Сюжеты
16:05
7 Августа 2018 г.
«Я — это я». Полный текст статьи об ЛГБТ, из-за которой в Новосибирске удалили номер студенческого журнала
Поделиться:

«Я — это я». Полный текст статьи об ЛГБТ, из-за которой в Новосибирске удалили номер студенческого журнала

Фотография:
Георгий Вишневский

Студенческий журнал «Университетская жизнь» Новосибирского государственного университета удалил из своей группы «ВКонтакте» номер, который посвящен толерантности. Главный редактор журнала Петр Маняхин объяснил, что в статье «Я — это я» эксперты усмотрели признаки гей-пропаганды. RTVI с разрешения редакции «Университетской жизни» полностью публикует этот материал.

Маняхин рассказал RTVI, что удалить материал его попросили лично, но кто это был, он не уточнил. Маняхин добавил, что редакция удалила выпуск из своих соцсетей, но печатный тираж уже распространили и «отбирать ни у кого не планируют».

По его словам, в руководстве журфака и университета пока никак на историю не отреагировали. «Планируем ждать развития ситуации и дейстовать в соответсвие с обстоятельствами. Не исключаю, что правовые последствия все же могут наступить, тогда будем пытаться доказывать свою правоту в силу возможностей», — заключил главред.

Полный текст статьи «Я — это я»

Толерантность часто связывают именно с отношением к ЛГБТ-сообществу. Несмотря на стремление к взаимоуважению и равноправию, гомофобия в России существует и на бытовом, и на государственном уровне — закон о запрете гей-пропаганды тому подтверждение. Но такие люди существуют, живут и даже как-то любят. УЖ поговорил с лесбиянкой, трансгендером и бисексуалом о том, когда они осознали, что не такие, как большинство, и как к ним относятся в университете и Академгородке.


Кира, лесбиянка 

Ты влюбляешься и все, это может быть кто угодно: мужчина, женщина, человек старше или младше. Мы имеем право любить того, кого хотим. 

Ты влюбляешься в личность, а пол — это уже другое дело. Просто из-за наших стереотипов мы не смотрим на людей своего пола и можем не заметить свою судьбу. 

Не было такого, что вот все, я лесбиянка. Просто жила и понимала, что мне нравятся женщины вокруг меня. Сначала чисто духовное, нравилось общаться, оказывать им внимание. А со взрослением появился и физический аспект. 

1.jpg
Иллюстрация:
Георгий Вишневский


Это был седьмой класс: я влюбилась в женщину, рассказала маме, она меня повела к психологу. Вердикт — травма детства, из-за развода дочь заменила мужчину в семье, и поэтому такая реакция. Но я с этим не согласна. В какой-то степени, может, и повлияло, но, например, когда я надевала платье или красилась, я чувствовала, что перестаю быть чем-то важным для самой себя, надеваю маску и пытаюсь казаться кем-то. 

С девушками я управляю ситуацией, и это кайфово. Бывают моменты, когда хочется побыть слабой, но вообще по жизни я доминант. Если ты выбрал определенную стратегию поведения — соответствуй. Ухаживая за девушкой, я должна ее встретить, проводить. Уставшая, голодная, замерзшая — но нужно сделать. Я должна быть сильной стороной. Самые первые серьезные отношения с девушкой длились три с половиной года, мы жили вместе, я воспринимала это как семью. В моей семье знает только мама. Реакция была очень тяжелой, ей больно от этого, но она понимающая. Я ей всегда говорю: «Мам, я же счастлива, порадуйся за меня». Она знакома с моими девушками, интересуется ими, старается найти общий язык. 

Шибко стараюсь не афишировать, но и не шифруюсь совершенно. Если в малознакомой компании начинаем обсуждать эту тему и я понимаю, что вот он, гомофоб — стараюсь не развивать разговор дальше. Смысла разговаривать нет, надо что-то делать. Находить точки соприкосновения, общие интересы. Из-за того, что мы шифруемся, только хуже, я считаю. Плюс свою роль играет законодательство. У нас же люди какие: что в книжечке написано, значит, так и надо. Просто уравнять отношения до элементарных одинаковых гражданских прав, и общество будет привыкать. Важнее не то, что вы не можете за ручку пройти по улице, а то, что официально тебя признают никем этому человеку. 

Хотя обособление темы — тоже неправильно. Мы делаем такой акцент на том, что гомосексуальность выходит за рамки нормальности, а ведь все эти люди не сверхъестественные. Если возвращаться к поведению ЛГБТ-сообщества: прóсите равенства, а себя подаёте, будто вас так обидели, вас так не любят. Понятное дело, не будут любить, если вы будете постоянно с флагами разгуливать и сосаться везде, еще и права качать. Я, например, стараюсь сильно не проявлять чувства на улице. Я в принципе этого не приемлю, личная жизнь должна быть за закрытыми дверями. Иначе это просто неуважение к другим людям. Все зависит от человека, если его уважают, то и относиться нормально будут. Просто как свинья себя не веди, и всё будет хорошо. 

В универе прекрасная толерантная среда, это не только ЛГБТ-сообщества касается. Те же люди с ограниченными возможностями: к ним замечательно относятся, общаются, помогают. Люди воспитанные и интеллигентные, стараются особо не заострять на этом внимание. Даже преподаватели: мы с ними совершенно спокойно разговариваем и делаем проекты на эти темы. Самую большую проблему составляет тот слой, который мало образован и с низким достатком, потому что там и возникают эти проблемы незнания. Конечно, есть традиционно правильное с биологической точки зрения, и не нужно детям с детства всучивать это все. Но рассказывать и показывать нужно, ребенок должен знать, что существует разное, и иметь право выбора.


Андрей, трансгендер

С детства я чувствовал себя не собой. Было неуютно в своем теле, оно мне совершенно не нравилось, будто не подходило, что ли. Элементарно — я начал считать себя красивым, только когда был в мужском образе. Собственно, лет в 13 стал анализировать, разбираться, изучать. Понял, что такое трансгендерность, и что в этом нет ничего страшного. Лет до 15-16 был острый период: я очень коротко обрезал волосы, носил максимально мужскую одежду, просил обращаться к себе мужским именем. Тогда это было для меня принципиальным. Сейчас для меня важно, чтобы близкие и друзья воспринимали меня тем, кем я себя ощущаю. Да, пол у меня один, но вот гендер-то другой.

Мне было 15, когда моя школьная учительница пожаловалась родителям на происходящее. Это, наверное, самое мерзкое, с чем я сталкивался в жизни, до сих пор не могу ее простить. Родители отреагировали совсем не так, как хотелось бы. Очень разозлились, сказали, что нужно перетерпеть, пересилить себя и быть женщиной, как положено. Поэтому до сих пор в семье приходится быть не собой. Я общаюсь с родителями так, как комфортно им, по имени и полу от рождения, можно сказать. Да, это очень и очень неприятно, но пока я завишу от них, других вариантов нет. В целом, свои имя и пол по рождению я использую только в официальных ситуациях, например, на работе. Это так ужасно — целыми днями чувствовать себя не тем, кто ты есть. Но в целом в Академгородке достаточно толерантная и адекватная среда, чтобы воспринимать меня таким, каким мне хочется.

2.jpg
Иллюстрация: Георгий Вишневский


В школе были проблемы, конечно, но только первое время. Хотя там основная претензия была не к тому, что я транс-парень, а к тому, что я «лесбиянка». Но это длилось, пока все были маленькими и глупыми, а уже в выпускных классах, когда повзрослели, стало все равно. Самое интересное, что больше всего меня гнобили не одноклассники, а учителя. Мол, как же так, что ты с собой делаешь, так же нельзя. На самом деле, основная проблема и есть в необразованности — у нас в стране очень темные люди. В школах отсутствует какое-либо сексуальное образование, и никто не учит, что всё может быть не только традиционно и патриархально, но и по-другому. И что это тоже нормально! Люди образованные прекрасно знают, что всегда и везде был и есть определённый процент гомосексуалов.

А ведь в Европе к этому давно относятся совершенно спокойно, в то время как у нас подавляющее большинство тех, кто все еще считает ЛГБТ-сообщество людьми с психическими отклонениями. Но вообще очень глупо делить людей исключительно по критерию сексуальности. Вот, например, кто-то любит девушек, кто-то парней. А что, если человеку нравятся только транс-девушки, вот кто он тогда?

Мои первые, серьезные и пока единственные отношения длились пять лет. С моей бывшей мы начали встречаться, когда нам было 12 и 13, расстались только прошлой осенью. Но в то время она сразу и целиком поддержала меня и приняла, для меня это очень много значило тогда, потому что я планировал провести с ней всю жизнь. Сейчас мне нравится цис-парень (определяет себя в соответствии с биологическим полом — прим. ред.), и для меня очень страшным и спорным является момент, как ему сообщить о своей симпатии и, главное, самоидентификации.

Все эти парады и борьба за права — дико важная штука. ЛГБТ — такие же люди и часть социума, но дискриминация, которой они подвергаются, несправедлива и, по сути, беспочвенна.

Насчет косметики, покраски волос, маникюра — я абсолютно не против быть феминным мужчиной. Сейчас я уже не стараюсь показывать себя максимально мужественным, как было в подростковый период, потому что феминность не делает меня менее мужчиной. Сейчас меня в принципе устраивает мое тело, поэтому смену пола пока не рассматриваю. Но в будущем планирую мастэктомию и приём гормонов — ну, хочется мне более мужской голос, и чтобы борода росла, это же так круто!


Паша, бисексуал 

С взрослением начинаешь осознавать, что пол — не тот критерий, который важен. Человек интересен в первую очередь как личность, будь это дружеское общение или отношения. Вообще осознание пришло лет в 16, хотя и до сих пор укладывается. Но нет такого, что я какой-то особенный. Я — это я. Я отличаюсь от других людей, они от меня, и это так интересно. Хоть люди и думают, что со своим полом проще, я это мнение разделяю в некоторых аспектах: общие интересы, привычки.

У меня такой взгляд на мир: это моя жизнь, и я делаю с ней что хочу, не мешая другим. Самое главное — понять, чего ты хочешь.

Одно дело психологические травмы, другое — гормональные нарушения. Не считаю, что от этого нужно лечить, это просто особенности личности. Если человека не коробит по этому поводу, то зачем копаться и разглядывать, если человеку комфортно, зачем лезть в причину. 

3.jpg
Иллюстрация: Георгий Вишневский

Основная сложность для меня — в нашей стране проще встречаться с девушками. Плюс парни более закрыты, им страшно самим себе признаться. Люди боятся выходить из зоны комфорта, и особенность нашей российской реальности даёт о себе знать. Наша ментальность не дошла до восприятия не интерпретировать новое как что-то плохое. Нашей стране надо просто дорасти до этого. Должно смениться поколение и власть. Касательно всяких крайностей — личную жизнь не надо выставлять напоказ вне зависимости от ориентации. Не нужно сидеть исключительно в закрытой комнате (хотя здорово, когда вы только вдвоем, и нет никакого мира вокруг), но выпячивать тоже не стоит. Мне, например, неприятно смотреть на то, как рядом кто-то лижется. И вообще зачем всем своим видом показывать, что ты другой ориентации. Борьба за все эти особые права — я не считаю, что это нужно. Точнее, именно в таком формате. Не хочу участвовать во всех этих парадах. Мне это не надо, потому что на данный момент не влияет на мою жизнь. Будет влиять — да, буду участвовать.

Прямо и сразу я никогда об этом не говорю, но если спросят — врать не буду. Но в целом в мой круг общения не попадают нетолерантные люди.

И родители отреагировали абсолютно адекватно, они очень современные. Друзья — по-разному, есть какие-то элементы стеба, конечно, но беззлобного. Хотя и конфликты были — недолгие, но очень неприятные. На одной из предыдущих работ пустили слух, что я «вот такой-то». И один из посетителей начал, мол вот, я не хочу, чтобы он наливал мне пиво, и прочая мерзость. Но меня это не сильно задело, с такой прослойкой нашей реальности я стараюсь не общаться. Понятно, что родись я не в Академгородке, а в условном Бердске, мне было бы значительно хуже, или я вообще себя не принял бы — окружение очень сильно влияет.

Если человек, делающий выпады, способен к конструктивному диалогу — построить его, само собой. Но людям довольно сложно менять свои взгляды, поэтому в таком случае я просто даю понять человеку, что это не его дело. В большей степени это работает. Но вообще ЛГБТ нужно идти на контакт с обществом, не надо так противопоставляться.

Но вот все эти корректирующие изнасилования, «изгнание бесов» — полнейший лютый ****** [ужас], пришедший к нам из каменного века. Это жесть, треш и должно преследоваться по закону.

Вопрос предохранения максимально важный. Предохраняться надо в любом случае — с девушкой, с парнем. Оказались вы в койке через два часа после знакомства или вместе полгода — всё равно нужно. Был случай: ко мне приехал парень, дело идёт к горизонтальному положению, а средств предохранения нет. Я сказал: «Мы можем прерваться и дойти до аптеки, либо ты пойдешь домой». Для меня это принципиальный момент.

И вообще раз в полгода необходимо проверяться, это элементарная забота о себе.

Автор: Ира Апуник


Хотите узнавать все самое важное от RTVI первыми? Подписывайтесь на наш телеграм-канал