Фотография: Adobe Stock

Статья-манифест Владимира Путина «Об историческом единстве русских и украинцев», разумеется, не осталась незамеченной в Украине. Так, президент Владимир Зеленский пообещал изучить ее и подготовить ответ. Как в Киеве воспринимают статью российского президента, рассказал RTVI украинский политический эксперт Андрей Мишин.

Данный текст в полной мере открывает новый этап украинско-российских отношений. Речь об этапе «исторического оптимизма», после «романтического», «инерционного», «катастрофического» периодов в 30-летних отношениях двух независимых стран. Возможно впервые разрозненные, и зачастую противоречивые взгляды разных кремлевских башен на Украину собраны вместе, и сведены автором в единую логическую систему максимально подробно и исчерпывающе. Помощь консультантов в подборе и подготовке материала носит скромный технический характер: фразеологические обороты, чеканная стилистка и острые оценки безусловно принадлежат авторству самого яркого и влиятельного политика первой четверти ХХI века — Владимира Путина.

Статья огромная даже по советским меркам, почти на два газетных разворота «Правды» — 34 000 знаков. Но интересный момент, только в двух первых и двух последних абзацах текста, написанного от лица президента России, употребляется местоимение «я». Основной массив текста подается не как позиция конкретного политического деятеля, а от имени российского государства.

Структурно и качественно близкий текст Владимир Путин публиковал около года назад — о Второй Мировой войне. Большую часть предыдущей знаковой статьи занимала хрестоматия ВОВ, и лишь в последних абзацах выдвигалось конкретные предложения собрать «ядерную пятерку» Совбеза ООН. Тогда инициатива не была поддержана США и Францией. Новая статья однозначно содержит послание как «Киевской хунте-лайт» Владимира Зеленского, так и лидерам коллективного Запада.

Потому историческая часть украинских экспертов интересует, скорее, в контексте современных политических нарративов. В конце XIX века германский генеральный штаб оправдывал необходимость военной экспансии как раз исторической и национальной памятью. Многие особо обеспокоенные киевские политики и блогеры обратили внимание на то, как глава Кремля видит территориальные границы областей, которые большевики отобрали у России и передали Украине.

Одновременно российский лидер акцентирует внимание на том, что многие республики вышли из Союза с территориями — «подарками от русского народа», которых у них не было до вступления туда. Эту часть активисты разношерстного украинского «информационного сопротивления» трактуют как сигнал ко второму разделу Украины, после Крыма и Донбасса. То, что подобный «алармизм» выходит за грани здравого смысла, оправдывается необходимой бдительностью гибридной войны. И даже в переводе статьи Владимира Путина на украинский язык «алармисты» видят пропагандистскую накачку населения, предшествующую широкомасштабному наступлению российских войск, призванную ослабить волю украинцев к сопротивлению.

К сожалению, подобные подходы точно соответствуют базовым подходам официальных документов Офиса президента Украины. В Стратегии военной безопасности Украины (март 2021 года) основным тезисом является фатальная неизбежность войны с Россией, поскольку та представляет «экзистенциальную угрозу безопасности» Украины. В постоянно прогрессирующей «экзистенциональной боязни» окружение Зеленского настойчиво повторяет, что основная информационно-психологическая угроза украинской государственности — в формировании Кремлем «русско-имперско-советской идентичности». Последним перлом в этом направлении можно считать заявление главы МИД Украины в Вильнюсе, что Люблянский треугольник — это прямая альтернатива «Русскому миру». То есть союз Литвы и Польши с на 90% католическим населениям с на 75% православной Украиной создает восточно-европейскую идентичность? Владимир Путин в своей статье на исторических фактах о Польско-литовской Унии легко опровергает «химерное» утверждение Дмитрия Кулебы.

Вместе с тем в первой части статьи российского лидера из всего исторического набора вещей, ранее озвученных «российской пропагандой», темы «имперской идентичности», «советской идентичности», а также «русской идентичности», некого «великорусского шовинизма» отсутствуют напрочь. Они заменены задачей восстановления «исторической России». Не СССР, как многие считают. Чего стоит фраза: «Большевики относились к русскому народу как к неисчерпаемому материалу для социальных экспериментов». Не Российской Империи. Кроме царя Алексея Михайловича, которого благодарил Богдан Хмельницкий, российские императоры в статье Владимира Путина не упоминаются. Резко критикуются Валуевский циркуляр 1863 года и Эмский акт 1876 года, когда император Александр Второй (не упоминаемый прямо в статье) подписал акт о запрете украинского языка.

Перед нами манифест «исторической России», как идеология модернизированной идентичности, куда, по мнению Кремля, входят современные Россия, Украина, Беларусь и, возможно, северный Казахстан. В рамках формирования идентичности «исторической России» Владимир Путин доказывает, что Украину чуть ли не придумали враги, чтобы уничтожить Российское государство. Если с утверждениями автора, что стена, возникшая в последние годы между Россией и Украиной, это большая общая беда и трагедия, «как последствия наших собственных ошибок, допущенных в разные периоды» — невозможно не согласиться, то пассаж, что «это и результат целенаправленной работы тех сил, которые всегда стремились стравить между собой части единого народа», настораживает своей сумрачностью и неким конспирологическим смыслом.

К концу статьи данная тема разворачивается в соответствии со всеми законами драматургии: «Шаг за шагом Украину втягивали в опасную геополитическую игру, цель которой — превратить Украину в барьер между Европой и Россией, в плацдарм против России. Неизбежно пришло время, когда концепция „Украина — не Россия” уже не устраивала. Потребовалась „анти-Россия“, с чем мы никогда не смиримся».

Однако в Украине нет никаких авторов и исполнителей проекта «анти-Россия». Президент России утверждает, что проект «анти-Россия» отвергли миллионы жителей Украины. Конечно отвергли, речь о том, что они не слышали подобного термина. Кажется, что Владимир Путин бездоказательно утверждает: «заказчики этого проекта взяли за основу еще старые наработки польско-австрийских идеологов создания „антимосковской Руси”». Также косвенно можно понять из тезисов статьи, что авторы проекта «анти-Россия» — западные; держится этот проект исключительно «под протекторатом, контролем со стороны западных держав»; осуществляется «прямое внешнее управление», «военное освоение» территории Украины, развертывание инфраструктуры НАТО; — «всю украинскую государственность, как мы понимаем, предлагается в дальнейшем строить исключительно на этой идее».

Можно согласиться, что «порохоботы» — радикально настроенные члены партии Войны, а теперь и глава украинского государства (от безысходности и испуга?), обращаясь к западным политикам, называют Украину «форпостом ЕС против российской агрессии», что вызывает недоумение у большинства населения: почему Украина должна быть слабо укрепленным форпостом в Диком поле, а не, к примеру, постоянно действующей цитаделью с мощной оборонительной инфраструктурой. Вырисовывается классическая проекция фронтира с воображаемыми «буферными зонами», «передовыми краями», «аванпостами», где все население вооружено и живет в постоянном ожидании штурма городских укреплений захватчиками. Даже самые национально-сознательные украинские эксперты, заявляющие, что феномен Дикого поля сыграл важную роль в становлении украинской нации, считают, что использование окружением Зеленского старых архетипов, как ответ на новейшую «экзистенциональную угрозу», весьма сомнительно.

Термин «анти-Россия» не используется политиками Украины и Запада, вы не найдете его в документах НАТО и ЕС, но он четко ложится в контекст лексики статьи российского лидера, в части, обращенной к действующему президенту Украины, продолжающему дело «госпереворотчиков», «погромщиков», «новой Хатыни» и обвиняемого во «вранье». В финале статьи утверждается, что «Москва не даст превратить Украину в „анти-Россию”. Использование Украины против России может привести к разрушению страны». Если цель статьи — деморализовать Зеленского, испугать его, заставить отказаться от «кавээновских» импровизаций в переговорах со странами НАТО и ЕС, то эффект может быть абсолютно противоположным. С «отчаянием зайца, прижатого к стенке» Владимир Зеленский, «как представитель шоу-бизнеса в политике» остервенело займется «принудительной сменой идентичности» украинских граждан, продолжит пресловутое порошенковское «Армия. Мова. Вера», и далее по порядку.

На практике в украинском обществе будет нагнетаться «атмосфера страха, агрессивная риторика, милитаризация страны». Все, против чего и направлена статья Владимира Путина. Замкнутый круг.

Как выйти из тупика? На 100% согласны с Владимиром Путиным, что подлинная суверенность Украины возможна именно в партнерстве с Россией, так как «Россия никогда не была и не будет „анти-Украиной”». Однако в Кремле для достижения общей цели мирного сосуществования и разрешения существующих конфликтов, должны отказаться и от фантома «Украина как „анти-Россия”». Тогда формированию политической идентичности в рамках «исторической России» вполне созвучна и гармонирует «историческая Украина».

Автор — профессор, в прошлом сотрудник МИД и Совета национальной безопасности и обороны Украины Андрей Мишин

Новости партнеров

У RTVI появилась эксклюзивная еженедельная рассылка. Подпишитесь, чтобы узнавать об интересном:
Необходимо дать согласие на обработку персональных данных!