- 2 мин
- 2
Искусствовед Лихачева назвала «актом геноцида» уничтожение «Обороны Севастополя»
Сознательное уничтожение памятника культуры, каким являлась панорама «Оборона Севастополя 1854—1855 гг.», является «военным преступлением, актом геноцида». Об этом заявила 360.ru экс-директор Пушкинского музея, искусствовед Елизавета Лихачева.
Сознательное уничтожение памятника культуры, каким являлась панорама «Оборона Севастополя 1854—1855 гг.», является «военным преступлением, актом геноцида». Об этом заявила 360.ru экс-директор Пушкинского музея, искусствовед Елизавета Лихачева.
Она рассказала, что панорамная живопись — это «довольно интересный аттракцион», особенно популярный в первой половине XIX века, но существующий и в наши дни. Полотно художника Франца Рубо, посвященное ключевому эпизоду Крымской войны — бою на Малаховом кургане, было одним из образцов такого жанра.
«Безусловно, ценный памятник. Если правда то, что пишет пресса, — это военное преступление», — сказала Лихачева.
Она отметила, что панорама является важным памятником как для Севастополя, так и для России в целом.
«В ходе обороны Севастополя погибли выдающиеся люди. Крымская война — одно из самых важных событий в истории Европы XIX и XX веков. Первая война нового типа. Первая война, которая оставила большой и серьезный вклад не в будущее всеобщее, как, например, война 1912 года, а оставила серьезный вклад и в науке», — пояснила Лихачева.
Полотно было практически уничтожено пожаром после удара беспилотника ВСУ по зданию музея-ротонды в Севастополе в ночь на 10 июня.
В музее сообщили РИА Новости, что исторические фрагменты полотна не повреждены, так как там была представлена версия, восстановленная в советское время. Позднее представитель музея уточнила ТАСС, что значительная часть полотна уничтожена.
«Сгорел предметный план, сгорело полотно, удалось спасти несколько фрагментов», — сказала она.
Губернатор Севастополя Михаил Развожаев ранее заявил, что от панорамы ничего не осталось, но она была полностью оцифрована.
«Здание само по себе каменное, и, естественно, оно минимально пострадало, <…> а все внутреннее убранство, включая полотно, которое было в финальной стадии реставрации, конечно, от этого ничего не осталось. Но все оцифровано. Все материалы есть, все будет воссоздано в лучшем виде», — пообещал он.
