Реклама
Сюжеты
00:19
14 Ноября 2020 г.
Найдутся все: как российские IT-компании передают спецслужбам информацию о пользователях
Поделиться:

Найдутся все: как российские IT-компании передают спецслужбам информацию о пользователях

Фотография:
Михаил Метцель / ТАСС

Роскомнадзор завел собственный канал в телеграме. В июне власти «разблокировали» мессенджер, с которым безуспешно боролись два года — он продолжал работать в России, несмотря на решение суда. Но история телеграма, скорее всего, исключение. Большинство российских сервисов тесно сотрудничают с правоохранителями. В конце октября «Яндекс» опубликовал статью о том, какие данные о пользователях чаще всего интересует государство. Подобные отчеты — большая редкость по мировым меркам, а в России IT-гигант вовсе оказался первопроходцем. Что стало известно из данных «Яндекса» и как интернет-компании помогают ФСБ и государству, выяснял Арсений Молчанов.


В какое время Иван Голунов заказал такси? Где он живет? Полицейские, открывшие дело на журналиста в 2019 году, узнали всё и сразу о человеке, сделав запрос в Яндекс. Не понадобились даже камеры наружного наблюдения.

Иван Голунов, журналист: «Это конвейер все-таки — 228-я наркотическая статья. Если тебя задерживают, то уже сложно кому-то что-то доказать, что-то объяснить. Это накатанная система».

В октябре Яндекс впервые раскрыл статистику по запросам властей о пользователях. Так называемый transparency report — мировой стандарт, к которому стремятся компании, работающие с big data.

За первое полугодие 2020 года в «Яндекс» представители государственной власти направили больше 15 тысяч запросов. Делиться личными данными компания отказалась только в 16% случаев. Больше всего государству интересны «Яндекс.Паспорт» и «Яндекс.Почта»: почти девять тысяч запросов. Как раз там хранятся данные банковских карт, пароли и время входа в личный кабинет.

С перепиской сложнее: для доступа к ней ФСБ, МВД, СК или прокуратура обязаны получать разрешение суда.

Станислав Селезнев, адвокат правозащитной группы «Агора»: «Дело в том, что наши суды в среднем удовлетворяют примерно чуть больше 98% запросов информации о прослушивании телефонов, доступе к почтовой переписке, ну и запросы о электронной переписке».

По закону Яровой, органы власти должны иметь доступ к серверам, где хранятся копии переписки пользователей. Самые крупные базы — у «Яндекса» и Mail.ru Group. Собирая данные об активности пользователей в интернете, они владеют самым ценным ресурсом в постиндустриальной эре.

Куда едешь, где живешь, какие новости читаешь, какую еду заказываешь — в новой цифровой реальности компании многое знают о нас. И известный рекламный слоган «найдется всё» можно перефразировать в «найдутся все».

Об информации, которая накопилась у корпораций, мечтает любой оперативник. Что-то следователь узнает у «Яндекса» и Mail.ru по запросу, ссылаясь на закон «О полиции», что-то сливается в даркнет. За деньги можно получить доступ к снимкам собственного передвижения по городу.

Станислав Селезнев, адвокат правозащитной группы «Агора»: «Цены в районе 10-20 или максимум 50 тысяч рублей за более-менее объемный пакет информации, который позволяет практически полностью реконструировать жизнь гражданина».

Летом активисты организации «Роскомсвобода» провели эксперимент. За 15 тысяч рублей волонтер Анна купила собственные снимки с 79 московских камер с указанием адресов.

Мэрия тратит миллиарды рублей на установку камер наблюдения в общественном транспорте, на административных и жилых зданиях, у входных дверей. Исключение составляет, как выяснилось в расследовании ФБК, недвижимость, где живут крупные чиновники, а также один из самых элитных районов Москвы — Остоженка.

Артур Хачуян, программист в области big data: «Обычные уличные камеры Москвы — это только видеозапись, еще и с очень низким битрейтом, низким FPS, — то есть мало кого там можно идентифицировать, если человек вверх не смотрел. То есть реальные камеры, которые могут кого-то идентифицировать, — это те, которые стоят на домофонах и в метрополитене».

В интернете ваши вкусы, запросы и контент анализирует искусственный интеллект, а следователь может изучать политические взгляды.



В последние годы публикации «ВКонтакте» становятся поводом для возбуждения многих уголовных дел по экстремизму. Основатель социальной сети Павел Дуров до сих пор придерживается образа борца за цифровые права. Если в 2010-м против него бунтовали его же пользователи «ВКонтакте» (помните мем «Дуров верни стену»), то в 2018-м ФСБ потребовала от основателя Telegram ключи шифрования. В соцсетях появляется фото якобы заявления Дурова на имя главы службы Александра Бортников: «Направляю вам ключи, 2 шт. от кроссплатформенного мессенджера „Телеграмм“ с наилучшими пожеланиями».

заява Агора
Фотография:
@pchikov / Telegram


Выяснилось, это была чья-то шутка, но весьма в стиле Дурова. В 2011-м во время массовых протестов гендиректора «ВКонтакте» попросили удалить семь оппозиционных пабликов. В ответ он постит фото собаки с языком.




Спустя два года Дуров не выдает данные организаторов групп, посвященных Евромайдану. После череды корпоративных скандалов единоличным владельцем «ВКонтакте» в 2014-м становится Mail.ru Group бизнесмена Алишера Усманова. Дуров уходит с поста гендиректора. И с тех пор, говорят юристы «Роскомсвободы», число уголовных дел за картинки, комментарии и посты во «ВКонтакте» выросло в пять раз.

Саркис Дарбинян, адвокат, со-основатель проекта «Роскомсвобода»: «Если мы вспомним еще посадки по статье 282, которую декриминализовали. И вроде ситуация должна стать лучше, но это не так. Появились новые статьи в уголовном кодексе, распространение фейк-ньюс, оскорбление чиновников и правоохранительных органов. И все это приводит к тому, что такие сервисы, как ВКонтакте“, сливают все данные по любому запросу правоохранительных органов».

Скорость, с которой сотрудники центра «Э» получают личные данные от «ВКонтакте», похожа на ту, что требуется для вынесения приговоров.

Саркис Дарбинян, адвокат, со-основатель проекта «Роскомсвобода»: «Иван Любшин, дело об оправдании архангельского террориста. Он написал во «ВКонтакте» всего два слова — «настоящий герой» — и добавил ссылку на новость про террориста в Архангельске, который взорвался перед зданием ФСБ. Ну и собственно, у военного суда заняло два с половиной часа, чтоб приговорить человека к шести годам лишения свободы в колонии общего режима».

Для сравнения, в Twitter в 2017-м было подано только два запроса о доступе к персональным данным, Facebook получил три — ни тот, ни другой эти запросы не удовлетворили. Несмотря на разницу в подходах, западные платформы внедряют свой прообраз цензуры — с помощью нейросетей. «ВКонтакте» своего «нейромайора», следящего за хейтспичем, начала тестировать этим августом. Соцсеть не откликнулась на нашу просьбу дать комментарии. Не ответил на наш запрос и Роскомнадзор.

Артур Хачуян, программист в области big data: «Роскомнадзор же по идее должен вести надзор не только за частными компаниями, — PornHub и всеми прочими — но точно так же должен следить за государственными учреждениями, которые, например, слили данные паспортов избирателей. За МФЦ и всеми, кто раз в месяц теряет какую-то чувствительную информацию. Все-таки слитые паспорта для онлайн-голосования это чуточку важнее, чем переписка во „ВКонтакте“».

Пришло время, когда угроза быть вычисленным в анонимном чате по IP не кажется такой нелепой. В противном случае нужно отказаться от такси, доставки еды и прочей онлайн-активности. Но как бы ни пугали мысли о тотальной слежке, Большой брат работает и в обратную сторону: антикоррупционные расследования — это все тот же анализ данных из открытых источников.

Авторы сюжета: