне, кстати говоря, очень понравилось, вот у меня...

ТК: То есть вот эти прямые эфиры, которые я вижу, эти сторис...

ЗД: Прямые эфиры — это вот, я честно скажу, очень много времени занимает, и действительно моя работа сейчас как бы... Вот если в процентном соотношении смотреть, медийная часть, хоть она и самая заметная, но она самая маленькая на самом деле. Мы засучив рукава целыми днями действительно работаем просто не покладая рук...

ТК: Но ты отвечаешь? То есть вот просто объясни мне...

ЗД: У меня сначала прямой эфир в тикток, а потом я иду заниматься канализациями, то есть это вот примерно так происходит.

ТК: Да, но вопрос. Вот эта же открытость к чему приводит? — что все начинают писать, звонить, пытаться достучаться...

ЗД: Это правда.

ТК: ...как только какой-то форс-мажор. Вот поэтому я у тебя про Камчатку не могу не спросить. То есть вот условно происходит Камчатка, и сразу все тебе пишут, то есть ты это...

ЗД: Но я, кстати, обрати внимание, отреагировала...

ТК: Да, одной из первых.

ЗД: Когда, собственно, этот скандал начал разворачиваться, я действительно отреагировала, не могла не отреагировать на это, в инстаграме. Ну что я могу сказать? Камчатка — это действительно наша жемчужина, там очень, кстати, новый молодой очень активный губернатор, мы с ним на постоянном контакте находимся, там ученые этим всем активно занимаются. Давай дождемся окончательных выводов, окончательного какого-то вердикта людей, которые действительно во всем этом разбираются, потому что из того, что я слышу, есть много разных версий. Давайте дождемся окончательных итогов всех этих анализов, исследований. Я рассчитываю на то, уверена в том, что они будут объективны и мы больше никогда не допустим повторения...

ТК: Ты больше веришь в то, что виновата природа или люди? Вот сама как считаешь?

ЗД: Там действительно ряд очень умных, вдумчивых людей, мне самой интересно, спрашивала, есть версия с водорослями, действительно как-то научно ее даже обосновывают, есть люди, которые сомневаются в этой версии...

В любом случае я предлагаю, каждый должен делать свою работу, я в этом смысле не эколог, наукой не занимаюсь, вот пусть люди, которые занимаются наукой, люди, которые отвечают непосредственно за эту часть, сделают, придут к выводам, к окончательным результатам. Ну а моя задача — сделать так, чтобы Камчатка стала мировой жемчужиной, жемчужиной мирового туризма. Потому что Камчатка — это действительно не только российское достояние, это достояние всего мира, и мы с губернатором, у нас на этой неделе, буквально пару дней назад, было большое...

ТК: Ты летишь туда? Ты там была, летишь туда? Какие планы?

ЗД: Ну, я на самом деле планирую до конца этого года побывать на Дальнем Востоке, вот посмотрю, получится не получится. На Камчатке я, конечно же, была. Что нужно, мы с губернатором проговорили, нам нужен большой, комплексный туристический, именно с уклоном на туризм мастер-план такой системный, который на десятилетия вперед задаст правильный вектор развития Камчатки: определить функциональные зоны, нагрузки, для того чтобы природу не порушить, сохранить экосистему региона.

И этот план должен включать в том числе и какие-то уникальные дизайн-коды, все это должно правильно вписываться в ландшафт. Мы должны определить места, где должны строиться курорты, а где они никогда не должны строиться; если строиться, то какие это должны быть курорты, и так далее. Вот это тот подход, в соответствии с которым мировые дестинации в странах, которые являются лидерами мирового туризма, вот именно с таким подходом лучшие с точки зрения туризма страны в мире подходят, и мы впервые к этому подошли и в нашей стране тоже, для Камчатки мы такой мастер-план с вовлечением и наших лучших специалистов, и, очень важно, именно мировых компаний, которые уже делали подобные проекты, обязательно вовлечем.

ТК: Скажи, пожалуйста, вот я как раз тебя спрашивала, когда мы говорили про вторую твою победу, которую ты считаешь победой за время нахождения на этой должности...

ЗД: Не своей, наверное, общей, командной, мне бы тут хотелось...

ТК: Ну командной, да, что вот ты коммуницируешь. Но вот ты так и не ответила мне. То есть вот сейчас много людей тебе пишут, если где-то что-то вдруг загорелось, что-то произошло?

ЗД: Много людей, много людей пишет.

ТК: Ты как реагируешь? Ты сама сразу говоришь помощникам проверить?

ЗД: Ну вот, Тин, я даже как бы, как говорится, люблю говорить правду: аккаунт мой личный, я действительно его сама завела, я отвечаю на комментарии, смотрю, стараюсь следить. Но у меня, конечно же, есть в агентстве люди, которые вот просто... Все только с моего согласия. В моем аккаунте не происходит ничего, что бы я не сделала сама и на что бы не дала соответствующее указание.

ТК: И не проконтролировала. Я просто про что спрашиваю? Можно ли тебе написать, вот люди, которые нас смотрят...

ЗД: Можно, я отвечаю, конечно.

ТК: То есть условно, если где-то в регионе что-то происходит, до тебя это еще не дошло, а люди тебе пишут...

ЗД: Нет, мне пишут, я отвечаю в личку, я отвечаю на комментарии, я читаю директ, я отвечаю в директе. Вот у меня буквально случай на прошлой неделе, пишут, я не буду подробности рассказывать, пишут люди из Мурманской области, рассказывают о проблеме, которая косвенно относится к туризму, но просто в силу того, что я знаю очень много людей, очень хорошо общаюсь с большинством губернаторов, сразу написала Андрею: Андрей, вот такое обращение...

ТК: Андрею Чибису, губернатору Мурманской области.

ЗД: Чибису, да. Он, кстати говоря, в этом смысле очень такой гибкий, быстрый, современный, моментально отреагировал, говорит: «Я разберусь». Ну вот я, кстати, проконтролирую, как он разобрался.

ТК: Третье, что ты считаешь третьей победой команды.

ЗД: Третьей победой команды... Мы сейчас действительно совсем близко подошли к тому, чтобы появился в нашей стране новый национальный проект «Туризм и индустрия гостеприимства». Это, конечно, будет огромная победа отрасли, у нас есть уже поручение президента, премьера сформировать основные подходы к этому национальному проекту, мы их сформировали под чутким руководством Дмитрия Николаевича Чернышенко.

ТК: Не боитесь? Потому что, вот смотри, ты абсолютно, конечно, права, туризм в России должен быть нацпроектом, но есть, понятно, внутренние возможности, то есть внутренний туризм, который надо развивать, и есть невероятные возможности и самые большие деньги, потому что это, естественно, валютная разница, это деньги, которые тратят иностранные туристы на фоне санкций. То есть вот как ты считаешь вообще, туризму они мешают, или люди все равно формируют свое мнение исходя из каких-то совсем других мыслей, не политических?

ЗД: Ну, вот если говорить про туризм в его таком международном преломлении...

ТК: Да.

ЗД: ...то я считаю, что как раз туризм как фактор, как очень важный фактор мягкой силы — это такая самая, я бы сказала, гениальная возможность для нашей страны экспортировать мир, свой образ как такой открытой, гостеприимной страны.

ТК: Нет, просто объясни мне по-человечески. Вот смотри, я недавно узнала, я была в шоке. Ты знаешь Берни Сандерса, это американский политик...

ЗД: Конечно.

ТК: ...который все время баллотируется в президенты. Ты знаешь, где он провел медовый месяц?

ЗД: Нет, не знаю. В России?

ТК: В Ярославской области.

ЗД: Вот, я хотела сказать, в России.

ТК: Да, в России, в Ярославской области. То есть вот, например...

ЗД: А он тебе на ушко шепнул? Потому что я, честно говоря, даже...

ТК: Нет, я прочла просто про это, я прочла, это не секретная информация, то есть...

ЗД: Я, кстати, не видела.

ТК: Люди, имеющие социалистические взгляды, безусловно, очень многие, это касалось и кубинских товарищей, это касалось в том числе и ряда американцев, приезжали в Советский Союз.

ЗД: Ну, Тин, если я правильно поняла твой вопрос, то влияет ли туризм... ?

ТК: Нет, веришь ли ты... ?

ЗД: Я верю в то, что туризм и путешествия по нашей стране способны менять отношение к нашей стране.

ТК: В какую страну ты веришь больше всего? Кто к нам больше всего приедет, китайцы, американцы, европейцы? Вот в какие страны ты больше всего веришь с точки зрения потенциала?

ЗД: Я думаю, что у нас огромный недораскрытый потенциал в том, что касается европейских стран. К нам буквально сотни тысяч, там даже не миллионы. К нам на самом деле, если посмотреть очень внимательно на туристический поток, на его структуру, мы увидим, что к нам гостей из стран дальнего зарубежья очень немного ездит, там о миллионах можно говорить только в случае с китайскими туристами. Вот следующие за ними по масштабности турпотоков — Германия, собственно, Франция и Италия где-то пониже, но это сотни тысяч, там речь не идет о миллионах. То есть мы в общем мировом турпотоке занимаем какую-то 0,00%.

ТК: Ну то есть статистическая погрешность.

ЗД: Абсолютно верно, статистическая погрешность. Поэтому потенциал в части приезда к нам иностранцев недораскрыт, сказать, что он недораскрыт, — это ничего не сказать, это мягко сказать. Поэтому... И к нам хотят ездить, Тин, Россия входит в top of mind людей, люди хотят ездить в Россию, Россия как загадка, как что-то такое неоткрытое, еще окутанное тайной. Вот электронная виза у нас появится, системно будем развивать инфраструктуру, улучшим маркетинг...

ТК: А кто они, эти люди, кто к нам хочет приехать? У вас есть профиль туриста, вот средний профиль туриста, кто он?

ЗД: Вот к нам сейчас... Я могу сказать, кто к нам сейчас едет, — это в основном люди старшего поколения, старше 50-55 лет.

ТК: То есть люди вышли на пенсию, видели все и не видели Россию.

ЗД: Люди вышли... Во-первых, эти люди еще как-то, как сказать... Почему к нам не едет молодежь? — потому что она не готова стоять в очередях, не готова ждать несколько месяцев получения визы. Это люди, которые мобильные, они какого-то проскочить на короткие выходные в Москву, но они не могут этого сделать, потому что у нас нет электронной визы и они не готовы, собственно, тратить много времени, для того чтобы оформить, пойти в консульство, выстоять очередь и оформить визу. Поэтому я уверена, что у нас структура въездного турпотока в сторону ее омоложения изменится сразу после того, как мы запустим режим электронной визы. И нам, конечно, надо с маркетингом поработать.

ТК: Ну подожди, вот смотри, ты говоришь, что, с одной стороны, с точки зрения визы сложно, но еще до недавнего времени мы были одним из самых свободных и открытых городов. То есть условно мы понимаем, что уже в Лондоне, в Нью-Йорке...

ЗД: Ну, открытых...

ТК: Ну, в Лондоне и Нью-Йорке уже даже если очень сильно захочешь, никуда не сходишь, потому что на карантине все позакрывали, а у нас по большому счету гуляй не хочу, ну ты же сама видишь.

ТК: Ну это ты, Тин, яблоки с грушами сравниваешь, открытость же тоже разная. Открытость внутри самой страны, да, абсолютная.

ТК: Технически получение визы, да, это сложно.

ЗД: Поэтому и люди, получается, приезжая в Россию, они просто как бы долго ходят, собственно, с широко открытыми глазами, удивляясь, действительно ли мы в той самой России, о которой нам столько всего страшного рассказывали. А с точки зрения именно открытости как страны, куда легко оформить визу, у которой есть удобный, быстрый доступ в интернете, вот тут, конечно, наши позиции пока еще очень слабые.

ТК: Вопрос — как выглядит русский турист, как ты считаешь? Вот русский турист — он кто?

ЗД: Как выглядит русский турист, который ездит по стране?

ТК: Ну то есть иностранцы, я поняла, ты говоришь, что это пожилые достаточно люди, то есть люди уже выходят на пенсию, у них есть время, собственно говоря, мучиться с нашей визой...

ЗД: Есть время у них, да.

ТК: Да, желание, время, незакрытый гештальт. То есть если хотите помучиться, помучайтесь, соответственно, и, вполне возможно, до нас доедете. А что касается вот нашего туриста, наш турист — это кто самый активный?

ЗД: Вот наши туристы, которые ездят по стране... Вот я бы поделила, наверное, две основные группы, первая такая в большинстве, это люди, которые ездят, такой классический пляжный отдых, Крым, Краснодарский край, море и такой вот отдых с семьей или с друзьями на берегу моря.

ТК: Ну то есть это 35—45 так называемая аудитория?

ЗД: Даже, может быть... Да, и старше тоже. Но есть вот эта, их пока меньшинство, но оно очень активно этот вид туризма развивается, — это все, что связано со здоровым образом жизни, это люди более мобильные, они могут прямо с детьми отправиться в поход. Вот я даже этим летом видела огромное количество постов в инстаграме, люди с детьми, семьями ехали не на море, а на Камчатку.

ТК: На кемпинг ты имеешь в виду?

ЗД: Это и кемпинги, и просто гостиницы, какие-то модульные строения, походы, трекинги, это какие-то поездки с культурно-познавательными целями по малым городам. То есть это такая более мобильная часть населения, которая...

ТК: Ну это такой туризм, связанный все-таки с цифровым развитием.

ЗД: Да.

ТК: Потому что люди видят, как в мире это происходит...

ЗД: Это люди, которые переосмыслили уже туризм, для них туризм вышел...

ТК: Но это вы, или это люди сами? То есть я сейчас поясню...

ЗД: Вы знаете, мы, безусловно, в это большую лепту вносим, внесли, но это таким опять-таки накопленным итогом... Я думаю, что вот это то, про что мы в начале говорили. Мне кажется, что у современного поколения появляется все больше и больше желания двигаться, быть мобильными...

ТК: Но люди просто, ты же понимаешь, они смотрят опять-таки те же соцсети, они видят, как, например, люди в Америке отдыхают, люди в Европе отдыхают.

ЗД: Конечно, это становится модным, это становится в тренде.

ТК: А можно... Знаешь, о чем тебя еще хочу спросить? Так как ты сейчас во всем этом разбираешься, вот самый дорогой отдых в России где? Вот есть, мы знаем, например, вот знаешь, люди, у которых есть деньги из России, очень стремятся их потратить за границей. Меня это дико всегда раздражает, ну как бы, да, со своими лодками, со своими самолетами... Я тебе честно скажу, все то же самое я приветствую...

ЗД: А ты знаешь, Тин, начали ездить уже. Ты знаешь, у нас начало появляться... Вот сейчас время отдыхать в России, мода отдыхать в России.

ТК: Вот самое дорогое... Нет, смотри, объясни мне, пожалуйста, вот я к чему, я недоговорила...

ЗД: Вот я могу сказать, где дорого очень.

ТК: Дай я тебе объясню. Когда я это все вижу за границей, у меня всегда возникает вопрос: все классно, но верните все в страну, отдыхайте, стойте со своими лодками в стране. Ну почему так надо рваться за ее пределы, зарабатывая деньги здесь? Вопрос: есть ли у нас уже такие места? И с чем это связано? Это связано с пандемией, или реально люди принципиально приняли такое патриотическое решение, что наконец-то все стали возвращать в страну?

ЗД: Ну, я тебе честно скажу, Тин, я всегда, и много раз про это говорила, очень много вопросов, против каких-то искусственных ограничений, всегда была против, никогда такое поддерживать не буду. Я за то, свою задачу вижу в том, чтобы у нас в стране появлялись такие туристические предложения, когда бы выбор отдыха в стране был твоим лучшим выбором, вот это моя задача. Не за счет закрытых границ, не за счет того, что случилась пандемия...

Тем более ты прекрасно понимаешь, что за одно лето, за один год закрытых границ никаких чудес не произойдет. Да, мы запустим чартеры, мы сделаем кешбэки, но гостиницы, инфраструктуру ты за одно лето не выстроишь, это годы системной работы. И мы понимаем, что вот мы уже открываем границы с очень многими странами, рано или поздно все нормализуется, и дай бог, а нам дальше системно развивать страну. Поэтому...

ТК: Ну вот ответь, где самое дорогое, где в России... ?

ЗД: Ты знаешь, мне очень сложно сказать, где самое дорогое, я могу перечислить места, где очень дорого.

ТК: Да, давай.

ЗД: Ну вот я уже сказала...

ТК: ...Алтай.

ЗД: Алтай, ну в Горном, ну не везде, вот это отдельно взятые гостиницы, потому что там подешевле тоже можно. Есть очень дорогие места отдыха в Горном Алтае, на Байкале, есть «Байкальская резиденция», отель, который входит в World Luxury Hotels, он там...

ТК: Это 100 самых дорогих отелей в мире.

ЗД: Да, в 100 самых дорогих отелей в мире, он становился лучшим экоотелем, собственно, в мире, побеждал в каких-то номинациях. Дорого, конечно же, на Камчатку, это... Опять-таки можно и подешевле съездить, но если ты хочешь хорошо и комфортно, Камчатка... Дорого это? — да, дорого. Дорого Шантарские острова, это прямо такая экзотика. Дорого, на самом деле очень дорогие туры можно, смотря как ты хочешь отдохнуть, и на Русский Север, Мурманская область, там дорогущая, собственно, так называемая рыбалка нахлыстом, там это такой вид рыбалки, она считается таким королевским... Я в рыбалке несильно, честно скажу, разбираюсь, я свою первую рыбу поймала вот сейчас на Алтае, первый раз так порыбачила. Там забронировано на несколько лет вперед...

ТК: Нашими соотечественниками?

ЗД: И нашими, и иностранными, англичане очень любят туда ездить, но в этом году, понятно, нет...

ТК: Но это не браконьерство какое-то?

ЗД: Это не браконьерство, это рыбалка абсолютно легальная.

ТК: Вот что такое... Раз ты говоришь, что Мальдив нет, — тогда назови мне, где наша Италия, где наша Норвегия, где наш Большой каньон.

ЗД: Ну, ты знаешь, понятно, что я не могу не назвать Байкал, Алтай, Камчатка, потому что это действительно такие жемчужины мирового туризма. Это, безусловно, абсолютно уникальные Шантарские острова, это, конечно, абсолютно уникальный Русский Север, это Мурманская область, самый большой город Мурманск за полярным кругом с северным сиянием, невероятная культура. Кстати говоря, ты зря улыбаешься...

ТК: Я там была просто, я поэтому...

ЗД: Ты была на Ойямконе?

ТК: Да-да, я была.

ЗД: На Ойямконе? У тебя есть сертификат, что ты посетила?

ТК: Ты знаешь, сертификата у меня нет, я просто по работе туда прилетала...

ЗД: А что тебя занесло на полюс холода?

ТК: Нет, меня просто, да, я была... Я, например, никогда в жизни не видела дома в условиях вечной мерзлоты, и там я с этим ознакомилась...

ЗД: Кстати говоря, иностранцы прямо за несколько лет в очередь записываются, чтобы попасть на Ойямкон, действительно получить вот этот сертификат, что ты пожил в этом самом холодном населенном пункте в мире, там -71, по-моему, как-то было зафиксировано. И конечно, Тин, вот эти уникальные наши... Ну, кстати говоря, вот ты сказала про каньон, и я сразу вспомнила — ты видела когда-нибудь фотографии или видео Сулакского каньона в Дагестане?

ТК: Нет, не видела.

ЗД: Вот прямо забей как-нибудь в интернете «Сулакский каньон в Республике Дагестан»

ТК: Я вообще не знаю, что такое Сулакский каньон, вы уж меня простите. Более того, почему я не знаю? — скорее всего, проблема с инфраструктурой. То есть проблемы с чем? Нет дорог, нет гостиниц, нет гарантии, что где-то в ближайшее озеро не сольют тебе химикаты, нет гарантии, что лес не вырубят, нет гарантии, что будет нормальный сервис, нормальная еда, нормальная гостиница. И вот в этих условиях... Как бы я очень рада за твой оптимизм, но тем не менее ты собираешься привлекать туристов в Россию, вот ты в какой вообще клетке для себя мыслишь? Вот чтобы люди узнали, что есть Сулакский каньон, это сколько лет надо? И более того, вот я узнала, хорошо, сейчас если мы друг друга спросим, надо ли мне туда ехать, я думаю, что ты мне скажешь...

ЗД: Там очень красиво.

ТК: ...что подожди, правильно? Ну то есть там...

ЗД: На самом деле как, Тин? Я тебе не скажу «подожди», я тебе скажу «поезжай», потому что, конечно, с инфраструктурой у нас пока еще сложно в стране. Вот все проблемы, которые ты перечислила, это ровно так и есть. Действительно, системного такого, очень такого правильного на протяжении многих лет подхода к развитию туристической инфраструктуры, конечно, у нас никогда не было.

ТК: А почему? Наследие Советского Союза, нечего сюда ездить, или что?

ЗД: Ну, ты знаешь, ну вот не занимались туризмом, ну не занимались системно туризмом, ну вот как-то так получилось. Как сказать, чего рассуждать, почему не делали? Надо сейчас брать и делать. Все осознали важность развития индустрии гостеприимства, туризма, и ты на самом деле очень правильные все блоки перечислила. Мы очень глубоко анализировали путь туриста, путь инвестора, собственно, что не так государство делает, и вот, собственно, нам абсолютно понятны все системные проблемы, и мы понимаем, что надо делать.

ТК: Но ты просто еще и человек очень молодой, ездила по миру. Я как раз знаю, что ты один из тех руководителей, который Россию правда достаточно сильно объездил в период своей предыдущей работы, до того как ты пришла в федеральное агентство, поэтому ты Россию-то правда знаешь.

ЗД: Я правда очень много ездила, да.

ТК: Да, ты правда очень много ездила.

ЗД: Но другими глазами смотрела, просто другими глазами, сейчас я прямо как-то душой болею.

ТК: Но тем не менее ты же понимаешь, что... Мы обсуждали с тобой за эфиром приезд в Лапландию, это такая секунда там трата денег...

ЗД: Твое времени расписано.

ТК: Да, весь твой маршрут от момента, как ты с детьми туда приехал, до момента, пока ты оттуда уехал, рассчитан на то, чтобы ты каждую минуту своего пребывания тратил деньги.

ЗД: Потому что они-то давно поняли, что туризм — это отрасль экономики, что на туризме нужно зарабатывать.

ТК: Да, да.

ЗД: Это рабочие места, это зарплаты, это благосостояние местных жителей...

ТК: Это очень важная часть экономики. Ну вот смотрите, Чемпионат мира по футболу, к нам приехали люди, мы сами про это во всех новостях показывали, люди были в шоке от того, какая невероятная Россия, мы говорили: «Туристы, посмотрите, какая мы невероятная Россия!» Все признавались в любви России. Закончился Чемпионат мира по футболу, и тема, значит, затухла. Вот скажи, почему она затухла? Как ты считаешь, почему... ?

ЗД: А что именно затухло, прости?

ТК: Ты знаешь, вот показывали очень много иностранцев, я никогда этого не забуду, я все время смотрела новости, и помнишь, появился такой бразилец, который при помощи ненормативной...

ЗД: Да, да.

ТК: Вот кого хочешь сейчас здесь спроси, Россия...

ЗД: Я поняла, про что ты.

ТК: Ты понимаешь.

ЗД: Действительно, я абсолютно согласна, что Чемпионат мира по футболу стал, наверное, одним из самых ярких мероприятий в новейшей истории России, внес, наверное, наибольший вклад в продвижение нашей страны, в формирование позитивного имиджа нашей страны, это абсолютно так. Но Чемпионат мира по футболу, действительно это, наверное, самое популярное, самое массовое спортивное мероприятие в мире, у нас, кстати, впереди в 2022 году и хоккей, и универсиады, и керлинги, у нас много-много, евро, финалы чемпионатов, много мероприятий, будем максимально их, конечно же, использовать...

ТК: Вы пытаетесь... ?

ЗД: Но вот я-то по-другому, Тин, знаешь, я вот по-другому даже думаю. Чемпионат мира по футболу, еще раз повторю, это было абсолютно гениально, тем более что с точки зрения пиара нашей страны, я сама непосредственно этим мероприятием занималась. Я, уже придя в Ростуризм, подумала о другом, что если мы системно будем развивать туризм, если мы будем системно продвигать Россию как страну, комфортную для путешествий, вот только... Вот те болельщики, которые приехали к нам под мероприятие, эти люди могут к нам ездить с целью отдыха и досуга.

ТК: Ну, один такой человек может...

ЗД: И нам для этого не всегда обязательно проводить эти мероприятия.

ТК: Один такой человек может привезти двух-трех людей, потому что он может вернуться с семьей.

ЗД: Конечно.

ТК: Но у меня вот...

ЗД: А главное деньги привезти, еще оставить в экономике страны.

ТК: Да. Но у меня к тебе вопрос, как вы это видите, потому что, например, вообще зайди на любой сайт туристический мировой, я уж не буду говорить про стриминговые платформы, в которых при помощи сериалов, разного развлекательного контента очень красиво представляется, например, любой регион. Извини меня, даже в сериале «Наркос», когда ты смотришь на Медельин, тебе кажется, что, если у тебя будет когда-нибудь в жизни свободная неделя, но Медельин надо увидеть собственными глазами, и я так про каждый сериал могу тебе сказать.

ЗД: Это сила кино называется.

ТК: Да. Вот у нас этого нет. Вот как ты вообще видишь, как ты в мир собираешься заходить? Вот через что ты хочешь прийти, так как ты в коммуникациях хорошо понимаешь, в мир? Через кино, через сериалы, через какие-нибудь культурные программы, через, может быть, просто какие-нибудь лонгриды, может быть, журналистов с The New York Times и Financial Times ты собираешься в Россию привезти и показать?

ЗД: Ты знаешь, Тин, наверное, мы... Вот я говорю, мы достаточно глубоко анализировали. Во-первых, тут тоже большая, многолетняя системная проблема, мы системно этим тоже не занимались, просто от слова «совсем». Мы не продвигали, маркетингом страны не занимались, какое уж там действительно кино. Надо, у нас действительно одна из таких глобальных задач — это, во-первых, убедить всех, что нужно не только строить инфраструктуру, но и заниматься системным продвижением и маркетингом.

ТК: Вот вы сейчас...

ЗД: Каналы коммуникации, кино, ты абсолютно права. Рибейты — совершенно гениальная история, мы же все видели и «Игры престолов», трилогия с «Хоббитом» и с «Властелином колец», все места, которые в том или ином виде присутствуют в известных фильмах, сериалах. Вот мы только с тобой в начале говорили про то, что мы впервые подошли в стране к осознанию туризма как такой самостоятельной, глобальной, большой отрасли экономики, и мне еще огромная работа предстоит по поводу того, чтобы действительно убедить в том, что...

ТК: ...на это надо тратить деньги.

ЗД: ...нужно еще на маркетинг... У нас вообще, действительно как-то не принято на госслужбе тратить большие деньги на продвижение, маркетинг.

ТК: Подожди, я вот не хотела про это спрашивать, но ты сейчас хочешь сказать, что у вас денег на такой маркетинг нет?

ЗД: Ну, их, да, на вот внешний маркетинг нет.

ТК: То есть мы все понимаем, что фильм «Красотка» раз и навсегда, собственно говоря, начиная от отеля и заканчивая опять-таки всего маршрута их встречи и свиданий...

ЗД: Тин, но мы, хочу как бы все-таки тоже, как говорится: в этом смысле впервые в прошлом году мы запустили, понятно, что это такой больше b2b-сегмент, но мы теперь поддерживаем финансово туроператоров, которые привозят нам иностранных туристов.

ТК: Это хорошо.

ЗД: Это уже шаг вперед.

ТК: Хорошо.

ЗД: Но то, что про ты говоришь, стоит действительно... Мы же анализировали, это немаленьких денег стоит.

ТК: А как ты считаешь по-прежнему, кем мы выглядим сейчас (я этот вопрос часто своим гостям задаю) в глазах мира? Ну понятно, благодаря масс-культуре мы выглядим злодеями, но в целом ты же много общаешься и с коллегами, в любом случае ты общаешься, я знаю, вот что они тебе говорят? Ты встречаешься с людьми, которые говорят: «Нет-нет-нет, в России? Вы что, о чем вы говорите, я никогда не поеду». И что ты отвечаешь этим людям?

ЗД: Ты знаешь, я бы этих людей поделила на тех, кто очень давно не был в России, вот был когда-то давно, в советское время и с тех пор ни разу не приезжал, и на тех, которые вообще никогда не были в России. Действительно, я с многими из таких людей общалась, многие живут, действительно у них такое восприятие страны, вот либо то советское, им вот все кажется, что...

ТК: Это ты сейчас про коллег говоришь, да?

ЗД: Ну, это и коллеги, и просто люди, с которыми меня сводила судьба в силу просто той работы, которой...

ТК: А вообще как коллеги тебя воспринимают? Мы каждый раз, ты понимаешь как журналист, все равно появляются...

ЗД: Коллеги ты имеешь в виду иностранные?

ТК: Конечно. Появляется женщина... Вот сейчас все обсуждали, я не помню, женщина премьер-министр то ли в Финляндии, я сейчас боюсь ошибиться, но она была в пиджаке на голое тело.

ЗД: Да, я сегодня видела, и там все обсуждают.

ТК: Да, ты видела, все обсуждают, боже-боже, все обсуждают, и как бы у нас все обсуждают. Вот ты красивая, яркая женщина...

ЗД: ...но я стараюсь быть скромной.

ТК: Это действует, скажи мне? Просто интересно. Вот коллеги, когда видят тебя, которые не очень знают Россию, которые слушают страшилки про Россию, и вдруг появляешься ты.

ЗД: Ну, я откровенно скажу, не ассоциируется пока, видимо, Россия...

ТК: Российская власть с женщиной, которая хорошо говорит на нескольких языках, красива и при этом умна.

ЗД: Ну вот, видимо, да, потому что как-то, в общем, с удивлением.

ТК: А ты можешь сейчас тревелог написать? Ты же журналист, то есть ты умеешь писать, ну этому учат в МГИМО в том числе тоже. То есть если ты сядешь, можешь написать?

ЗД: Могу, просто мне на это нужно время. Я на самом деле уже два тревелога написала, я, собственно, отпуск провела в Республике Алтай, и я написала такой, можно его тревелогом назвать, в National Geographic.

ТК: Ага. И он там вышел?

ЗД: Вот у меня вышла статья прямо на сайте, и вот буквально месяц назад у меня вышел еще маленький как такой блог про осенние путешествия тоже в, это уже в печатной версии National Geographic, так что я даже пишу.

ТК: Да. А скажи еще такую вещь. Смотри, одна из самых известных песен, сочиненных гепродюсером телеканала RTVI Сергеем Шнуровым, «В Питере — пить». Вот если разобраться, смотри, она же совершенно по твоему профилю, потому что, как поется в этой песне, «Эта песня в целом о туризме, И для туристов я ее пою». То есть получается, если серьезно, вот как ты считаешь, что лучше всего влияет на туристический имидж России? Вот, например, песня «В Питере — пить» работает, как ты считаешь? Вот надо стараться, чтобы таких песен было больше?

ЗД: Она в каком году вышла? Вот эта песня точно вышла, меня еще в Ростуризме не было.

ТК: Да, тебя не было в Ростуризме абсолютно точно.

ЗД: Для меня в тот момент Питер не нуждался в рекламе, то есть для меня это, наверное, дополнительной рекламой Питера не стало просто потому, что я Питер знаю давно, люблю, в Питере можно классно и пить, и гулять, и в музеи ходить, и танцевать... В общем, Питер очень разный.

ТК: Но ты же знаешь, что Вуди Аллен работает со всеми министерствами по туризму, вот все фильмы, серия фильмов...

ЗД: Ну мы с тобой только что обсуждали, сила искусства не знает границ, конечно.

ТК: То есть если Вуди Аллен придет и скажет: «Дайте денег, я тогда сниму „Из России с любовью”...»

ЗД: Если у меня будут, я дам.

ТК: Точно?

ЗД: Ну, я бы... У меня еще была мечта, чтобы Гай Ричи снял ролик про Россию.

ТК: А почему? Разве это невозможно?

ЗД: Нет, это возможно, просто, наверное, на это нужно чуть больше денег, чем сейчас у нас есть возможность.

ТК: А скажи, пожалуйста, такую вещь. Все-таки вот если в режиме блица, уже подходя к концу нашего интервью, кто важнее с точки зрения денег, прямо вот как бизнес, соотечественники или иностранцы?

ЗД: Ну если чисто бизнесово подходить, с точки зрения денег, то иностранцы, конечно, потому что они привозят валюту живую, оставляют в экономике нашей страны.

ТК: Если я скажу, что наши граждане, как только у них появляется возможность, все-таки в первую очередь хотят отдыхать за границей, наверное, ты со мной согласишься.

ЗД: Соглашусь.

ТК: В чем причина, коротко можешь ответить? Все-таки это инфраструктура, это условия? Почему все-таки так рвутся уехать в первую очередь, а потом уже начать путешествовать по собственной стране?

ЗД: Ты знаешь, Тин, мне кажется, мы столько времени жили в закрытой стране, что вот когда Советский Союз распался, ты действительно абсолютно правильно говоришь, слова «отпуск», «отдых» и «путешествие» исторически у нас не ассоциировались с нашей страной, с отдыхом внутри страны. Это было последние, наверное, лет 15, отдых, отпуск равнялся загранице, даже, наверное, в голову не приходило, что можно свой отпуск провести внутри страны. Это начало меняться, мода на отдых внутри страны уже начала появляться, и это очень сильно сейчас меняется. Мы очень долго жили просто в закрытой стране, и людям хотелось, хочется ездить, открывать для себя мир. Ну все, наездились, открыли, а теперь можно и свою страну открывать.

ТК: Почему в Крыму такой убогий сервис, вот скажи мне? Я там отдыхаю уже который год подряд...

ЗД: Я тоже.

ТК: Ну почему он там не меняется?

ЗД: Ты знаешь, Тин, пока в Крыму не будет здоровой конкуренции, не будет там хорошего сервиса. Вот в Крыму, наверное, максимум 10% от всего номерного фонда, от всех гостиниц составляют качественные новые гостиницы, которые либо были построены за последние 10 лет, либо были обновлены за последние 10 лет. Пока у людей не будет выбора там из 20 «четверок», 20 «пятерок» и еще из нескольких десятков качественных «трешек» и так далее, сервис такой и будет. Вот если ты один на весь полуостров, конечно, ты за качеством следить не будешь, цены можешь задирать какие хочешь. Вот эти все вопросы решает конкуренция, нам нужно очень серьезно... Это очень серьезный на самом деле вопрос, нам страшно не хватает качественной туристической инфраструктуры по всей стране, включая Крым.

ТК: И ты понимаешь, да, что в all inclusive в Турцию гораздо лучше и дешевле поехать...

ЗД: Я прекрасно...

ТК: ...чем условно в три звезды в Крыму, то есть три звезды в Крыму будут дороже помимо всего.

ЗД: Ну, три звезды в Крыму, конечно, дороже, чем шикарная «пятерка» в Турции, не будет, уж тоже настолько можно не преувеличивать...

ТК: Ну так, плюс-минус.

ЗД: Но действительно, вот этого конкурентоспособного в соотношении цена-качество турпродукта... В Крыму он есть, но его мало. И кстати говоря, вот очень мы много говорим за все хорошее против всего плохого, я как раз, пользуясь моментом, хочу сказать, что очень важно... Туризм во всем мире — это частный бизнес, и во всем мире те страны, для которых важно развивать туризм, индустрию гостеприимства, они первое, что делают, это создают условия для бизнеса, для того чтобы ему было выгодно вкладываться в туристическую инфраструктуру. Вот у нас сейчас условия ведения бизнеса в туризме не очень, скажем прямо, комфортные, дорогие очень кредиты, низкая рентабельность, вернее ее практически нет, высокий срок окупаемости. И мы планируем впервые действительно в истории российского туризма бизнесу, который будет заинтересован развивать туристическую инфраструктуру, строить гостиницы, обновлять гостиницы...

ТК: И им кешбэк, что ли?

ЗД: Нет, не кешбэк, ну мы же не до такой степени...

ТК: А что?

ЗД: У них будет возможность брать более дешевые кредиты, мы будем субсидировать...

ТК: Под 1%?

ЗД: Ну, не под 1%...

ТК: Два?

ЗД: Ну вот как в сельском хозяйстве, 3-5%.

ТК: Ага.

ЗД: Эта мера поддержки у нас практически уже на выходе, она поддержана и отраслью, и руководителями. Надеюсь, что нам удастся ее уже в начале следующего года запустить. Но вот представь, мы просубсидируем часть процентной ставки в размере ставки рефинансирования, для того чтобы для конечного инвестора она была не более 3-5%. Это значит, что у тебя срок окупаемости сразу же снижается, рентабельность у тебя хоть какая-то появляется, и тебе выгодно уже вкладываться в туризм.

ТК: Вопрос. Вот смотри, про туризм все-таки говорилось раньше, вот, например, тот же бывший полпред Хлопонин все время обещал, что из Кавказа сделает суперзимнюю Мекку. Вот скажи, пожалуйста, честно, когда, как кавказская женщина наверняка у тебя сердце болит, ты ездишь домой. Когда Кавказ станет туристической Меккой? И вообще веришь ли в том, что Кавказ в России может стать туристической Меккой?

ЗД: Вот не поверишь, во время... Мы сейчас проанализировали итоги первого этапа кешбэка — знаешь, куда купили самый дорогой тур в период всего первого этапа кешбэка? В Чеченскую Республику.

ТК: А сколько это там по деньгам?

ЗД: Сто двадцать тысяч рублей на пять дней.

ТК: Кто-то купил?

ЗД: Купили. Вот тур в Чеченскую Республику...

ТК: А мы знаем, кто это?

ЗД: Нет, это же... Нет, мы не знаем, можно, конечно, попытаться...

ТК: А может, это просто сам житель Грозного решил купить тур?

ЗД: Может быть, но на 5 дней, если он житель Грозного, зачем ему туда на 5 дней ехать, он там живет.

ТК: Ну, может быть...

ЗД: Он купил тур в гостиницу, это же гостиничное проживание... В данном случае это в любом случае турист. Человек, который приобрел перелет и проживание, это турист, то есть он купил гостиничное размещение в Чеченской Республике, внимание, 120 тысяч рублей и всего 5 дней. Это стал самый дорогой тур, который был куплен в рамках первого этапа...

ТК: А турпоток в Чечню растет? Вот меня часто спрашивают про это...

ЗД: У нас вообще турпоток... Я, кстати говоря, не договорила, что меня поразило, — это было в 2 раза дороже, чем средние туры, которые покупали. Средняя стоимость тура, чтобы ты понимала, была где-то 50-55 тысяч рублей, причем это были туры продолжительностью от 10 дней. То есть тут человек на 5 дней за 120 тысяч рублей, это, кстати, показательно...

ТК: Видимо, очень хотел, я так понимаю.

ЗД: Поэтому у Кавказа большое будущее. Все-таки туризм должен быть экономикой и бизнесом, должно быть выгодно, ты в каком-то горизонте должен видеть эту окупаемость, а это берется из двух составляющих. На самом деле вот многие недооценивают, Тин, а мы-то с тобой знаем, силу продвижения и маркетинга. Вот когда ты занимаешься продвижением, маркетингом, системным и регулярным, ты автоматически повышаешь инвестиционную привлекательность.

ТК: У меня предложение, можно, заканчивая наш разговор? Я как человек, который был в Бразилии один день, я летала по делам телеканала «Матч ТВ», я смотрела студию, я умудрилась в этот же день попасть на студию Globo. И разговаривая как бы там с коллегами, я поняла, что сила, например, латиноамериканского мира невероятная, то есть это правда очень огромная часть мира, говорящая на испанском языке, недаром как бы американцы долго обсуждали вероятность принятия второго языка. Можешь на испанском обратиться ко всем испанцам, латиноамериканским гражданам и латиноамериканскому миру, который, возможно, увидит твое обращение, и пригласить их в Россию, заканчивая нашу программу? Ну так, от души, чтобы прямо захотели приехать? Понимаешь, как будто смотрят бразильский сериал. Ты точно могла играть.

ЗД: Да, я бы точно могла там играть, у меня, правда, такой практики в последнее время нет...

ТК: Вот от души, с любовью, чтобы просто не могли тебе отказать.

ЗД: Queridos amigos... Я на тебя должна смотреть?

ТК: Можешь на меня, можешь в камеру, можем снять крупный план. Давайте лучше туда.

ЗД: (говорит по-испански) Привет, добрый день! Меня зовут Зарина. Я глава агентства по туризму Российской Федерации. Это очень большая и красивая страна…

ТК: Что ты им рассказываешь? Что ты им сказала?

ЗД: (говорит по-испански) Россия — это любовь. Очень красивая страна. Я вас жду здесь, когда ситуация с пандемией стабилизируется.

ТК: Ну, уже все испанские мужчины купили билеты, все едут, то есть ты их так позвала.

ЗД: Ну да.

Новости партнеров

Похожее видео
реклама