"Карлсон выглядел озадаченным". Что западные СМИ пишут об интервью с Путиным

В ночь на 9 февраля было опубликовано интервью президента России Владимира Путина американскому журналисту Такеру Карлсону, которое, по мнению Русской службы Би-Би-Си, "анонсировалось как событие невероятного масштаба". Интервью продлилось чуть более двух часов, в соцсети X оно набрало уже более 60 млн просмотров. Путин в ходе беседы с журналистом говорил об истории России и Украины, о целях российской военной операции и о том, что Москва не отказывалась от переговоров с Киевом. Что пишет об интервью западная пресса — в материале RTVI.

The Guardian:

[Интервью] ознаменовало новый уровень позора для Карлсона, который часто критиковал поддержку Украины со стороны США и называл украинского президента Владимира Зеленского "украинским сутенером", а также "крысоподобным". В интервью с Путиным тон Карлсона был менее воинственным, он постоянно называл его "господином президентом". <...>

Решение взять интервью у Путина подверглось широкой критике еще до начала беседы между бывшим ведущим Fox News [Карлсоном] и Путиным, которое оказалось разочаровывающим. Путин потратил более 30 минут на изложение истории России, Литвы, Польши и Украины <...>. Когда Карлсон, выглядевший озадаченным, наконец уговорил Путина вернуться в XXI век, российский президент обвинил США и другие западные страны в затягивании [боевых действий] на Украине.

The New York Times:

Путин был более откровенен, чем обычно, по поводу того, каким ему видится завершение [боевых действий] на Украине: не военной победой, а соглашением с Западом. <...>

Вместо того, чтобы прибегнуть к пламенной риторике, которую он использует перед внутренней аудиторией, Путин протянул Западу оливковую ветвь. Получив от Карлсона возможность расширить свои попытки представить Россию как защитницу "традиционных ценностей" в противовес тому, что он часто изображает как деградирующий и упадочный Запад, российский президент был нехарактерно сдержан. "Западное общество более прагматично", — сказал он. "Русские люди больше думают о вечном, о моральных ценностях".

The Wall Street Journal:

Интервью Карлсона предоставило Путину возможность напрямую обратиться к американцам в прайм-тайм в тот самый день, когда Сенат США обсуждал дополнительную помощь Украине. Российский президент начал интервью с 25-минутной — знакомой российским слушателям — лекции по истории Восточной Европы. <...>

Интервью дало Путину шанс укрепить свой авторитет внутри страны и продемонстрировать, что он все еще может добиться того, чтобы его голос был услышан на Западе, всего за месяц до президентских выборов, которые, как ожидается, дадут ему еще шесть лет у власти.

Der Spiegel:

Если Путин и Такер Карлсон надеялись, что их интервью произведет большой фурор, особенно в США, они наверняка будут разочарованы. Их разговор был полностью потерян между слушаниями в Верховном суде по делу Трампа и проблемами Байдена по делу о хранении документов. Большинство американских СМИ уделили этому лишь мимолетное внимание, тем более, что ничего нового Путин особо не сказал.

The Washington Post:

К концу разговора стало ясно, что Путин не намерен прекращать свою жестокую [военную операцию] против Украины. Но Карлсон, который в прошлом году был уволен из Fox News, казалось, был готов сдаться. Путин предложил продолжить разговор. Карлсон, очевидно, измученный многословными конспирологическими теориями российского лидера и его претензиями к Западу, поблагодарил его и объявил о завершении интервью, что совсем не похоже на медиапереворот, который он рекламировал. <...> Карлсон провел большую часть интервью в молчании или с растерянным видом.

The Telegraph:

В России не вы берете интервью у президента. Президент берет интервью у вас. Карлсон едва мог вставить слово, пока Путин разглагольствовал о вещах, которые преимущественно являлись историческими фанфиками.

Die Welt:

Уже заранее было много обсуждений поездки Карлсона в Москву. Мало кто ожидал критического интервью с Путиным, потому что бывший ведущий в прошлом часто распространял его пропаганду. По сути российский президент мог без каких-либо возражений повторять свои мысли в преимущественно длинных монологах. В США этому, скорее всего, будет особенно рад в первую очередь один человек: Дональд Трамп.