Родилась в солнечном Узбекистане, выросла в теплом Израиле. Училась экономике и русскому языку в Еврейском Университете в Иерусалиме. На RTVi начинала рядовым редактором утренних новостей в 2002 году. Сегодня Регина Фокс - шеф-продюсер информационной службы RTVi в Нью-Йорке. Через нее проходят все тексты и новостные сюжеты. И никто не знает редакцию и ее сотрудников так хорошо, как главный продюсер новостей. 

Журналистика - как наркотик

2014.10.06

Биография Катерины Котрикадзе впечатляет.  Ей очень подходит описание из гайдаевской комедии:  "студентка, комсомолка, спортсменка. Наконец, она просто красавица!".  В свои "20 с небольшим" она успела получить Красный диплом факультета журналистики Московского государственного университета. Затем работала репортером в проекте "Опасная зона" на телеканале ТВЦ, позже - корреспондентом RTVi и радиостанции "Эхо Москвы". В 2009-ом году Екатерина Котрикадзе возглавила новости на телеканале "ПИК" в Тбилиси. В 2011-ом стала заместителем генерального директора "ПИКа". В 2012-ом Катерина вновь меняет местожительство, приехав в США по приглашению нового руководства RTVi. Последние два года -  возглавляет информационную службу телеканала в Нью-Йорке. Новый город, новый коллектив, новые темы....

 - Или, все-таки, темы остались такие же? Что изменилось с переездом?


Все изменилось, кроме меня самой. Ощущение, что уже почти 2 года живу на другой планете. Люди, город, стиль общения, вид из окна… Я сменила второй этаж тбилисской квартиры на 35-ый в Нью-Йорке. И если честно, до сих пор не по себе…  Не потому, что боюсь высоты, а потому, что вокруг слишком много стен, слишком мало пространства.  Я знаю, что в Америке оказалась временно, что это огромный, очень важный этап, но я слишком люблю свою страну – банально звучит? Не знаю, как сказать иначе. В общем, рано или поздно обязательно вернусь в «ту-часть-света». А темы – да, они тоже изменились, конечно! Раньше мне нужно было концентрироваться на Кавказе, и это, кстати, бесценный опыт. Конечно, на России тоже – потому что Россия во многом определяет расклад сил в регионе. Ну а теперь мы делаем телевидение для русскоязычных зрителей по всему миру, и тут, конечно, одним регионом не обойдешься. К примеру, благодаря RTVi я занялась изучением Ближнего Востока. И самое непростое – американской политической системы. Она замысловата, должна признать!

--- Новости на RTVi изменились. В лучшую сторону.

Спасибо, это очень важно – я, знаете, из тех, кому иногда очень нужно услышать похвалу (смеется). Скажу честно, коллектив информационной службы нужно было не просто перестроить, но и заставить людей поверить в новый подход. Сделать хороший выпуск новостей можно только в том случае, если есть команда, если есть понимание общей ответственности. Так вот, коллеги, с которыми я работаю, опытные, умные, принципиальные – они не вчерашние школьники. И это с одной стороны помогает в достижении результата, но с другой – привычка к бесконечному однообразию тормозит процесс. От телевизионных стереотипов 90-х избавлялись с трудом. Избавились, к счастью… И мне очень помог опыт, который я привезла с собой из Грузии. Когда мы делали телеканал ПИК, то руководили процессом известные журналисты ВВС, Al Jazeera, Sky News… Они заставили меня не просто понять технику правильного монтажа или принципы хорошего интервью. Они заставили поверить в самое главное – в журналистику, которая не терпит границ, которая свободна и честна. Это журналистика, о которой нам рассказывал еще Ясен Николаевич Засурский на журфаке, и многие тогда смеялись – мол, на самом деле все покупается и продается. Но, знаете, не все. Вот я горжусь своей профессией, и это огромное счастье.

--- А как обстоят дела с пресловутой "информационной политикой" на RTVi? Этим вопросом интересуются буквально все зрители телеканала - от Тель-Авива до Риги, от Нью-Йорка до Канберры. Спрашивают, "не дала ли редакция крен в сторону Кремля"?

Я вообще не умею крениться. Иначе ведь можно кого угодно в чем угодно убедить – но себя уважать перестанешь. Вот этого я страшно боюсь. Поэтому предпочитаю следовать совести. При этом терпеть не могу браваду и размахивание на каждом углу своей “особой свободой”. Мы просто делаем достойный продукт. Я как главный редактор за него отвечаю полностью, и считаю, что миллионы зрителей RTVi имеют право обладать полноценной информацией. Поэтому у нас в эфире звучит и Путин, и Аббас, и Обама – в общем, мы не склонны утаивать от общественности те или иные взгляды. Это было бы глупо… Другое дело, что журналист всегда обладает мнением – иначе он идиот, согласитесь! И здесь очень важно донести до коллег: точка зрения журналиста крайне ценна, но не для выпуска новостей. Для аналитической программы – пожалуйста! Но это другой формат, где зрителя заранее предупреждают: мы углубляемся, и если угодно, выслушайте анализ.

--- За все время работы корреспондентом ты стала очевидцем множества событий. Уверена, что зрители RTVi помнят твои репортажи о политических кризисах, показах мод, концертах, акциях протеста на Болотной в Москве, интервью с тогда еще президентом РФ Дмитрием Медведевым, президентом Грузии Михаилом Саакашвили, главой МИД России Сергеем Лавровым, и израильским министром иностранных дел Авигдором Либерманом. Их много, всех и не перечислить.. Не спрашиваю, какой материал самый "любимый". Вопрос о репортаже, который для тебя стал самым личным. Полагаю, что это российско-грузинская война 2008-ого?  

 Я очень смутно помню собственные репортажи про войну. Мне было совсем мало лет. При этом злости и обиды было много. Очень страшно, когда бомбят и умирают люди… Как-то в тумане я все это снимала, монтировала… Самый личный репортаж, конечно, связан с войной 2008-го. Он о Гиге Чихладзе, друге, журналисте. Его убили тогда на въезде в Цхинвали. За то, что он поздоровался на КПП по-грузински. Его тело долго не могли вывезти, а потом были похороны в Тбилиси, мы все снимали… Знаете, я тогда не могла начитать закадровый текст, все плакала. Но вариант “забиться в угол и рыдать” не работает в таких случаях. Пришлось собраться и сделать материал. Надо ведь рассказывать обо всем людям – они же смотрят телевизор, ждут информации. И если ты не соберешься, они не узнают, как все было на самом деле и будут верить другим “источникам”.

--- А сложно после работы в самой настоящей горячей точке пересесть в кресло директора информационной службы?  

Во-первых, кресло директора совершенно не мешает работе в поле. Если не снимать, не ездить, не задавать вопросы, не брать интервью - теряешь ощущение оперативного информирования, теряешь азарт профессии. И тогда ты становишься кем-то другим, не собой. Вот этого я категорически не хочу допускать.

 --- Получается, что телевидение - это постоянный адреналин. Не утомляет? Не хочется иногда "всё бросить и в Гагры" или, скажем, в Майами?

 В Гагры? Очень хочется, но с моей фамилией туда соваться не стоит. Абхазия давно стала мечтой для всей остальной Грузии. И для меня – я там никогда не была, не успела. Война началась, когда  я была еще ребенком, а о том, что такое Сухуми и те же Гагры узнала от беженцев – их в Грузии сотни тысяч, и все они хотят домой… Одним словом, тема тяжелая. Возвращаясь к Вашему вопросу: хочется иногда все бросить и даже получается. Но через 2-3 дня отдыха начинаю истерично изучать новости. Через неделю вою от скуки.  И с огромным удовольствием выхожу на работу. Иначе “ломка”.

--- Понимаю, наркотик. А твой недавний проект - программа "Со-Мнение" -тоже из этой категории?

Со-мнение - это некий этап в профессиональном развитии. Вообще беседа, интервью – одна из наиболее сложных форм журналистики. Быть хорошим интервьюером удается далеко не всем, и я вовсе не уверена, что я – в числе счастливчиков… Тем не менее, очень стараюсь, всегда собой недовольна, но это стимул для роста. Со-мнение – проект очень интересный лично для меня. Он абсолютно политический, это ток-шоу, в котором я была вольна задавать любые вопросы гостям. Порой бывало очень жарко.

 --- "Со-Мнение" давно не видно на экране. Программа ушла в так называемый "сезонный отпуск"?  

Это не совсем отпуск. Мы закрыли проект - с тем, чтобы сделать новый! Похожий, но другой. Родился целый ряд идей, которые было сложно внедрить в существовавший формат, и поэтому мы решили взять и запустить новое шоу. Сейчас как раз дорабатываем детали, готовимся... Ну и личные причины для отпуска у меня есть – впрочем, не буду углубляться. Пока же можно все программы посмотреть на нашем сайте rtvi.com

--- Оставлю работу, на время. Вопрос на бытовую тему. Твоя первая покупка в Нью-Йорке?

Если не считать туфель? Телевизор.

--- Теперь, спустя два года в США, ты уже практически американка. Ощущаешь себя таковой?

Нет, я себя американкой не ощущаю совершенно. Хотя  восхищаюсь этой страной совершенно искренне. А вот мой сын, который родился уже здесь, - точно американец на все сто!  

--- Поздравляем с рождением сына! А по кому или по чему ты больше всего скучаешь в Большом городе?  

По бабушке с дедушкой – они в Тбилиси.

 --- Появились ли у тебя в США новые привычки? Ну, к примеру, выпивать стакан апельсинового сока на завтрак, как все американцы в голливудских фильмах?

А разве американцы пьют апельсиновый сок? У меня появилась привычка покупать кофе в одноразовых стаканчиках каждое утро, перед работой. Это чистая Америка, и мне даже иногда смешно смотреть на себя со стороны. Но это очень удобно!

---Сама готовишь дома или муж? Кто делает твои любимые грузинские блюда?

НИКТО!!! И это – трагедия! Я вообще не готовлю, а муж готовит безумно талантливо, но редко. И вот еще одна американская привычка – мы заказываем еду на дом. Почти каждый день. И страдаем… Грузинские блюда ждут нас дома – по возвращении.

  • 3304

Павел Селин о новом проекте на RTVi: "Я давно мечтал сделать вдумчивое, серьезное ток-шоу. Но не скучное, конечно!"

2014.09.08

Простой поиск в интернете по имени «Павел Селин», помимо подборки спецпроекта RTVi «Мегаполис», выдал целую серию скандальных заявлений, статей и интервью. «Селин депортирован из Белоруссии», «Селин поддержал белорусских политзаключенных», «Селин назвал Навального – «Ходорковским для простых людей» или вот еще пример: «Селин заявил, что «Россия до сих пор находится в состоянии войны». Последний вызов аппаратчикам был экологическим -  Павел Селин выступал против добычи никеля в Черноземье и даже поднимал местное население на защиту местного заповедника.

- Первый вопрос про Воронеж - как прошла акция, удалось ли спасти реку и лес?  

Борьба продолжается! Митинги и пикеты не прекращаются: люди не хотят, чтобы у них под боком было грязное - во всех смыслах - производство. Я не раз снимал в Хоперском заповеднике. Это невероятно красивые и редкие места. С ужасом думаю о том, что там может начаться добыча никеля. Мне ведь пришлось и в Мончегорске снимать на никелеперерабатывающем предприятии. Поверьте, это «филиал ада» на Земле. Честно признаться, надежды на победу в этой экологической битве мало, потому что сегодня в России, скажем так,  общественное мнение не является важным аргументом для исполнительной власти. Разве что чудо...


- Еще один интересный факт из Вашей биографии: «В детстве во время урагана имел шанс быть унесенным ветром, но ухватился за дерево и остался жив». Это что же за ураган такой был и где?

Ну, я же ведь из  семьи военного. Отец в 70-ых служил в Монголии, в пустыне Гоби. А там ураган налетает внезапно. Мне было года три, наверное. Мама рассказывала, что когда поднялся страшный ветер, она в ужасе выглянула во двор дома в военном городке и увидела, что я мотыляюсь на ветру, ухватившись за дерево…Короче, мог бы повторить судьбу Элли из «Волшебника Изумрудного города»! Но, видимо, слишком не хотел улетать с родного монгольского двора! 


- Павел, история старая, но детали уже многие подзабыли. В 2003 году Вас депортировали из Белоруссии. За что тогда официальный Минск объявил Павла Селина «персоной нон-грата»?

За  «плохое» поведение в качестве собкорра одного из главных Российских телеканалов. Дело в том, что  Лукашенко очень не нравились те материалы, которые я делал из Беларуси. А мне в свою очередь очень не нравилось то, что делает Александр Григорьевич. Я имею ввиду аресты, разгоны митингов, посадки в тюрьму, гонения на журналистов и все остальное, чем славится «последний диктатор Европы», как его называют. И мне белорусский МИД к 2003-му году уже вынес то ли два, то ли три предупреждения за мои репортажи. А в июне 2003-ого случились похороны великого белорусского писателя Василя Быкова. Он эмигрировал из Беларуси с приходом к власти Лукашенко. И так вышло, что в 2003-м ему  пришлось приехать в Минск решать вопросы с пропиской. Быкову намекнули, что из-за того, что он постоянно живет в Чехии, его могут лишить минской прописки и отобрать квартиру. Так это было или нет – до сих пор не ясно, но, приехав на родину, Быков скоропостижно скончался. Дело это тёмное и загадочное: будущее разберется, что там и как произошло... Так вот, на  похоронах писателя власти устроили настоящую вакханалию: сорвали оппозиционный флаг с гроба, создали искусственную пробку на дороге траурного шествия по пути на кладбище и много там еще было неприятного. Я об этом рассказал в сюжете. И, видимо, это стало, что называется, «последней каплей».  На следующий день мне позвонили из МВД и сообщили, что, мол, «принято решение о моей ДОБРОВОЛЬНОЙ депортации»! Я им сказал: «Ну, если вы приняли решение о моей ДОБРОВОЛЬНОЙ депортации, то я ДОБРОВОЛЬНО депортируюсь»!!!

- Как изменились Ваши взгляды на журналистику с тех пор?

Никак! Я до сих пор считаю, что если уж назвался журналистом, то будь, понимаешь, добр – соответствуй! Как бы страшно не было…

- Вы когда-то сказали, что ни один телевизионный канал не является в полном смысле свободным. Вы по-прежнему так считаете ?

Да, я так считаю. Я работаю на телевидении уже 22 года и могу об этом говорить ответственно. Телевидение дело очень затратное. Каждое телевидение существует на чьи-то деньги. У каждого телеканала есть владелец, не так ли? Это или частное лицо, или государство. И от владельца в конечном итоге зависит огромное количество производственных и творческих вопросов. Бывают, правда, редкие счастливые случаи, когда мудрый владелец старается не вмешиваться в творчество. Мне, кстати, повезло работать в такой ситуации.

С микрофоном в толпе - в качестве корреспондента RTVi на протестных митингах в Москве 2012 г.

- Павел, позволю себе с Вами не согласиться, ибо считаю телеканал RTVi одним из немногочисленных полностью свободных. Более того, беру на себя смелость заявить, что в противном случае и Вы бы не согласились начинать новый проект на RTVi. Что это будет за программа?

В общем, Вы угадали! Именно про RTVi , среди прочих, я и говорил! Я уже второй сезон веду программу «Мегаполис» на RTVi и ответственно заявляю, что это именно тот самый «счастливый случай»… Что же касается нового проекта, то это будет ток-шоу. Называется  «За Границей». Посвящено актуальным вопросам, которые волнуют наших соотечественников, которые живут за рубежами России. Чтобы было, понятно вот несколько тем, которые собираемся обсуждать: «Двойное гражданство. Что с ним делать в новых реалиях?», «Как делить детей при разводе с иностранцем?» или «Как защитить себя от кибер-преступников?»

- Павел, не кажется ли Вам, что телевидение - это вымирающая форма подачи информации в нашем веке?

Да нет, не кажется. Интернет всё равно не способен заменить ТВ. Тут дело, мне кажется, в привычке: люди среднего и, особенно пожилого, возраста всё равно смотрят телевизор. Молодежь тоже не вся «в сети». Да и само ТВ  успешно приспосабливается к новой системе отношений с интернетом.  По большому счету, это мне напоминает некий симбиоз, где разные существа полезны друг другу.

В окружении студентов - это после семинара в Киргизстанском

- Сложная задача, однако, удержать аудиторию по обе стороны океана. Ведь, опять же, по Вашим словам, «люди любят смотреть на сцены насилия». Насилия, я так понимаю, в Вашем новом ток-шоу «За границей» - не будет. 

Не будет! Не дождетесь! Я давно мечтал сделать вдумчивое, серьезное ток-шоу. Но не скучное, конечно! Надоело, когда смысл заменяется скандальным драйвом. Очень надеюсь, что будет «по делу», но интересно. 

- В чем разница между русскоязычными аудиториями в США и России? Хоть мы и говорим на одном языке, но непонимание друг друга, по-моему, растет с каждым днем...

Разница в окружении. Окружении информационном и бытовом. Знаете, я отпуск в этом году провел в штатах и, в общем, как-то не сильно почувствовал большого непонимания между аудиториями. Сейчас все-таки очень открытый мир и любой вдумчивый человек при желании может получить самую разнообразную информацию. Но соглашусь, именно в этом году я убедился в невероятной силе пропагандистской журналистики, причем, как в России, так и за ее пределами.

- В одном из интервью Павел Селин заявил, что - цитирую – «наша страна в два раза круче, чем Америка, так как у них один президент, а у нас президент и премьер». Подпишитесь под этими словами сегодня? 

Ну, это было в шутку сказано в то время, когда Путин решил на время поменяться с Медведевым. Так что и сейчас подпишусь под этими словами. Россия круче Америки, потому что может позволить себе очень долго не менять президентов!

- А если без шуток, не кажется ли Вам, что россияне несколько увлеклись заочным соревнованием с Западом и это уже не выглядит круто?

Вам нужно хотя бы денек-другой посмотреть государственное Российское ТВ. Никто в России с Западом уже и не соревнуется. По мнению российских каналов, мы уже давно круче и в сто раз демократичнее!

- С кем бы охотней побеседовали: с Обамой или Путиным? Выбрать можно только одного из двух.

Конечно Путин! Он сейчас главный ньюсмейкер в мире. Но во время беседы я бы попросил его соединить меня с Обамой, буквально на пару-тройку минут. Я знаю, у них есть там особый телефон…

- Вы, я так понимаю, несмотря на контракт с RTVi, «свободный художник», верно? Не хочется ли тишины, покоя, своего кабинета с широким столом, диваном? Не пора ли наставлять молодежь? 

Да, я, действительно, в свободном полете занимаюсь разными проектами на разных телеканалах и уже 7 лет перманентно снимаю «свое» документальное кино про Юру Шевчука. Называться будет «Юра музыкант». К тому же, не отказываю себе в удовольствии, как Вы говорите, «понаставлять молодежь». Веду и в России и за рубежом спецсеминары. Для коллег  - «Специальный репортаж. Практические советы» , а  для топ-менеджеров - «Как правильно общаться с телевидением». Это классно, кстати! Многое начинаешь сам понимать и переосмысливать, когда долго и тщательно проговариваешь какие-то вещи перед аудиторией. Так что тишина, покой и кабинет с диваном -  впереди…

С сыновьями и женой

- А если придется наставлять новое поколение работников СМИ? Ваша альма-матер НТВ когда-то проповедовала «объективную независимую журналистику с двух сторон», а сейчас журналист должен прежде всего «родину любить». Как быть? 

Это, знаете, как нож в сердце…Если Вы уж заговорили про НТВ… Вот недавно в обновленной программе НТВ «Профессия Репортер» вышел фильм про так называемых «национал-предателей». «13 друзей хунты», так он, кажется, называется. Там в геббельссовской манере склоняют Макаревича, Шевчука и других артистов-журналистов-политиков, которые выступили против войны в Украине. Скажите, ЧТО должен чувствовать человек, который работал на том, «старом», НТВ и в той «Профессии Репортер»?

- Не знаю. А ЧТО чувствует «такой человек»?

(вздыхает)... У меня в трудовой книжке только одна запись: «НТВ». 15 лет на одном канале: я никуда не уходил, не перебегал туда-сюда... Я в начале 90-х студентом в общежитии Воронежского журфака с «открытым ртом» смотрел на выпуски новостей с Осокиным и Митковой и даже мечтать не мог, что буду с ними бок о бок работать в прямом эфире... А потом в начале 2000-х я также не мог и мечтать о Парфеновских «Намедни» ,  но потом стал их постоянным автором... Короче, НТВ это была сначала запредельная мечта, а потом невероятная школа. А сейчас это как родной сгоревший и разграбленный дом, где ты родился и вырос... Обидно и горько. А что делать? Стараться и дальше работать по совести, наверное, не знаю….

- ... и через лет 10 продолжать в том же духе или так далеко не загадываем?

Все будет хорошо. Рано или поздно. Все устаканится!

 - Что любит делать Павел Селин, когда камера выключена, монтаж завершен, программа сдана?

-Озеро…Облака отражаются в синей воде…Плеск весла… Задушевный разговор… Спиннинг и ….тишина. Я, видите ли, -  неисправимый рыбак!


Рыбалка - с сыном на озере в штате Мэйн - США 2014


  • 5395

Виктор Топаллер: "Сегодня в Америке превалирует та часть населения, которая желает лишь брать"

2014.08.19

Брать интервью у Виктора Топаллера  - задача не из простых. Его знает практически весь мир, что там спрашивать? Подробную информацию о ведущем RTVi можно прочесть на его странице в Wikipedia, социальной сети Facebook, десятке статей и интервью. Но всё-таки, после обработки всего материала и даже продолжительного личного знакомства с Виктором, возникло чувство недосказанности. Не скрытности, не поймите меня неверно. Именно недосказанности. Благодаря обилию ярких высказываний Топаллера на разные темы, в первую очередь, политики Америки и Ближнего Востока, сотнями интервью с известными и влиятельными людьми, статьями и радиошоу, Виктор для многих зрителей, читателей и слушателей как в США, так и за рубежом, может показаться эдаким «своим парнем». Он безапелляционный критик действующего президента США, демократов, ООН, Палестинской автономии и российской власти. Топаллера называют «русским Рашем Лимбо»  ( *известный консервативный американский радио и теле-ведущий, прославившийся своими скандальными тирадами в адрес Обамы и демократов). Правда, в этом сравнении «Топаллер-Лимбо»  есть один момент, не дающий мне покоя. Лимбо поддержал Владимира Путина, когда в РФ запретили, цитата , «усыновлять русских детей американскими геями и лесбиянками».. 

- Виктор, а как Вы отнеслись к этому закону, который Лимбо, явно, то ли неверно прочел, то ли не так понял? 

Консервативные ведущие настолько устали от слабого, беспомощного, зараженного социалистическими идеями президента, благодаря которому Америка потеряла уважение и друзей, и врагов, что готовы в некоторых ситуациях одобрять действия Путина, который постоянно корежит из себя «мачо».  В данном случае, Лимбо, как мне кажется, «ухватился» не столько за усыновление, сколько за сам подход к проблеме. Я, вот, например, считаю, что сажать в тюрьму гомосексуалистов (как это делалось в СССР) – преступление и идиотизм. И при этом считаю не меньшим идиотизмом повсеместное проведение «парадов гордости»: почему надо гордиться своей сексуальной ориентацией? Зачем общество доходчиво объясняет детишкам не только абсолютную законность и прелесть однополой любви, но и несомненную выгоду этой ориентации? Попробуй, уволь гея с работы – такой вой поднимется!.. Полагаю, что ряды гомосексуалистов и лесбиянок будут неуклонно увеличиваться. Что неплохо, хотя бы потому, что вскоре гетеросексуалы окажутся  сексуальным меньшинством и смогут претендовать на серьезные льготы. И начнут парады проводить.

- Полагаю, что с Вами согласится большинство Ваших поклонников. По всей видимости, публике импонируют Ваши консервативные взгляды, открытость и прямота. Часто ли в русскоязычной среде зарубежья попадаются те, кто не согласен с такой позицией?  

Достаточно часто. Но, все-таки, общеизвестно, что большинство наших соотечественников – вменяемые люди.

- Не знаю даже комплимент это или наоборот... Почему, на Ваш взгляд, многие выходцы из СССР за границей становятся ярыми республиканцами? 

Довлатов писал, что мы не лучше и не умнее американцев, просто мы уже побывали на конечной остановке этого автобуса. Мы ведь знаем, что такое социализм не по лекциям обкуренной «красной профессуры» в американских университетах, превращающих нашу молодежь в зомби, а на собственном опыте: «Мир – это хорошо! Война – это плохо! Всем хорошую медицину и высокую зарплату! Да здравствует равенство!» И тому подобная, весьма привлекательная ахинея, оборачивающаяся в жизни своей прямой противоположностью...  И мы видим, во что превращается Америка. Очень точно сказал О`Райли: «той страны, которой гордились, которую любили и уважали больше нет». И слова Кеннеди «Не спрашивай, что твоя страна может дать тебе. Cпроси, что ты можешь дать своей стране» - безнадежно устарели. Сегодня в Америке превалирует та часть населения, которая не умеет и не хочет, что называется «давать», а желает лишь брать. Бездельники и лоботрясы. Иждивенцы. Обамовский электорат. Владимир Буковский, человек, которого я безмерно уважаю и добрыми отношениями с которым горжусь, сказал: «Когда к власти приходят социалисты – жди появления концлагерей». Так что никого не должно удивлять, что достойные уважения люди, такие Елена Боннер, Гарри Каспаров, Георгий Вайнер, Эдуард Кузнецов, Валерия Новодворская предельно ясно выражали свое отношение к западным либералам, которых Ленин презрительно именовал «полезными идиотами».

- Виктор, на вашей странице в Википедии указана цифра в 500 интервью. Отобранных, полагаю, вручную. А есть ли такие личности, политики, общественные или культурные деятели, которым бы Вы не подали руки и не стали бы интервьюировать?

Есть. У меня в студии бывали люди, к которым я, мягко говоря, не испытывал особой симпатии: Жириновский, Говорухин или покойный Балабанов. Но они, безусловно, личности, интересные аудитории. Я приглашаю таких людей в программу, отбрасывая свои личные чувства. Как бы ни возмущало меня то, что говорит и делает Говорухин, но это режиссер, который снял «Вертикаль»; очень плохую, но одну из самых кассовых советских картин - «Пираты ХХ века» и один из лучших сериалов - «Место встречи изменить нельзя». Но в моей студии никогда не могли бы оказаться деятели подобные  Проханову, Шевченко или Киселеву. Во-первых, потому что я брезглив, а, во-вторых, потому что это ничего не представляющие из себя негодяи, с которыми разговаривать не о чем.

- Ваша многолетняя карьера в СМИ и широкая известность могли бы стать дорогой во власть. Виктор, хотите Вы этого или нет, но Вы - влиятельный представитель русскоязычной общины, пример для подражания, источник цитирования. К Вам прислушиваются, читают, и если и звонят в Ваше шоу на радио, то для того, чтобы просто побеседовать, не критиковать. Может стоило бы выдвинуть свою кандидатуру на какой-то пост в правительстве? Ведь говорить и писать могут многие, а вот делать...

Мне кажется, каждый должен заниматься своим делом. Дважды в Израиле мне предлагали идти в Кнессет, причем оба раза предоставляли реальное, «проходящее» место в списке. Я отказался, не раздумывая: это не для меня. Помните, как «дубли» в «Понедельник начинается в субботу» Стругацких приходили в неистовство при виде официальных бумаг и рвали их на части? Через десять минут любого собрания/совещания/заседания я прихожу в такое же состояние...

- Виктор, короткий вопрос: деньги или слава? Выбрать только одно!

Если честно, «без понтов» - и то, и другое не может быть самоцелью. Поскольку в этом случае неизбежно приведут к краху... Вот если то, чем ты пытаешься заниматься, приносит славу и, как следствие, деньги – замечательно! Чем больше, тем лучше.

- А что Вы больше всего ненавидите?

Ух.. Много чего. Ну, навскидку... Равнодушие, лицемерие, трусость, глупость, дилетантство, слюнтяйство, необязательность. «Или когда все время против шерсти, или когда железом по стеклу». Могу всю эту песню Высоцкого процитировать, а потом еще добавлять и добавлять.. Так что лучше остановиться.

- Сложилось впечатление, что на Америку Вы смотрите как бы со стороны – взглядом бывшего израильтянина или, скажем условно, «русского»?

Со стороны виднее – я не могу с этим спорить. Я себя ощущаю тем, кто я есть: гражданином двух стран: Израиля и США. Когда жизнь заставляет меня надеть пиджак, на его лацкане можно увидеть значок – израильский и американский флажки вместе. И в кабинете у меня эти флажки. Я люблю две эти страны, горжусь их гражданством и вижу залог процветания Америки и Израиля в максимально близких, дружеских отношениях, которые так испакостила нынешняя американская администрация.


– Что тогда говорить про отношения США с Росией? Столько времени прошло с «холодной войны» и, вот, кажется, новый ее этап.  Это тупик, на Ваш взгляд? Если нет, то есть ли шанс для новой «перезагрузки»? 

А я не считаю, что с нынешней Россией надо что-то перезагружать. Надо, наоборот, разгружать. Хватит нести казуистическую чушь – «наши партнеры»... Нет никаких партнеров. Эта страна на сегодняшний день – враг Америки, и отношение к ней должно быть соответственным.

- А что же с Ближним Востоком? Пациент безнадежен? 

И будет безнадежен, пока Запад не перестанет делать хорошую мину при плохой игре. Надо просто перестать лгать. Изображать, что разговор идет о двух сторонах в конфликте, а не о героической борьбе единственного цивилизованного государства в регионе с обнаглевшими бандитами. Надо назвать убийц и отморозков - убийцами и отморозками. Дать себе отчет в том, что переговоры с террористами – тупик и катастрофа, что с пиратами в свое время справились только тогда, когда объявили их вне закона и начали вешать. Признать, что Израиль – единственный реальный союзник США в регионе и то, что хорошо для Израиля, хорошо для Америки. И, соответственно, наоборот. Если не ошибаюсь, Андрей Дмитриевич Сахаров говорил, что нравственность в политике в конечном счете приносят успех, а ложь и лицемерие, кажущиеся такими «выгодными и дальновидными», в результате приводят к краху. Необходимо прекратить всю эту белиберду с «мирным процессом». С кем говорить? С «народом», который был придуман на Лубянке для уничтожения евреев и даже не скрывает этой своей основной задачи? Что за бред?!  Не вредно бы вспомнить слова первого и последнего посла СССР в Израиле, Александрв Бовина, с которым были дружны:  «После войны 1948-1949 годов большая часть тех районов Палестины, которые по решению ООН должны были отойти арабам, так и осталась у арабов – эти районы захватила Иордания. Казалось бы, чего проще: король Иордании передает эту землю своим палестинским «братьям» и дело с концом. Но он не передал. Почему? По очень простой причине: воевали не за создание Государства Палестина рядом с Государством Израиль. Воевали за уничтожение Государства Израиль. Арафату не нужен был Западный берег реки Иордан, ему нужен был Восточный берег Средиземного моря».


- Предположим, есть возможность пожить в любую эпоху и в любой стране - Ваш выбор? 

Я может и придумал бы что-то интересное, но тут все «испортил» гениальный Александр Кушнер. Я эти строчки прочел первый раз когда мне было двадцать и с тех пор уже никогда не думал о смене эпохи:

Времена не выбирают,

В них живут и умирают.

Большей пошлости на свете

Нет, чем клянчить и пенять.

Будто можно те на эти,

Как на рынке, поменять.

- Виктор, Ваш сын в совершенстве говорит на двух языках. Но это, скорее, исключение, верно? Как добились результата, ведь дети иммигрантов в какой-то момент просто напрочь отказываются говорить на языке предков?

Нет, не на двух. На четырех. Русский, английский, иврит, французский. Как добились? Расскажу Вам одну историю. Есть у меня друг. Ему было 13 лет, когда он однажды вернулся из школы и заговорил с родителями на английском. Его отец сказал:

- Помнишь, мы с тобой договаривались? Дома мы с мамой и ты говорим только по-русски? Я понимаю, как тебе тяжело перестраиваться, но неразумно терять язык, который...

Ну и дальше, в том же духе, минут десять-пятнадцать.

Парень слушал-слушал, а потом говорит:

- Папа, а ты обратил внимание, что я при Вите никогда на английском не говорю?

- Ну, обратил.. А что?

- А знаешь почему?

- Почему?

- Потому что Витя никогда не нудит, а сразу бьет меня ногой по ж***. Может и тебе стоит так попробовать?..

А если серьезно, то это проблема не детей, а взрослых, у которых не хватило ума, желания, сил, терпения, времени сохранить у детей русский язык. Их можно только пожалеть. Мой сын перечитал всю нашу библиотеку на русском, говорит с ма-а-а-асковским «акцентом», хотя на работе общается исключительно на английском, а у себя дома на иврите – его жена израильтянка. Знате, какое это счастье, когда твой парень сидит за столом с твоими друзьями и ему не надо объяснять откуда выплыла в разговоре цитата из Зощенко или Булгакова?


- Тяжело, наверное, пришлось Вашей супруге - следовать за Вами по всему миру, привыкать к новой обстановке, языку, людям? Кто она по профессии и чем занимается в Америке?

Ну да, ей не позавидуешь... Вообще, она инженер. Но на ней всегда был дом и ребенок. И муж. И в Москве, и в Израиле, и в Бельгии, и в Америке. Она работает менеджером в медицинском офисе. Мы женаты уже, страшно сказать, тридцать семь лет. Непостижимо... Что я могу о ней рассказать? Роман надо писать о ее долготерпении и характере.. Женский такой роман, со страданиями и переживаниями. Дочка Жоры Вайнера, с которым мы очень дружили, как-то сказала ему по дороге от нас: «Какое, все-таки, у Гали трудное счастье...»


- Виктор, что, по-вашему, является самым большим счастьем? А несчастьем? 

Это очень тяжелый вопрос... Давайте так: я точно знаю, что самое большое счастье, а несчастью нет предела... Поэтому скажу только насчет счастья, хорошо? Счастье – это когда твои близкие живы и здоровы. А если еще вдобавок к этому ты занимаешься тем, что любишь и неплохо за это получаешь... Больше ничего не надо. «Лучше быть нужным, чем свободным».

- Если бы у Вас была золотая рыбка и возможность загадать три желания - какие бы они были?

Я думаю, что не очень готов к разговору с золотой рыбкой. Во всяком случае, каждый раз на рыбалке я опасаюсь ее вытащить и начать мямлить что-то невразумительное... Наверное, я бы попросил ее вместо трех желаний только одно. Но за это сконцентрироваться как следует на его выполнении: чтобы все близкие были здоровы. Больше мне ничего не надо. Все остальное я сам. 

Регина Фокс


  • 6819

Владимир Ленский: "В Нью-Йорке живет столько удивительных чудаков и гениев!"

2014.06.30

Владимир Ленский оказался в Америке по прозаичной причине – командировка. В 1998-м году он был еще совсем молодым журналистом, но уже тогда НТВ доверил ему должность руководителя бюро телеканала в США. В 2002-м российское правительство добилось того, что во главе некогда первой независимой телекомпании в стране появились "нужные" люди. Основатели НТВ были изгнаны. Большая группа журналистов, стоявших у истоков НТВ, ушла с телеканала. Ушел с ними и Владимир, но остался при этом в Америке, откуда передавал репортажи для независимых российских СМИ, пока такие существовали. С 2012-го года Владимир Ленский – на RTVi.  Сегодня он ведет еженедельную аналитическую программу «Эхо Недели» и делает развернутые репортажи о Нью-Йорке для программы "Русский Акцент".  

- Что же привело Владимира Ленского в телевизионную журналистику? Владимир, Вы, наверное, с детства мечтали работать "в телевизоре"?

- Когда был совсем маленьким, очень хотел стать пожарным. Оно и понятно – каски блестят, машины с мигалками гудят, и все кругом герои. Позже думал пойти по стопам отца. Папа был врачом, хирургом. И очень долго мне казалось, что я тоже хочу в медицину. Родители очень радовались. Я всегда был отличником, значит поступить в медицинский институт, наверное, труда бы не составило. Но тут, как назло, в 1984-м году на большие советские экраны вышел фильм "Европейская История" с Вячеславом Тихоновым в главной роли. Он блистательно сыграл теле-журналиста, репортажи которого в вечерних теле-новостях переворачивают ситуацию в городе и в стране. Там есть такая сцена, ближе к финалу, где герой Тихонова мчит на синем "Мерседесе" по улицам какого-то старинного города, за ним – погоня. В папке у журналиста документы, разоблачающие коррумпированного министра. Эта картина оказала сильное воздействие на неокрепший ум и богатую фантазию советского школьника. Я захотел стать именно телевизионным журналистом и работать обязательно на Западе. Можно сказать, я осуществил свою мечту. Только вот "Мерседеса" у меня  нет (смеется).


- Ну а как же погони, секретные документы?

- Вы знаете, этого тоже не случилось. Меня увлекли новости, они затягивают, как водоворот. Действительно, часто становишься свидетелем исторических моментов. Войны, восстания, выборы, катастрофы или, скажем, стихийные бедствия. Мне довелось поработать на многих таких событиях: на президентских выборах в Америке, на войне в Чечне и на землетрясении на Гаити. Сейчас больше привлекает аналитика, когда есть возможность взглянуть на ситуацию немного со стороны, а не изнутри. Еще нравится рассказывать об интересных людях и их увлечениях. В Нью-Йорке живет столько удивительных чудаков и гениев!

-  Кто поразил больше всех?

- Запомнился, например, такой интересный персонаж - нью-йоркский шаман. Он, вообще-то, американец греческого происхождения, а магии обучался в Африке.  Не знаю, как ему это удается, путем внушения или гипноза, но он помогает сейчас многим городским наркоманам избавится от зависимости. Этот шаман берется предсказывать и будущее, только я просил его этого для меня не делать - не хочу испортить эффект неожиданности. А еще однажды встретился необычный художник граффити. Он много лет проработал в неформальном центре свободных художников на заброшенной фабрике в Квинсе. Там все стены были расписаны. На эту фабрику приезжали даже художники из Европы и Японии. Так вот этот парень не только сам отлично рисовал красками из баллончика, он еще знал каждую картину на всех четырех этажах фабрики. Этот рассказ в прошедшем времени, потому что владельцам здания надоела эта художественная самодеятельность. Все картины закрасили белой краской, а здание, кажется продали. Его, скорее всего, снесут и построят на его месте небоскреб. С одной стороны - жаль, с другой - это Нью-Йорк, он все время меняется, обновляется. (прим. редакции - речь идет о героях программы "Русский Акцент", все выпуски которой есть на сайте www.rtvi.com) 


- Владимир, Вы готовите еженедельную политическую программу на RTVi. "Эхо недели" - это, в первую очередь, аналитика, к которой Вы так стремитесь. Скажите, кто и как устанавливает грань допустимого в программе? Как избегаете предвзятости?

- Грань допустимого устанавливает редакция. Мы говорим на все без исключения темы - и политические и социальные. Есть вещи, которых мы стараемся не допускать в эфире. Например, личные оскорбления или грубость. Критиковать можно что угодно и кого угодно, главное подтверждать свои высказывания фактами или мнением признанных экспертов. Мы не стремимся шокировать или эпатировать публику: не станем показывать в программе, например, окровавленные или обугленные тела жертв, из уважения к близким погибших и просто из уважения к чувствам наших зрителей. Ну а что касается баланса, то здесь, во-первых, срабатывает журналистская этика - привели одно мнение, приведите и другое. Во-вторых, сама редакция состоит из людей самых разных убеждений: от консерваторов до либералов, разных национальностей и образа жизни. Всегда кто-то из коллег поправит, если происходит слишком большой крен в право или, скажем, влево. 


- Ну а чем Вы любите заниматься вне рабочего времени?

- Очень люблю просто гулять по Нью-Йорку. Живу в этом городе уже больше 15-ти лет и все не перестаю удивляться. На каждой прогулке увидишь что-нибудь особенное. Мне нравится бродить по музеям, люблю хорошее кино, причем, и американское, и европейское. Очень люблю путешествовать и поесть, особенно в компании хороших друзей.

- Владимир, интересно, а среди ваших друзей больше "коренных" американцев, или все-таки русскоязычные, то есть, как мы говорим, "наши"?

- Сейчас в основном "коренные". Раньше было больше русских, в основном, журналистов. Но они потом разъехались кто куда.

- Говорят, что нам, приезжим, с американцами сложно найти общий язык. И культура, и образование очень отличаются от советского и российского. 

- Образование и культура, конечно, отличаются. Но есть вещи, которые сближают. Все мои друзья читали и Толстого, и Достоевского.  Я читал и Хемингуэя, и Скотта Фицджеральда. Фильмы смотрим одинаковые. Нам всегда есть о чем поговорить. Так получилось, что мои американские друзья большие поклонники русской классической культуры, так что это мне из-за них иногда приходится перечитывать школьную программу, чтобы не опозориться. Ну и потом, очень сближает общее мировоззрение, политические взгляды, убеждения.  


- И что же, ничего не теряется при переводе?

- Теряется, наверное, но со временем все меньше и меньше. Дело же не только в знании языка, но и в понимании местной культуры. А когда долго живешь в этой культуре, она, наверное, постепенно становится своей.

- Значит в этой культуре, в этом городе вам комфортно?

- Да, Нью-Йорк стал домом. Каждый раз с удовольствием сюда возвращаюсь, откуда бы не приехал – из Парижа, с Аляски или греческого острова.


  • 7330

Лиза Каймин: "Новости - это образ жизни"

2014.06.26

Приехав в Америку по большой и чистой любви в 22 года, выпускница Санкт-Петербургского театрального института вскоре стала одной из самых известных новостных ведущих русскоязычного медиапространства за пределами России. Сегодня Лизу Каймин знают не только в США и Израиле, но также в странах бывшего СНГ, Европы и даже в Австралии. Свою карьеру за рубежом Лиза начинала с работы на радио, затем было развлекательное теле-шоу "Вечерний Нью-Йорк"на RTVi и потом - корреспондент на RTVi. Это было почти 10 лет назад. Сейчас Лиза Каймин ведет на RTVi новости, а ее авторскую колонку публикует один из известный глянцевых журналов. А ведь в детстве Лиза мечтала быть...

- Действительно, Лиза, а кем ты хотела стать, когда была маленькой? 

- Да кем только не хотела! И балериной, и художником, и пианисткой. Одно знала точно - профессия моя будет творческой. После школы, собрав все увлечения воедино, решила что театральный для меня “самое то”, и поступила на актерский факультет.  Честно говоря, мне повезло, так как с детства меня окружали талантливые творческие люди. С маминой стороны все художники, дедушка и бабушка были учениками Петрова-Водкина. Мама и её брат - тоже художники. Именно мама научила меня ценить прекрасное, разбираться в искусстве. Мама вообще моя лучшая подруга. Папа  - по образованию филолог и философ, всю жизнь преподавал философию. Я думаю, что мое трепетное отношение к русскому языку, передалось мне именно от папы. Мой старший брат, кстати, закончил филологический, затем пошел в журналистику, начинал с новостей. Можно сказать, что я следую по его стопам, хотя работали мы по разные стороны политических баррикад. Сейчас он возглавляет ведомственный комитет по культуре, а я остаюсь верна новостной службе RTVi.  

- Ритм новостей - это особый драйв и, наверное, сумасшедший график?

- Я бы сказала, что новости - это образ жизни. Это не та профессия, где ты вышел с работы и забыл о ней до следующего дня. Это нечто постоянно меняющееся и трансформирующееся, и чтобы адекватно доносить происходящее до зрителя, необходимо ежесекундно быть в курсе событий. Человек, работающий в новостях, засыпает в интернете и там же просыпается. Иногда утром за чашкой кофе можно и печатное издание полистать - приятный ритуал. Зайдя в новостной отдел,  у кого-то может создаться впечатление, что это редакция - это сумасшедший дом. И это правда! Но мне в этом доме очень уютно, ведь я такая же сумасшедшая. Нормальный человек в новости не пойдет. (Смеется) 

- Остается ли время на личную жизнь? 

- Стараюсь выкроить. У моего любимого человека тоже плотный график.  Поэтому стараемся проводить каждую свободную минуту с пользой - театры, выставки, ну и друзья, конечно. Летом почти каждые выходные выезжаем к океану. Недавно у нас появилось пополнение - завели собаку. Она у нас двуязычная – я с ней говорю по-русски, а по английский с ней общается  Кайл  (прим. ред. Кайл Роско - успешный предприниматель, занимается недвижимостью)  


- Получается, что дома ты тоже говоришь по-английский, а не только по-русски? Не сложно?

- Поначалу напрягало, сейчас не замечаю. 

- То есть, трудности перевода тебя не смущают. А как же общие точки - Чебурашки, там, “Бриллиантовая рука” или , скажем, “Покровские ворота” - знакомишь ли Кайла с русской культурой или советским прошлым?

- Что-то конечно рассказываю, но я убеждена, что Чебурашка - не залог единения душ, а “Бриллиантовая рука” - не единственный путь к взаимопониманию. Мне гораздо важнее то, что он читал Достоевского и любит Веласкеса. Вообще, если честно, единственное, что меня огорчало при мысли об отношениях с американцем - то, что он никогда не сможет оценить мой город и мою “родословную”, которой я очень горжусь. Но самое смешное, что как раз Кайл, в отличие от русскоязычных избранников, смог это все понять. Мы недавно были с ним в Санкт- Петербурге, исходили чуть ли не весь город пешком, все соборы и дворцы, Кайл познакомился с моими родными. Восторгу его не было предела. Постепенно знакомлю его с русской кухней. Оливье, борщ и чебуреки уже в списке его любимых блюд. Селедка под шубой пошла с трудом,  а к шпротам он вообще отнесся с глубоким презрением. До сих пор рассказывает друзьям-аборигенам, как я пыталась накормить его кошачьей едой с отвратительным запахом.

- Значит, вы находите общий язык. Всегда ли? За кем последнее слово в споре? 

- Может быть, это прозвучит странно, но у нас вообще нет ссор или каких-либо споров, так что пока не знаю, за кем последнее слово. 

- А что можно сделать, чтобы тебя переубедить?

- Аргументировать свою точку зрения. Как известно, в своей правоте безоговорочно уверены только дураки. С возрастом человек вообще становится более гибким. Чем больше жизненный опыт, тем меньше уверенности в том, что ты что-то знаешь наверняка. Я, как правило, открыта для диспута. 

- На работе все сама или все-таки прислушиваешься к чьему-то мнению?

- На работе прислушиваюсь в первую очередь. Благо, есть вокруг люди, к которым не грех прислушаться. С коллективом повезло, профессиональная команда! 


- Что тебе больше всего нравится в твоей профессии?

- То, что в ней я могу использовать свои актерские навыки. Еще я постоянно чему-то учусь, не стою на месте.  Это важно. Благодаря журналистике, встречаю много интересных людей. Для меня очень ценно общение. 

- Если не Нью-Йорк, то где бы ты хотела жить? Где тебе комфортно?

- Не думаю, что смогла бы где-то еще жить. Нью-Йорк уникален тем, что может стать настоящим "домом" для всех, и неважно, откуда ты приехал. Но пару лет пожила бы в Париже. А когда-нибудь, наверное уже в преклонном возрасте, хочу переехать в Майами - люблю тепло. 

- И последнее - совет от Лизы Каймин - как оставаться такой же молодой, красивой и стройной? 

- Спасибо за комплимент! Любимый, любящий, желательно моложе на несколько лет,  энергичный мужчина! Всё. 


  • 6633

Елена Мещерякова: "Микрофон и камера - это самый увлекательный и благодарный способ изучения мира вокруг"

2014.06.24

В апреле 2014-ого Елена Мещерякова отметила 10-летний юбилей на RTVi. С телеканалом Лена познакомилась еще в Израиле, куда ведущая новостей РЕН-ТВ приехала вслед за мужем. В качестве журналиста RTVi Елена стала первой победительницей первого же конкурса НТВ "Профессия - репортёр". Сегодня её улыбку и неповторимый почерк знают телезрители по всему миру. В редакцию в Нью-Йорке часто приходят письма с просьбой "передать "спасибо" Леночке Мещеряковой за незабываемые репортажи и программу "Русский Акцент".  С ней хотят познакомиться и узнать поближе - Лена располагает к себе даже через экран. Так и меня Елена Мещерякова очаровала с нашей первой заочной встречи, когда она работала корреспондентом тель-авивского бюро RTVi. В Манхеттане мы договорились встретиться в уютном кафе в районе Сохо. С первых же минут поразило, как  Елена Мещерякова сочетает в себе скромность и удивительно искреннюю открытость. Лена заказала себе зеленый чай, решительно отказавшись от сладкого. Сразу возник и первый вопрос:

- Лена, скажите, а Вы часто себе отказываете? В чем?

 - От десерта, как правило, не отказываюсь. Просто сегодня днем, пока писала текст к эфиру, не глядя, проглотила два куска шоколадного торта.  У нас на RTVI так принято - без всякого повода  коллеги балуют друг друга чем-нибудь глюкозосодержащим.  И голова лучше работает, и фигура лучше в кадре видна! А если серьезно, отказ себе означает что-то вроде  ”хочу, но не буду”. У меня так редко бывает.  Потому что  ничего “запредельного” я  от жизни не хочу.  Разве что, когда сын был младше и много болел, хотела бы поехать на съемку, но не могла.  Или, например, рванула в Сингапур на кинофестиваль, посмотреть собственный фильм на большом экране, а во время пересадки в Лондоне звонок от мужа. “У ребенка температура за сорок“. Разворачиваюсь на полпути, и домой, в Нью-Йорк. Но это же сознательным ограничением воли не назовешь… 

- То есть, проще отказаться от десерта, чем, например, от съемки в выходной день? 

- Конечно! Моя работа - это кайф и драйв… От такого по собственной воле не бегут, мне кажется.  Микрофон и камера - это самый увлекательный и благодарный способ изучения мира вокруг.  Когда я работала в Москве на РЕН-ТВ, меня вполне устраивала студийная деятельность. Спокойно сидишь в кадре, вещаешь на всю страну, популярность растет автоматически. Когда переезжала в Израиль, я отдавала себе отчет, что там будет жарко, но “теплое” место ведущей меня не ждет. Оказалось, что и не надо! За пять лет я изъездила страну вдоль и поперек, и знаю ее лучше, чем многие репатрианты, прожившие в Израиле десятилетия. Сейчас подробно стараюсь изучать Нью-Йорк. Это, может быть, не вся Америка, но зато почти вся планета! Я человек, как ни странно это прозвучит, не очень общительный, но этот комплекс успешно лечит профессиональное любопытство. 


- То есть, Вы - трудоголик или действительно очень любите свою работу? 

- Предлагаю, наконец, перейти на “ты”. Иначе я чувствую себя как на приеме у врача. Хотя иногда друзья говорят, что мне и правда пора лечиться.  Потому что я - “телеграфоман” в запущенной стадии. Бывает же в нормальной работе журналиста, что темы повторяются из года в год?  И  репортеру, как правило, скучно ехать на то же место и к тем же героям. Со мной такое не случается. Это, наверно, "болезнь". 

- Какая дорога привела тебя на ТВ? 

- Ну, та самая дорога - от станции метро ВДНХ до телецентра "Останкино" на маршрутке или троллейбусе. На первом курсе телеотделения журфака МГУ я поехала туда проходить кастинг по объявлению. На программу “Шоу-биржа”. Кажется, был у ВИДа такой коммерческий проект, еще при Листьеве... Знала, что не мое, но стучаться надо было во все двери. И вот, после прослушивания поздно вечером стою на остановке “Техцентр “Останкино” и подходит  Александра Ливанская - мега-звезда и огромный авторитет для меня тогда. Она делала с Владимиром Молчановым “До и после Полуночи” и свою рубрику “Провинциальный репортаж”. Именно с нее мне “по-пионерски” хотелось брать пример. Очень нравился ее “говорящий” без слов монтаж и абсолютно новая для ТВ того времени манера разговаривать с людьми - открыто, по-человечески, как-то даже интимно. Я замечала, что очень часто Александра касалась своих героев рукой. Это было абсолютно ново, даже для “перестроечного” ТВ… В общем, еще до той исторической встречи на остановке я знала, что хочу учиться мастерству именно у Ливанской. И вот, стоим мы с ней лицом к лицу, а у нее еще зрение от ночных монтажей плохое - она вглядывается в меня так, будто мы знакомы уже. И мне ничего не остается, как выпалить  “Здравствуйте! Я хочу с Вами работать”. И ответ был мгновенным и ошеломительным: “Хорошо, приходи завтра на монтаж”. И я, конечно, пришла. И осталась навсегда.  

- То есть всегда мечтала быть тележурналистом? 

- С четвертого класса - точно. Только тогда еще не могла сформулировать верно. В сочинении на тему “Кем я хочу стать, когда вырасту?” писала “диктором телевидения”.  Помню, моя классная тогда улыбнулась: “Почему же диктором? Дикторы читают то,  что им дадут, а ты  сама можешь отлично писать". Одним словом, куда поступать - было ясно с детства.

- Какие темы для тебя самые близкие - политические, социальные или темы культуры? 

- Знаешь, моя коллега, которая уже два десятка лет работает в информационном вещании (правда, в России) как-то сказала: “Мне не интересны люди, мне интересны явления”. Мне сначала в этой формуле показалось что-то не так. Потом я поняла, что внутренняя  редакционная работа заставляет оперировать именно такими понятиями, и я так же бы рассуждала, если бы не должна была выходить “в поле”. Потому что камера “видит” людей насквозь, и от этого невозможно оторваться. Но я бы сказала, что еще интереснее, чем “явления” и “люди” - это “детали”,  на которые информационщикам, как правило, не хватает времени, а публицистам - концептуального пространства. Если такая деталь - хотя бы одна - нашлась, значит, репортаж состоится.  А темы - политические, социальные или культурные - не важно. Как писал Леонид Парфенов: “На телевидении все жанры хороши, кроме скучного”. Это относится и к темам тоже.

- А программа "Русский акцент" - это любимое хобби? 

- В точку попала. “Русский акцент” - это увлечение. Вне рабочего расписания и семейных обязательств. Это работа по вечерам и в выходные дни. Вместо музеев, концертов и ресторанов. Хотя и то, и другое, и третье можно захватить в радиус программы, чем мы не раз пользовались. Величайшее достоинство "Русского акцента" - полная свобода. В выборе тем, в манере подачи. Если ты заметила, у каждого из нас - у Жени Маслова, Володи Ленского и у меня - совершенно разные интересы и стили, но объединяет нас любопытство к жизни, которое не всегда можно удовлетворить в рамках информационных сюжетов  и аналитических программ.  


- Сложно ли находить темы и героев для съемок? Ведь, с одной стороны, Нью-Йорк - большой город, миллионы жителей и туристов, но все куда-то вечно спешат, ни секунды свободного времени!

- Мне кажется, что темы - они куда ни повернись - буквально повсюду. Расцвели подснежники - чем не причина рассказать о нью-йоркской флористической школе? Или не расцвели - тем более надо рассказать, чтобы вылечить зрительский авитаминоз красочным ТВ-продуктом. 

А спешат нью-йоркцы как раз от того, что заняты делом и, как правило, интересным. Пасечник спешит на крышу, чтобы собрать первый городской мед (а это еще какая тема! Десять лет пчелы были в списке “запрещенной” живности Нью-Йорка, а городское пчеловодство - вне закона). Повар спешит на рынок купить органическую редиску (а то, что она лучше неорганической не берется доказывать даже FDA - американский аналог “Роспотребнадзора”). Дизайнер спешит в ателье “дострочить” коллекцию к неделе моды (а ведь интересно, что работают на него бывшие советские номенклатурные белошвейки). Ну и так далее. Мы своим героям, как правило, не мешаем, снимаем по ходу. Так интереснее. Акценты расставляет жизнь. 

- А ведь в твоей карьере были и документальные фильмы, верно? 

- Я вообще больших форматов побаиваюсь. Даже 26 минут “Русского акцента” при сегодняшнем темпе жизни - это немного завышенное требование к зрителю. Время сжимается и, кажется, любые вселенские истины можно изложить максимум за “семь-сорок” минут.  Правда, при наличии интернета и возможности скачивать не только книги, но и документальные фильмы, можно надеяться на то, что авторское высказывание в 52 минуты посмотрит еще кто-то, кроме фестивальных критиков. У меня был такой опыт. Мы с коллегами в израильской редакции RTVi (продюсер Михаил Ковенский, оператор Павел Коган) лет семь назад сняли фильм “Замужем за палестинцем”. О русских  женах с Западного берега реки Иордан. Лента стала лауреатом Сингапурского  фестиваля дебютного кино. Но, если честно, мне было тяжело. Сначала кажется, что фабулу документального фильма выстраивает сама жизнь, но потом выясняется, что автор подгоняет историю под определенную мораль. У нас так было. Не буду вдаваться в подробности, но у жён палестинцев есть проблемы с документами. Одна из героинь фильма была больна раком и не могла выехать с территорий, не могла пригласить к себе свою мать, которую не видела десять лет. Мы добились ее приезда. Добились и слез, и контраста: простая православная мама и дочь в хиджабе, принявшая ислам. И думали: заканчивать фильм или подождать, поможет русской жене палестинца Аллах или израильская  медицина… Героиня не хотела сдаваться, но недуг был неизлечим... Я это к тому, что не считаю себя в праве ставить точку и уж, тем более, учить кого-то. А в документальном кино это обусловлено жанром. Правильная журналистика тем и хороша, что она раскрывает, а не разоблачает, приводит аргументы, но не делает выводов.

- Как к твоему плотному графику относятся близкие?  

- Залог семейного  счастья в моем случае – это отсутствие упреков со стороны моего мудрого супруга. Сын тоже растет и видит, что мама занята интересным делом, значит, так и надо. И ему тоже надо задуматься о выборе любимого занятия в жизни

- Что любишь делать, когда не работаешь? 

- Люблю готовить и слушать что-нибудь умное по радио. Причем, важнее сам процесс пребывания на кухне, а не результат. По крайней мере, борщом или штруделем семью не удивишь. Они или сметут все разом, или не притронутся. Но мне не важно. Это медитативный процесс создания. Еще одно занятие для демиургов низшего звена. 

- Ну, последнее, надеюсь, шутка. А какие у тебя отношения с социальными сетями? 

- Намек поняла. Отношения тесные. Пару часов в день уходит на перелистывание ФБ и Твиттера. Но это обычно по дороге из дома на работу и обратно. Справедливости ради, на сегодня, это более оперативный и честный источник информации, что очень помогает в нашей профессии. И потом, надо быть в курсе корпоративных новостей и достижений. Постоянно "сижу" на сайте RTVi.cом и на странице нашей компании в Фейсбуке - facebook.com/MyRTVi, особенно если не успела уследить за  работами коллег. Собственным Твиттером  -  Lena_M@RTVi - пользуюсь, как правило, для рабочих наблюдений на съемках, для анонсов материалов, а иногда просто что-то увидишь красивое или услышишь мудрое - хочется сразу поделиться.  

- Оказавшись на необитаемом острове, ты не прожила бы без...? 

- Одна бы не прожила вообще! Я хочу быть нужной кому-то. Вряд ли бы занялась собственным выживанием, если это никому не нужно. Но если вместе с Пятницей, то было бы хорошо иметь буханочку черного хлеба и крем от загара. Ведь айпэд там негде будет подзарядить…Шутка. 

- Лен, в Америке многие бредят "здоровым образом жизни", "здоровым питанием" и так далее. Есть ли у тебя такой "пунктик"? 

- В Америке, а точнее, наверно, в Нью-Йорке, жизнь так спрессована во времени и пространстве, в ней столько искушений, вредностей и обязательств,  что если не противостоять всему  этому, то тебя  “сплющит” моментально. Я отношусь с уважением к нью-йоркцам, которые с утра потеют в тренажерных залах, потому что вечером им идти в ресторан. Или к тем, кто перестает покупать еду в супермаркетах и готовит дома суп-пюре из выращенного на подоконнике турнепса. У самой на это времени нет. Но я стараюсь вставать рано, ложиться не поздно. Гулять по утрам, не есть по вечерам. Еще очень люблю зеленый чай. Говорят, он мощный антиоксидант.


- Ты считаешь себя человеком "советской закваски" или уже "западной закалки"? 

- По-моему, мы с тобой – дети перестройки. Нам повезло (или наоборот) пожить в двух эпохах, и часто в двух-трех странах. Мы выросли в Советском Союзе, но выстояли в американских штатах. Мы видим мир двумя глазами, а не одним с подозрительным прищуром. Правда, Запад меня не закалил. Я беспомощна во многих вопросах здешнего быта. Но сознание того, что я живу здесь, сейчас, заставляет меня действовать, а не рефлексировать. И благодарить судьбу за то, что есть любимая работа на родном языке и она востребована. Для журналиста это очень важно.

- Что еще хотелось бы сделать? 

- Хочу быть долгожителем в своей профессии. Хочу быть полезной людям долго. И  чтобы один день не был похож на другой. 

- Посоветуешь посмотреть/почитать? 

- Я чаще читаю то, что может “удобрить” и “взрыхлить” мой русский язык. Все-таки, мы живем в изоляции от его привычной среды обитания.  Полные собрания Бродского и Набокова всегда под рукой, на полке. С любой страницы. Переводную литературу не люблю, а до западной классики в оригинале так и не доросла пока. Но кино смотрю американское и европейское, в основном. Все, что посоветует Оскар, все, что снимет Вуди Аллен. Это помогает “вжиться” во все еще новую для меня страну.

- Твои слабости?

- Я вообще слабый человек и всё, что происходит со мной - результат борьбы с массой личных слабостей и недостатков. Можно без подробностей?  

- Конечно! Тогда последний вопрос, если не возражаешь. Лучший день в году  - это...?

-  Солнечный и везучий, то есть практически каждый второй! 


  • 6091