Из-за военного конфликта США, Израиля и Ирана Катар приостановил производство сжиженного природного газа (СПГ), а Иран закрыл проход через Ормузский пролив, по которому идет 20% мировой нефти и СПГ. Кроме того, президент России Владимир Путин предложил не ждать, когда ЕС откажется от российского газа, и самим остановить поставки. Все это привело к резкому росту цен на «голубое топливо». Насколько все критично и может ли Москва получить выгоду от войны на Ближнем Востоке — в материале RTVI.
Катар остановился
Военный конфликт на Ближнем Востоке между США, Израилем и Ираном затронул не только поставки нефти, но и газа. После убийства верховного лидера Исламской республики Али Хаменеи Тегеран начал атаковать американские военные базы в Персидском заливе, а также заблокировал Ормузский пролив.
Этот пролив важен для мирового рынка, поскольку по нему проходит 20% мировой нефти, примерно 15% нефтепродуктов и еще 20%—25% мирового сжиженного природного газа (СПГ).
Иранские ракеты и дроны били не только по военным базам, но и по энергетической инфраструктуре региона. Так, беспилотник «Шахед-136» попал в нефтяную вышку в ОАЭ, Иран также нанес удары по крупнейшему нефтеперерабатывающему заводу Saudi Aramco в Рас-Таннуре (Саудовская Аравия), который в итоге приостановил работу.
AP
Досталось и нефтегазовой компании QatarEnergy, которая в результате атак приостановила производство СПГ. 2 марта министерство обороны Катара сообщило, что удары были нанесены по двум объектам: резервуару с водой на электростанции в промышленном городе Месаид и энергетическому объекту в Рас-Лаффане, принадлежащему QatarEnergy. 4 марта компании пришлось объявить о форс-мажорных обстоятельствах. Как пишет агентство Reuters со ссылкой на источники, для возобновления работы может понадобиться не менее месяца.
Издание Al Jazeera отмечает: экспорт катарского СПГ составляет около 20% мирового рынка. Несмотря на то, что примерно 82% продаж приходится на страны Азии, сложившаяся ситуация затрагивает и Европу.
«Уход с рынка этого объема хотя бы на время и даже при том, что завод приостановил работу, а не был, допустим, поврежден в ходе боевых действий, все равно будет означать выбывание 20% экспортного рынка газа. Это также приведет к конкуренции между Европой и Азией за оставшийся газ», — предположил в разговоре с RTVI эксперт Финансового университета при Правительстве России и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович.
Он добавил, что в результате, будут расти цены и в Европе, и в Азии из-за «переманивания» газа. Для Европы же это будет означать дальнейшее снижение конкурентоспособности ее энергоемких отраслей промышленности.
Перекрыть вентиль
4 марта президент России Владимир Путин в интервью журналисту ВГТРК Павлу Зарубину сказал, что Москва может остановить поставки газа на европейские рынки уже сейчас, не дожидаясь 2027 года. Правда, он сделал исключение для Венгрии и Словакии, с которыми у России до сих пор сохраняются хорошие отношения. На следующий день официальный представитель Кремля Дмитрий Песков заверил, что это только предложение.
«Президент именно подчеркнул, что это не решение, это только предложение, вернее поручение правительству проработать эту тему. <…> Американцы предлагают дорогой товар, у нас есть свой товар, есть рынки, которые проявляют заинтересованность, поэтому здесь каждый действует в угоду своим собственным интересам», — подчеркнул пресс-секретарь главы государства.
После начала военного конфликта на Украине поставки российских нефти и газа в Европу попали под санкции ЕС. Также свою роль сыграл и подрыв газопроводов «Северный поток» и «Северный поток — 2» в сентябре 2022-го.
Кроме того, в декабре Евросоюз принял окончательное решение о запрете на импорт российского газа: поставки СПГ будут прекращены к 31 декабря 2026 года, а трубопроводного газа — к 30 сентября 2027-го.
Jean-Francois Badias / AP
4 марта в Москву прилетел глава МИД Венгрии Петер Сийярто для встречи с Владимиром Путиным. На ней политики в первую очередь обсуждали поставки российских энергоносителей. По итогам встречи Сийярто заявил, что Будапешт получил от Москвы гарантии, что нефть и газ будут поставляться по неизменным ценам, несмотря на конфликт на Ближнем Востоке.
Некоторые пророссийские силы в Европе также призывают возобновить закупку российских энергоносителей. К примеру, такое мнение высказала сопредседатель крайне правой партии «Альтернатива для Германии» Алис Вайдель, выступая на предвыборном мероприятии.
«Мы должны вернуться к энергетическому миксу из атомной энергии, а также природного газа и нефти и покупать их там, где это выгоднее всего, а именно в России. И мы должны вступить в переговоры с русскими», — заявила она.
Впрочем, «АдГ» и раньше критиковала власти ФРГ за отказ от импорта российских энергоносителей.
Насколько все критично
Согласно данным Eurostat на декабрь 2025-го, по итогам третьего квартала прошлого года на Россию приходится 10% импорта трубопроводного газа в Евросоюз. Это четвертое место после Норвегии (51,8%), Алжира (14,6%) и Великобритании (13,4%).
Что касается СПГ, то на первом месте по поставкам в Европу оказались Соединенные Штаты (59,9%), которые заняли эту нишу газового импорта после санкций в отношении Москвы. Однако, на второй строчке по-прежнему остается Россия (12,7%). Дальше следуют Алжир (7,7%) и Катар (6%).
Если Россия все-таки прекратит поставки сжиженного природного газа, а ситуация на Ближнем Востоке в ближайшее время не изменится в лучшую сторону, Европа может потерять почти 19% импортного СПГ.
Martha Irvine / AP
Война на Ближнем Востоке уже отразилась на ценах на газ в Европе. 3 марта агентство Anadolu сообщило, что его стоимость в регионе — на фоне приостановки производства QatarEnergy и закрытия Ормузского пролива — подскочили более чем на 100%.
Генеральный директор норвежской энергетической компании Statkraft Биргитте Рингстад Вартдал заявила, что иранский кризис приведет к росту цен на электроэнергию в Европе и ослаблению конкурентоспособности промышленности. По ее словам, риску особенно подвержены энергетические рынки Германии, Франции и Великобритании.
Что будет с ценами и Европой
Эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков в беседе с RTVI отметил, что доля СПГ в импорте ЕС в последние годы постоянно растет, а в 2025-м превысила 42%. По его словам, трубопроводные поставщики, как правило, поставляют газ в Евросоюз по максимуму, так что увеличивать закупку можно только за счет СПГ.
«Это означает, что ты должен конкурировать за доступные на рынке объемы СПГ с азиатскими рынками. И значит, должен заплатить больше, чем готовы платить в Азии, чтобы СПГ пришел именно к тебе. Вот такая система глобального ценового арбитража. Условно говоря, «газовозы» идут на запах денег: то в Азию, то в Европу, поэтому эти два рынка очень связаны друг с другом. Именно поэтому цены на газ в Европе сейчас очень сильно подросли», — объяснил эксперт.
Кроме того, в Европе все еще идет отопительный сезон, а запасы на подземных хранилищах продолжают истощаться, так что региону необходимо импортировать больше газа.
Николай Михальченко / ТАСС
Комментируя слова президента России об уходе с европейского рынка, Игорь Юшков отметил, что Владимир Путин не уточнил, идет ли речь о всем поставляемом газе или только о СПГ. Сжиженный природный газ перенаправить в другие регионы намного легче, чем трубопроводный.
«Поэтому я бы сделал ставку на то, что пока обсуждается запрет на поставку российского СПГ на европейский рынок. Если бы это произошло в ближайшее время, то есть в марте, это вызвало бы максимальный эффект. И выбор момента для заявления очень показателен: когда в Европе была прямо паника, а цены на газ выросли в моменте до $800 за тысячу кубов», — подчеркнул Игорь Юшков в разговоре с RTVI.
По его словам, это можно воспринимать как тактику — напугать биржу и заставить Европу платить больше, пока там продолжается отопительный сезон. Если Москва действительно перекроет поставки СПГ в ближайшее время, то есть в «самый неподходящий для Европы момент», дефицит будет толкать цены еще выше. При этом Россия и дальше будет поставлять трубопроводный газ, но сможет заработать еще больше, спрогнозировал эксперт.
«Когда «Газпром» добывает газ, который потом экспортирует по трубопроводам, он платит налог на добычу полезных ископаемых. А когда его экспортируют, платят экспортную пошлину в бюджет. А это 30% от рыночной стоимости. Поэтому есть смысл максимизировать цены как бы на газ на европейском рынке, при условии, что мы продолжаем поставлять туда трубопроводный газ», — заключил Игорь Юшков.