Этой зимой Россия столкнулась с серьезными проблемами в сфере ЖКХ — без тепла остаются практически целые города, а в Новосибирске из-за прорывов теплотрасс даже объявили режим ЧС. Журналистка Екатерина Винокурова рассказывает RTVI о том, почему представители власти не спешат активно реагировать на сообщения замерзающих россиян.
Как правило, в моих колонках я цитирую для вас диалоги с представителями элит. Но начало января у меня было в основном посвящено общению с людьми, которые остались без тепла в своих домах. Нет, они понимали, что журналист не может починить никому трубу, но они требовали ответа на простой вопрос:
— Скажите, а властям на нас действительно наплевать?
Тема ЖКХ в российской политике довольно мистическая. По всем соцопросам она занимает первые места среди проблем, которые волнуют людей, однако еще никому не удавалось сделать эффективный и медийный проект в этой сфере.
Начало 2024 года ознаменовалось прорывами — но не в том смысле, в котором всем бы этого хотелось. СМИ писали об отключениях тепла в Подмосковье, о бьющем из-под земли фонтане в Новосибирской области. Они публиковали сообщения из разных регионов и городов, а эксперты, которые обычно специализируются по геополитике, пытались объяснить неудачи в сфере ЖКХ самыми разными факторами.
Ранее RTVI разбирался в состоянии теплосетей в стране и в причинах аварий. По данным Росстата из-за износа нужно заменить 30% тепловых и паровых сетей. Самая сложная ситуация наблюдается в Севастополе — там износ теплосетей превысил 90%.
Для представителей элит, будем честны, эта тема не очень актуальна: большинство живут в частных домах. И вот это социальное расслоение, к которому все уже привыкли, внезапно оказывается фатальным — мало кто знает, что на самом деле происходит в сфере ЖКХ, и откуда в таком количестве взялись затопленные подвалы. Кроме того, все понимают, что эта сфера — одна из самых коррумпированных, но расследования с фотографиями ржавых труб никогда не наберут столько лайков, сколько фотографии очередных золотых унитазов.
Влад Некрасов / Коммерсантъ
А раз ситуации нет в мейнстримных медиа, не создается тревожная повестка — значит, и власть начинает обращать на нее внимание, если что-то сломается. Наконец, сама мысль о том, что годами мы проводили масштабные праздники, но при этом непонятно, куда делись миллиарды на ремонт еще советских труб, является, наверное, самой неприятной для тех, кто работает на власть и ее идейно поддерживает.
Мое общение с региональными чиновниками и общественниками в эти недели носило, если честно, трагикомичный характер:
— Люди жалуются, что нет тепла в домах на улице N.
— Передаем сигнал.
Чуть позже приходит ответ:
— Не подтверждается информация, температура в квартирах нормальная.
— Люди говорят, что это не так.
Чему не учат в «Школе губернаторов»
Что было бы в такой ситуации логично? Логично было бы отправить всю прорву депутатов и общественников всех уровней лично проверять все сигналы, которые подают граждане в разных районных и городских пабликах. При этом понятно, что депутат не может на месте отремонтировать трубу, а какие-то ситуации вообще можно будет решить только ближе к лету, когда все оттает. То есть, эффективность и KPI такой поездки будут стремиться к нулю — разве что поплакать вместе с жителями.
Алексей Белкин / Бизнес Online / ТАСС
Но на самом деле поплакать вместе с жителями и показать им, что хоть кому-то не плевать на их проблемы, это и есть способ достижения того самого KPI, которому не учат в ВШГУ на курсе «Школа губернаторов», и который показывает предел эффективности всех молодых и не очень технократов. Эти люди могут работать до возникновения кризисной ситуации, когда требуется не просто обезличенная коммуникация через ведомства и официальные телеграм-каналы, а реальная встреча с реальными жителями, которым, помимо всего прочего, надо просто выговориться и получить ответ на то самое «Скажите, а властям на нас действительно наплевать?»
Таким образом кризис коммунальный постепенно становится кризисом коммуникативным. Губернаторам могли бы помочь те же депутаты, но они привыкли не выступать лишний раз ни с какими реальными инициативами, кроме очередных предложений покарать несогласных, конечно.
Один не за всех, все за никого
Что касается персоналий и последствий, то считается, что только что избравшемуся на очередной срок губернатору Подмосковья Андрею Воробьеву ничто не угрожает. Он — слишком влиятельный федеральный игрок с огромными семейными связями и с отстроенной электоральной машиной в своем регионе. Вместе с тем, в кулуарах гуляла сплетня, что он хотел сделать этот губернаторский срок последним и уже начинал готовить себе преемника.
Самые злые языки говорят, что наиболее вероятным кандидатом на замену Воробьеву был зампредседателя правительства Московской области Георгий Филимонов, однако осенью 2023 года он неожиданно был назначен врио губернатора Вологодской области, поэтому теперь место потенциального преемника снова вакантно.
Так как политик в России, как известно, только один, в кругах, близких к администрации президента последние годы модно высказывать тезис, что публичная политика и вовсе не нужна.
Мол, она — это вообще искусство обмана, а настоящие решения все равно принимаются кулуарно, развлекать публику лишний раз вообще не стоит, и что практика, где побеждает самый популярный — то есть, самый громкий, вообще порочна для эффективного госуправления.
В результате полного отказа от этой самой публичной политики, например, к жителям не только не приехали ни провластные, ни, кстати, оппозиционные деятели, а в районных пабликах начали банить тех, кто выражал недовольство прорывами или не соглашался с публикуемыми пресс-релизами на тему того, что все поломки уже исправлены. Это вызывало только новые вспышки ярости и превратило многие районные паблики в место разбирательства между жителями и местными чиновниками о том, кто же врет.
Алексей Белкин / Бизнес Online / ТАСС
Оказалось, что сложные системы «умного» управления регионом, которые должны реагировать на сигналы с мест о тех же авариях, почему-то не могут пойти по очевидному пути. Он заключается в создании в каждом паблике каждого района отдельного поста, куда люди вносили бы адреса, по которым необходим срочный выезд ремонтных бригад. В идеале, конечно, такая бригада должна быть укомплектована каким-нибудь местным депутатом или общественником, который бы мог дать независимую экспертную оценку, осталось ли все сломанным, или что-то починили.
Почему? Ответ прост: конечно, начался бы так нелюбимый «эффективными технократами» бардак. Разумеется, в адрес властей звучали бы не только слова благодарности. Но в итоге в ситуации отсутствия официальной коммуникации, люди уходят в коммуникацию неофициальную, что порождает проблемы уже для самих властей. Сейчас информацию о том, где и что прорвало, надо искать не по одной-двум группам, а по десяткам. При этом, так как нет публично ответственных за ежедневное общение с жителями, то невозможно и получить информацию о том, что именно актуально, а что нет.
Что видно с «высокого престола»
Если говорить о возможных последствиях кризиса для предвыборной кампании основного кандидата, мои собеседники убеждены, что таковых не будет вовсе, потому что тема с авариями постепенно будет уходить. К марту, говорят они, все, что могут, залатают, а ответственными назначат губернаторов. Те же, в свою очередь, будут искать, как спустить эту ответственность еще на уровень-два ниже.
Влад Некрасов / Коммерсантъ
Штаб основного кандидата держится дистанцировано от негатива, при этом темы ЖКХ максимально избегают и другие кандидаты в президенты, которым дана команда не раскачивать лодку и максимально избегать настоящих острых тем.
От действительно серьезного кризиса власти спасает то, что каждая авария в сфере ЖКХ затрагивает «всего лишь» несколько тысяч человек (в Новосибирске счет, впрочем, уже идет на десятки тысяч). Скорее всего, главными ответственными назначат частные котельные и небольшие УК, — то есть, сферу ЖКХ будет ждать укрупнение.
В таком случае, если бы в России сохранялись прямые выборы мэров городов, можно было бы с уверенностью сказать, что осенью власти ждут серьезные проблемы. Но прямые мэрские выборы в крупных городах давно отменены. Ни одной губернаторской резиденции в нынешней сети прорывов не пострадало — по крайней мере, если это и случилось, то в публичном пространстве такой информации нет.
А раз проблема не касается этих людей напрямую, значит ожидать спецкурса «Коммуникация с населением в кризисных ситуациях» в «Школе губернаторов» не приходится.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.