В 2000-х годах Владимиру Путину, несмотря на опыт работы в органах госбезопасности и разведке, была свойственна наивность в отношении к Западу. Об этом он сам заявил в интервью телеведущему Павлу Зарубину после прямой линии.

Фрагмент беседы опубликован в телеграм-канале Зарубина. В плашке на видео уточняется, что полная версия интервью будет показана 17 декабря в программе «Москва. Кремль. Путин».

«Все-таки у меня было наивное представление о том, что весь мир, и прежде всего так называемый «цивилизованный», понимает, что произошло с Россией, что она совсем стала другой страной, что идеологического противостояния уже нет, а значит, нет основы для конфронтации», — поделился президент.

Он заявил, что «по наивности своей» объяснял негатив со стороны Запада — например, «очевидную поддержку сепаратизма и терроризма на территории России» — проявлением «инерции мышления и действий».

По словам Путина, в «нулевые» он полагал, что на Западе сохранилась привычка «бороться с Советским Союзом», сформированная в «среднем классе» спецслужб, представителей СМИ и прочих специалистов «по борьбе с СССР», которым «деваться некуда», и поэтому они «по накатанной действуют и всё».

Президент признал, что это было наивное представление о реалиях, которые на самом деле, как он осознал позднее, сводились к желанию Запада после развала Советского Союза «доразвалить» и Россию.

Путин подчеркнул, что Западу была «в общем-то не нужна» Россия с ее «самой большой территорией в мире и достаточно большим по сравнению с другими странами Европы населением». Поэтому, считает глава государства, Запад руководствовался идеями известного американского политолога Збигнева Бжезинского, который предлагал Россию «разделить на пять частей, эти части отдельно подчинить себе и использовать ресурсы».

Если бы этот план был реализован, то отдельные части разваленной страны не имели бы «самостоятельного веса, своего голоса и возможности отстаивать свои национальные интересы так, как это делает единое Российское государство».

Так что первоначальный подход к Западу с верой в отсутствие конфронтации был «достаточно наивным», признал Путин. «Только позднее ко мне пришло это осознание», — подытожил он.

Прямая линия с президентом России состоялась 14 декабря, была совмещена с большой пресс-конференцией и продлилась четыре часа. Глава государства отвечал в том числе и на вопросы по поводу отношений с Западом. По словам Путина, нормализация в этой сфере зависит не только от Москвы.

«Когда произойдут какие-то внутренние изменения, когда они начнут уважать других людей, другие страны, когда они будут искать компромиссы, а не с помощью санкций и боевых действий пытаться решать свои вопросы, вот тогда будут созданы фундаментальные условия для восстановления полноценных отношений. Пока таких условий нет», — заявил российский лидер.

При этом Путин подчеркнул, что Москва по-прежнему готова выстраивать отношения с Вашингтоном, поскольку «США — важная, нужная страна мира».