«У нас не протест, у нас крик отчаяния». Как бары Петербурга сопротивляются запрету властей работать в ночное время

Фотография: Александр Петросян / Коммерсантъ
Ситуацию с коронавирусом в Петербурге уже назвали катастрофической: там вводят весь резервный коечный фонд для больных коронавирусом. Теперь на пятимиллионный город приходится больше 12 тысяч больничных мест, но большинство из них занято. В силу уже вступили новые ограничения — бары и рестораны должны будут закрываться в 19:00. Владельцы заведений утверждают, что им не пережить этот Новый год без поддержки. Но вместо диалога власти начали проверки: некоторые бары силовики брали штурмом. О том, как обстоит ситуация с коронавирусом в Петербурге, — в репортаже корреспондента RTVI Михаила Шептуна.

Врачи Мариинской больницы Петербурга уже привыкли показывать журналистам свою работу. С ноября это полностью коронавирусный госпиталь и почти вся его территория — красная зона.

Павел Ермаков, заведующий отделением реанимации интенсивной терапии Мариинской больницы: «Начинаем рабочий день с 7:30, поэтому большая часть работ уже выполнена. Сейчас поддерживающая терапия выполняется. В целом, спокойствие мнимое».

У заведующего с собой сразу несколько телефонов. Днем наступает время общения с родственниками больных. Звонки не прекращаются, отделение интенсивной терапии работает на пределе.

В отделении реанимации Мариинской больницы 24 койки, свободна только одна. Но это, отмечают врачи, ненадолго. Аппарат ИВЛ не выключен, а в режиме ожидания.

Всего таких отделений в больнице четыре, каждое — на 54 места. Ситуация с коронавирусом в Петербурге весь декабрь стремительно ухудшается. Свободных коек в больницах практически нет, а значит, нет и запаса мест на случай дальнейшего роста заболевших.

Сергей Кондаков, заместитель главного врача по реанимации и анестезиологии: «Ежедневно у нас поступает порядка 70 пациентов. И приблизительно такое же количество выписывается. Идет такой обменный фонд при стопроцентной загрузке».

мариинская больница
Сотрудники Мариинской больницы во время работы
Фотография: Татьяна Горд / Коммерсантъ

20 декабря Городской координационный совет сообщил, что в ковидных стационарах осталось «меньше 1% коек», то есть из 10,5 тысяч мест в больницах свободны были 27. Затем Комитет по здравоохранению эту информацию опроверг, заявив, что не учли выписки, а свободных коек на самом деле в 10 раз больше. Через два дня в Петербурге открыли почти 500 дополнительных мест во временном госпитале в «Ленэкспо». Они исправили статистику. Без «Ленэкспо» на утро 22 декабря в больницах города оставалось бы всего 176 свободных коек — чуть больше 1%.

Андрей Сарана, первый зампред Комитета здравоохранения Петербург: «Мы идем по рекордному графику. У нас больше шести тысяч госпитализаций за неделю. Соответственно, прирост за неделю с 49-й недели на 50-ю был 7,4%, а 51-ю и 50-ю отличают 7%. Мы в любом случае пока продолжаем набирать».

Прямо у входа в Городской комитет здравоохранения на Малой Садовой улице Петербурга — новогодняя ярмарка. Питерские власти критикуют за нелогичные и несвоевременные ограничительные меры. В сложной ситуации от массовых мероприятий они не отказываются: например, в ноябре в городе прошел фестиваль «Чудо света», который организовал и профинансировал город. Смольный позже назвал его проведение ошибкой.

Депутат Заксобрания Петербурга Максим Резник называет это «политикой шарахания». В начале декабря он написал открытое письмо губернатору Александру Беглову, обвинив Смольный в утрате контроля за ситуацией.

Максим Резник, депутат Законодательного собрания Петербурга: «Власти принимают странные решения, вредные: например, интервалы движения электричек в метрополитене — они увеличивают эти интервалы и тем самым увеличивают плотность людей в вагоне. При этом власть борется с огоньком и с такой не самой опасной, с точки зрения эпидемии, отраслью, как общепит».

Ночную жизнь Петербурга городские власти запретили 26 октября. Тогда ввели ограничения на работу баров и ресторанов после 23:00. На нарушителей устраивали облавы.

Следы от монтировок и кувалд ОМОНа — это последствия самого громкого скандала, связанного с рейдами. С 8 на 9 декабря силовики пришли в бар Commode на улице Рубинштейна. От спецназа досталось и персоналу, и посетителям.

Commode
Фотография: Екатерина Чирикова / ВКонтакте

Игорь, менеджер бара Commode: «Когда ОМОН залетел с криками „На пол! Всем лежать!”, они просто физически не могли упасть на пол. Ну представьте, здесь стол. Они пытаются упасть, а здесь мебель, кресла. Они на мебель падают, а их сверху начали лупить дубинками».

Визит силовиков пришелся на день создания «Карты сопротивления». Порядка ста баров объединились против предновогодних ограничительных мер. С 25 декабря весь общепит должен закрываться в 19:00, а с 30 декабря по 3 января вовсе будет работать только на доставку.

Александр Коновалов, бизнесмен: «Мы-то всегда предполагали, что полиция — орган защиты прав и свобод граждан, но, видимо, ошиблись. Или неправильно Конституцию читали».

Александр Коновалов — один из инициаторов «Карты сопротивления» — сам в прошлом сотрудник милиции. Сейчас СМИ называют его «куратором нелегальной торговли Петербурга». Якобы он помогает решать проблемы с контролирующими органами. Связанные с Коноваловым заведения работали еще и в весеннюю волну пандемии. Продолжили и в октябре.

Александр Коновалов, бизнесмен: «Работали, терпели. Они отчитывались каждые выходные о геройском закрытии очередных наших баров. А мы срывали печати и открывались через пять минут после того, как они это делали. Никакого протеста у нас нет. У нас не протест, у нас крик боли, отчаяния. На одну доску с преступниками, с наркоманами, с грабителями, с убийцами ставят обычных людей: официантов, барменов, предпринимателей, многие из которых, чтобы построить бар, не просто все свои деньги вложили, работали по 20 часов, а им говорят: „Все, вы вне закона”».

Оксана Дмитриева, депутат Законодательного собрания Петербурга: «Это не случайно. И до этого они относились совершенно наплевательски к законодательству и к тому, что они нарушали права и законные интересы граждан».

Глава фракции «Партии Роста» в Заксобрании Петербурга Оксана Дмитриева считает, что скандал с «Картой сопротивления» помог привлечь внимание к проблеме, на которую давно жалуются жители центра города, — засилье баров в жилых домах. Владельцев заведений, которые работают, несмотря на запрет, Дмитриева ставит в один ряд с ковид-диссидентами.

Оксана Дмитриева, депутат Законодательного собрания Петербурга: «Если четко применять то законодательство, которое есть, они уже давно должны были быть закрыты. Очень много нареканий со стороны жителей, букет нарушений: закона о тишине, санитарно-эпидемиологических норм, правил пожарной безопасности. Я уже не говорю, и жители не знают, как они соблюдают налоговое законодательство. Думаю, что не соблюдают. В общем, это очень такой криминогенный список».

Единого мнения о том, правильно ли ограничивать работу баров без всякой поддержки, нет даже в рамках одной фракции в Заксобрании. Коллега Оксаны Дмитриевой Максим Резник уверен: такими полумерами власть избегает ответственности за свои решения.

Максим Резник, депутат Законодательного собрания Петербурга: «Позиция Оксаны Генриховны мне совершенно не близка. Она договаривается до того, что все бары и рестораны надо закрыть, а потом вообще выселить в Апраксин двор. Мне понятна логика в позиции Оксаны Генриховны, но как это коррелирует с позиционированием «Партии Роста» как партии предпринимателей, мне трудно судить. Нашли главного врага, главного рассадника. При этом всем понятно, что школы функционируют. Сколько уже классов закрыто, сколько учителей на больничном, а решения о переводе на дистанционку нет».

бары питер ковид
Фотография: Александр Коряков / Коммерсантъ

Комитет по здравоохранению сам ставит детские и учебные коллективы на первое место в рейтинге главных рассадников коронавируса. Такой список привел замглавы ведомства Евгений Антипов. Второе место заняли массовые мероприятия. Бары — на третьем.

Татьяна Горбова, пациентка Мариинской больницы: «Заболели мы всей семьей, заболели 28 ноября, неделю лежали дома с температурой. У меня две внучки. Мы оберегали, соблюдали нормы дезинфекции, но в школе карантин, они и принесли домой всё это».

Андрей Сарана, первый зампред Комитета здравоохранения Петербурга: «Вопрос младших школьников тяжел, потому что родителям сразу придется сесть дома — либо папе, либо маме. И это потери, потери экономические, потому что листки нетрудоспособности нужны. Возникает гораздо больше проблем. Мы идем все-таки в балансе между ограничительными мероприятиями — как общими, так и личными».

Сейчас в Петербурге торговые центры продолжают работать в обычном режиме. С 30 декабря по 10 января закроются музеи, театры и концертные залы. Из-за снизившегося пассажиропотока метрополитен в начале декабря сократил количество составов на 10%. Мы спустились в метро в час-пик, но видимых изменений в работе подземки не заметили.

Надо сказать, что никакого коллапса в питерском метро нет. В вечерний час-пик на центральных станциях людей ощутимо меньше, чем, например, в Москве. Поезда прибывают с интервалом в 1,5 минуты.

О ситуации с коронавирусом в Петербурге в середине декабря говорили на пресс-конференции Владимира Путина. Российский президент тогда отметил, что уровень коечной загрузки в городе больше, чем в целом по стране. Зато у Петербурга большой потенциал.

Владимир Путин, президент России: «У нас за границу летают 32 миллиона человек. Вот давайте этот поток перенаправим в Петербург».

Владельцы баров увидели в этом надежду на то, что Смольный ослабит новогодние ограничения.

Оксана Василенко, управляющая бара Commode: «Для нас это просто смерть. Арендодателю мы не можем объяснить, что мы не работаем. Он говорит: „Вы работаете”. И сотрудникам не можем. Мы открываемся в 20:00 и в 23:00, когда мы должны закрыться, к нам только начинают приходить люди».

Александр Коновалов, бизнесмен: «Беглов публично обещал, что не будет вводить никаких ограничений. И ввел без всякого предупреждения. Банкеты уже были проданы. Средняя стоимость банкета — 150 тысяч рублей. 10 банкетов в среднем ресторане — это миллион-полтора прямых потерь, которые нужно вернуть клиентам».

23 декабря Заксобрание Петербурга расширило пакет мер поддержки бизнеса. На нее в первую очередь могут рассчитывать фирмы, занятые в туристической и гостиничной сферах. О прямой поддержке баров речь не идет. Оксана Дмитриева предлагает помогать ресторанам госзаказами. Например, доставкой праздничных обедов для ветеранов и блокадников за счет бюджета.

Оксана Дмитриева, депутат Законодательного собрания Петербурга: «Меры поддержки — госзаказ и налоговые послабления. С другой стороны, бары тоже должны переориентироваться. В любом случае это бизнес. Вы должны находить ниши. Если это бизнес, вы должны рассчитывать на какие-то форс-мажорные обстоятельства».

Новый Год в северной столице уже точно станет провальным для сферы услуг. Туристы массово отказываются от поездок в Петербург. Сейчас речь идет о 95% туров на почти 220 млн рублей.

Новости партнеров

реклама
У RTVI появилась эксклюзивная еженедельная рассылка. Подпишитесь, чтобы узнавать об интересном:
Необходимо дать согласие на обработку персональных данных!