4 октября в Бразилии состоялись всеобщие выборы, по результатам которых во второй тур прошли действующий глава государства Луис Инасиу Лула да Силва и сын экс-президента Жаира Болсонару — Флавиу Болсонару. У кого больше шансов победить, отдалится ли Бразилия от России и что будет с ёё членством в БРИКС — об этом в блиц-интервью RTVI рассказал директор Института Латинской Америки (ИЛА) РАН Дмитрий Розенталь.
— По результатам первого тура, Лула да Силва набрал 45,16%, а сын Жаира Болсонару, сенатор от штата Рио-де-Жанейро Флавиу Болсонару — 47,03%. Почему Болсонару смог получить больше голосов?
— На протяжении последних двух месяцев опросы показывали динамику в пользу Флавиу Болсонару. Он постоянно догонял действующего президента, и даже в какой-то момент — по некоторым опросам — опережал его. Правда, накануне выборов опросы показали некоторое преимущество Лулы да Силвы.
Я думаю, что здесь сыграло свою роль не только то, что за Флавиу Болсонару проголосовал центристский, нейтральный электорат, который еще не определился, но и то, что, скорее всего, многие бразильцы избрали протестное голосование, то есть против тех кандидатов, которые им меньше нравились. Вероятно, против Лулы сыграла и некоторая усталость от его долгого правления. Да и возраст политика — ему все-таки 80 лет.
— Получается, во втором туре, который состоится 25 октября, Болсонару победит Лулу?
— Я бы не сказал, что ситуация уже предрешена. В целом у Лулы еще есть некоторые шансы для того, чтобы отыграть отставание. Хотя ситуация для него стала значительно тяжелее. Конечно, преимущество на стороне Флавиу, но тем не менее, это не означает, что ситуация предрешена.
— В случае победы Флавиу Болсонару, сильно ли изменится внешняя политика Бразилии? Учитывая, что сын Жаира Болсонару ориентирован на сближение с администрацией президент США Дональда Трампа.
— Если Флавиу Болсонару победит, его ориентация на Трампа будет давать о себе знать. Конечно, он выступает за более плотный союз с Соединенными Штатами.
Другое дело, что все равно Флавиу Болсонару должен будет принимать во внимание активные торгово-экономические связи Бразилии с другими крупными игроками, в том числе с Китаем. А Китай — крупнейший торговый партнер Бразилии. Более того, Бразилия активно экспортирует в Китай свою сельхозпродукцию, а аграрии — это одна из тех групп интересов, которая поддерживает Болсонару.
Поэтому в любом случае, даже при ориентации на США, Флавиу Болсонару должен будет учитывать национальные интересы Бразилии и проводить традиционную для этой страны многовекторную политику.
— Изменится ли двусторонний диалог между Бразилиа и Москвой?
— Думаю, что экономические отношения между Бразилией и Россией вряд ли претерпят серьезные изменения. Все-таки за последние годы мы выстроили очень активные торгово-экономические связи, в том числе и в области торговли российскими удобрениями, да много чем еще.
Поэтому я не считаю, что именно торгово-экономические отношения претерпят какие-то изменения. Прагматизм все равно остается важным направлением деятельности внешней политики любого бразильского правительства.
— Как администрация Болсонару будет воспринимать БРИКС в случае его победы?
— Та активная деятельность, которая была у Бразилии в БРИКС или же на международной арене при решении каких-то глобальных международных вопросов, будет несколько сокращена.
Внешнеполитическое сотрудничество и какие-то крупные инициативы, связанные с тем же БРИКС, я думаю, будут в значительной степени свернуты. Вероятно, подход к БРИКС изменится в сторону большего прагматизма.
При Флавиу Бразилия поменяет фон БРИКС и будет использовать это объединение для решения конкретных проблем, а не для решения каких-то общемировых глобальных вопросов.
— Можно ли утверждать, что латиноамериканский регион сейчас смещается вправо?
— Правый дрейф совершенно очевиден. За этот и за прошлый год в большинстве случаев побеждали правые кандидаты. Мы действительно наблюдаем такой «правый поворот» Латинской Америке. Другое дело, что в регионе один цикл меняет другой. До этого мы говорили про «розовую волну» (поворот в сторону левых правительств. — Прим.RTVI), сейчас мы говорим про правый поворот.
Думаю, что в следующем электоральном цикле вполне возможно, что левые политические силы вернутся к власти. Тем более что левая политическая мысль все еще популярна в Латинской Америке, хотя на сегодняшний день ее представители, как правило, находится в оппозиции.