Китай строит, Туркменистан платит: окупятся ли $5,1 млрд вложений в добычу газа?

Туркменистан направит $5,1 млрд на освоение четвертой очереди газового месторождения «Галкыныш». Китайская корпорация CNPC пробурит новые скважины и построит инфраструктуру для добычи и подготовки дополнительных 10 млрд кубометров товарного газа ежегодно. Стороны подтвердили планы сотрудничества на энергетическом форуме в Ашхабаде, сообщило 28 октября государственное информагентство «Туркменистан: Золотой век». Однако главный покупатель — Китай — пока публично не подтвердил обязательства выкупить весь дополнительный газ.

На что Туркменистан тратит $5,1 млрд

«Галкыныш» — одно из крупнейших газовых месторождений мира. По оценке компании Gaffney, Cline & Associates, его ресурсы вместе с соседними структурами Яшлар и Гаракёл достигают 27,4 трлн кубометров.

Первую очередь освоения запустили в 2013 году. Созданные тогда мощности позволяют подготавливать до 30 млрд кубометров товарного газа ежегодно. Четвертый этап должен добавить еще 10 млрд.

Для этого китайская CNPC пробурит эксплуатационные скважины, построит газосборную инфраструктуру, трубопроводы и установки подготовки газа к транспортировке. Прежде чем отправить добытый газ потребителям, его необходимо очистить от примесей и влаги. Контракт охватывает весь комплекс работ — от бурения до получения товарного газа, пригодного для поставок по магистральным трубопроводам.

Соглашение стоимостью $5,1 млрд стороны заключили в апреле 2026 года. Работы финансируются за счет собственных средств Туркменистана.

Главный редактор журнала «Нефть и капитал» Владимир Бобылев в комментарии RTVI связывает расширение месторождения прежде всего с расчетом на увеличение экспорта в Китай.

«Расширение „Галкыныша“ оправдано скорее стратегической необходимостью для Туркменистана, чем сиюминутным рыночным спросом. Проект направлен на монетизацию огромных запасов (27,4 трлн куб. м) и увеличение добычи, но главная цель — нарастить экспорт в Китай», — объясняет эксперт.

Пекин уже является главным покупателем туркменского газа. Газопровод между странами через Узбекистан и Казахстан работает с декабря 2009 года. По данным властей Туркменистана, к 1 октября 2026-го суммарный объем поставок превысил 477 млрд кубометров.

Однако для дальнейшего увеличения экспорта Ашхабаду необходимо не только нарастить добычу, но и договориться о дополнительных закупках и транспортировке газа.

Почему для нового газа нужны договоренности с Китаем

Сейчас газ из Центральной Азии поступает в КНР по трем параллельным трубопроводам — линиям A, B и C. Их вводили в эксплуатацию последовательно, в 2009, 2010 и 2014 годах.

Совокупная проектная мощность системы составляет 55 млрд кубометров в год. Однако по этим трубопроводам собственный газ экспортируют также Узбекистан и Казахстан, поэтому вся пропускная способность не может считаться доступной для Ашхабада.

При этом оценки фактических туркменских поставок различаются. В марте 2026 года Гурбангулы Бердымухамедов говорил примерно о 40 млрд кубометров ежегодно. Посол Китая Цзи Шуминь 27 марта оценил экспорт Туркменистана в КНР за 2025 год приблизительно в 30 млрд кубометров.

Ашхабад рассчитывает со временем увеличить поставки до 65 млрд кубометров в год. Для этого Туркменистан и Китай обсуждают строительство четвертой линии газопровода — D, которая должна пройти через Узбекистан, Таджикистан и Кыргызстан.

Маршрут обсуждают более десяти лет, однако строительство затягивается. Еще в декабре 2023 года S&P Global со ссылкой на источник, знакомый с переговорами, сообщало, что основным препятствием стали разногласия по цене будущих закупок.

Пекин стремился согласовать более выгодные условия, тогда как Ашхабад не соглашался с предложенными параметрами.

У действующей системы остается определенный резерв пропускной способности, но его использование зависит от фактической загрузки трубопроводов и условий контрактов с несколькими поставщиками. Для масштабного увеличения экспорта Туркменистан и Китай рассчитывают на линию D.

В результате Ашхабад может расширить добычу раньше, чем получит возможность вывезти весь предназначенный для экспорта дополнительный газ. Дальнейшее строительство трубопровода, в свою очередь, зависит от договоренностей с главным покупателем — Китаем.

Почему Индия, Европа и Россия пока не заменили Китай

Туркменистан давно пытается выйти на другие рынки, но крупнейшие альтернативные экспортные маршруты остаются незавершенными.

Первое направление — Южная Азия. По газопроводу ТАПИ Ашхабад планирует поставлять газ через Афганистан и Пакистан в Индию. Проектная мощность магистрали составляет 33 млрд кубометров ежегодно.

К концу октября 2026 года наиболее заметный прогресс достигнут на афганском участке от туркменской границы до Герата. По данным, представленным на энергетическом форуме в Ашхабаде, строители подготовили около 150,7 км трассы и уложили 124 км труб из приблизительно 153 км.

Завершить этот участок планируют к концу 2026 года, а первые поставки в Афганистан начать в 2027-м. Для выхода на рынки Пакистана и Индии предстоит построить оставшуюся часть магистрали, обеспечить финансирование и решить вопросы безопасности транзита.

Второе направление — Европа. Для поставок на этот рынок Туркменистан рассчитывает проложить Транскаспийский газопровод через Каспийское море в Азербайджан. Оттуда газ можно будет доставлять через Грузию и Турцию европейским потребителям.

Магистраль протяженностью около 300 км обсуждают десятилетиями, однако строительство подводного участка до сих пор не началось. Участникам проекта необходимо договориться о финансировании, условиях транспортировки и гарантированных объемах закупок.

RTVI ранее разбирал, почему относительно короткий маршрут через Каспий остается на бумаге, несмотря на заинтересованность Туркменистана в европейском рынке.

Еще одним покупателем туркменского газа была Россия. В 2019 году «Газпром» заключил пятилетний контракт на закупку до 5,5 млрд кубометров ежегодно. Топливо включали в общий портфель компании, в том числе для поставок в Узбекистан.

Однако в середине 2024 года закупки прекратились. Как объясняли в «Туркменгазе», стороны не смогли согласовать новые ценовые условия.

Отсутствие альтернативных маршрутов ограничивает возможности Ашхабада продавать дополнительные объемы газа независимо от Китая.

«Дополнительный газ с высокой долей вероятности будет направлен в Китай, поскольку альтернативные маршруты остаются нереализованными», — считает Бобылев.

Китай осваивает месторождение, но не обязан покупать весь новый газ

Для Туркменистана четвертый этап «Галкыныша» отличается от предыдущих проектов схемой финансирования.

Раньше Китай предоставлял Ашхабаду крупные кредиты на развитие газовой инфраструктуры. Часть экспортной выручки направлялась на погашение этих обязательств.

Теперь китайская CNPC выступает подрядчиком, выполняющим работы по контракту, а финансирование обеспечивает Туркменистан.

«Схема, при которой Туркменистан полностью финансирует проект, а строит китайская CNPC, создает для Ашхабада серьезные финансовые и стратегические риски», — отмечает Владимир Бобылев.

Такая модель позволяет Ашхабаду обойтись без нового китайского кредита, однако основной риск окупаемости вложенных $5,1 млрд ложится на туркменскую сторону.

Для CNPC это крупный строительный заказ, а для Туркменистана — возможность увеличить добычу. Но контракт на освоение месторождения и соглашение о закупке газа предусматривают разные обязательства.

Публичного подтверждения того, что китайские покупатели уже согласились выкупить все дополнительные объемы по определенной цене, нет. Кроме того, часть газа новой очереди планируется направлять на внутренний рынок Туркменистана.

«Если Китай не согласится выкупать дополнительные объемы по приемлемой цене или если строительство линии D затянется, инвестиции в $5,1 млрд могут не окупиться», — предупреждает Бобылев.

На положение Ашхабада влияет и высокая концентрация газового экспорта на одном рынке. Китай может сопоставлять предложения нескольких поставщиков, тогда как у Туркменистана гораздо меньше возможностей быстро перенаправить газ другому покупателю.

«Зависимость от Китая — главный структурный риск для Туркменистана», — подчеркивает эксперт.

По его оценке, такое положение дает Пекину существенное преимущество в переговорах: Ашхабаду приходится учитывать не только цену, но и готовность китайской стороны заключать долгосрочные контракты на дополнительные объемы.

Как Россия влияет на переговоры Туркменистана с Пекином

Одним из поставщиков, с которыми Пекин может сопоставлять новые предложения, остается Россия. В 2025 году «Газпром» отправил по «Силе Сибири» 38,8 млрд кубометров против 31,1 млрд годом ранее.

Российский газ поступает на северо-восток Китая, а туркменский — на запад страны. Поставщики используют разные маршруты, но оба заинтересованы в увеличении будущих закупок Пекина.

В исследовании, опубликованном 23 октября 2026 года, энергетический аналитик Сергей Вакуленко сравнил условия поставок российского и туркменского газа.

По его расчетам, российский трубопроводный газ в целом обходится Китаю на $40–60 за тысячу кубометров дешевле туркменского. При этом цена газа из Туркменистана включает компенсацию транспортировки по трубопроводу протяженностью около 1800 км через Узбекистан и Казахстан.

Кроме того, туркменский газ поступает на запад Китая, далеко от крупнейших центров потребления. Поэтому разницу в цене нельзя напрямую считать преимуществом одного поставщика без учета дальнейших расходов на доставку.

При обсуждении новых долгосрочных контрактов Пекин может использовать различия в стоимости российского и туркменского газа для переговоров о более выгодных условиях. Бобылев также считает, что конкуренция между поставщиками может усилиться по мере увеличения российского экспорта.

По его оценке, «увеличение российских объемов (в перспективе — по „Силе Сибири-2“) может ограничить возможности Туркменистана по продаже дополнительных объемов с „Галкыныша“ на выгодных условиях».

При этом «Сила Сибири — 2» пока остается проектом, реализация которого зависит от коммерческих договоренностей Москвы и Пекина.

Туркменистан уже направляет миллиарды долларов на увеличение добычи, рассчитывая на будущий спрос. Однако новые экспортные маршруты остаются незавершенными, а объемы и цены дополнительных закупок еще предстоит согласовать. Поэтому окупаемость четвертой очереди «Галкыныша» будет зависеть прежде всего от того, сколько газа Ашхабад сможет продать и на каких условиях договорится с покупателями.