Аукционный дом «12й Стул» выставил на торги благодарственное письмо бывшего президента Азербайджана Гейдара Алиева, направленное первому заместителю председателя КГБ Филиппу Бобкову. В нем Алиев, возглавлявший в 60-е годы КГБ республики, благодарит за поздравления в связи с награждением орденом Ленина и желает генералу, наводившему «мистический ужас» на интеллигенцию, дальнейших успехов в работе «на благо нашей великой Родины».
Благодарственное письмо Ф.Д. Бобкову
12auction.com
Письмо Гейдара Алиева, судя по данным на сайте аукционного портала Bidspirit, является одним из наиболее интересных лотов коллекции личных вещей Филиппа Бобкова, выставленных на продажу. Из описании лота следует, что письмо занимает один лист, датировано 1973 годом и сопровождается автографом Алиева. Оно представлено в «глухой» бумажной папке и находится в хорошей сохранности. В тексте письма Гейдар Алиев выражает благодарность Бобкову за поздравление с пятидесятилетием и награждением орденом Ленина, после чего желает тогдашнему главе Пятого управления КГБ «доброго здоровья, большого счастья и дальнейших успехов в <…> работе на благо нашей великой Родины».
Стартовая цена лота — четыре тысячи рублей. Лот представлен в рамках аукциона «История разведки СССР. Из архива Ф.Д. Бобкова и других личных архивов».
Филипп Бобков
ks54.ru
«Мозг КГБ» и ужас диссидентов
Журнал “Власть” иронично заметил: “Советской интеллигенции были одинаково хорошо известны два Денисовича: Иван, один день которого описал Солженицын, и Филипп, подчиненные которого занимались теми, кто эту повесть читал. Причем последний наводил на представителей творческой части прослойки советского общества какой-то буквально мистический ужас”. Вторым Денисовичем и был легендарный Филипп Бобков. Он родился в 1925 году в селе Червоная Каменка в Кировоградской области Украины. После начала Великой Отечественной войны, приписав себе два года, ушел на фронт, был тяжело ранен, награжден орденом Славы и двумя медалями “За отвагу”. В 1945 году поступил в Ленинградскую школу военной контрразведки СМЕРШ.
Спустя год СМЕРШ вошел в состав Министерства госбезопасности, и старший лейтенант Бобков был распределен в центральный аппарат министерства в должности помощника оперуполномоченного второго Главного управления МГБ (контрразведка). По воспоминаниям ветеранов службы, Бобков хотел работать в отделе, работавшем с посольствами и иностранцами, но туда стремились многие, а вакансии были лишь в “тяжелых” подразделениях по работе с интеллигенцией и борьбе с национализмом — так чекист Бобков начинает работать с интеллигенцией.
Окончив Высшую партийную школу, он удачно пережил арест главы МГБ Абакумова, а уже в КГБ СССР сначала становится начальником одного из отделов, а в 1957 году — замначальником четвертого управления, занимавшегося идеологической контрразведкой, включая работу с творческими союзами, вузами и религиозными организациями.
О степени доверия к Бобкову говорит один факт — после полета Юрия Гагарина в космос, именно он, с согласия начальства конечно, предоставил зарубежным СМИ фотографию первого космонавта и затем организовывал его пресс-конференции на Западе. Фотографий Гагарина не было ни в МИДе, ни даже в газете “Правда”.
Когда председателем КГБ стал Владимир Семичастный, с которым опытный оперативник был знаком, Бобков вошел в его команду. В середине шестидесятых он разработал оригинальный план ведения пропагандистской кампании, основанной на контролируемых информационных вбросах иностранным журналистам. Бобков предложил дозированно “сливать” им документы ограниченного доступа, включая с грифом ДСП, добиваясь взамен выхода статей необходимой СССР направленности.
План в КГБ оценили, успешно реализовав. В 1967 году комитет госбезопасности возглавил Юрий Андропов — пережив лично восстание в Венгрии, он уделял особое внимание борьбе с диссидентами, считая их основным врагом коммунистической системы. В КГБ воссоздается пятое управление, заточенное на противодействие зарубежному идеологическому влиянию, борьбу с диссидентам и националистами, которое в 1969 году и возглавил самый опытный в этой сфере Бобков.
За свою работу с интеллигенцией, крымскими татарами, поволжскими немцами, а также благодаря регулированию армяно-азербайджанских и грузино-абхазских проблем Бобков получил среди подчиненных прозвище «мозг КГБ», которое ему очень нравилось.
Среди других его достижений этого времени также называют предложение по облегчению репатриации евреев, расследование первых масштабных терактов в Москве, совершенных группировкой армянских националистов Степана Затикяна, и работу по делу об убийстве председателя Совета Министров Киргизской ССР Султана Ибраимова.
В 1991 году выступил против закрепления прав республик СССР не подчиняться советскому конституционному законодательству, после чего был освобожден от должности Михаилом Горбачевым. Вскоре после отставки перешел на работу в группу “Мост” Владимира Гусинского.
«Дружески относились друг к другу». Как складывалось общение Бобкова и Алиева
Гейдар Алиев поступил на службу в НКВД Нахичеванской АССР в качестве постового милиции после начала Великой Отечественной войны, после чего работал завотделом Совета народных комиссаров Нахичеванской АССР и уполномоченным НКВД по столице республики. В 1948 году занял должность главы пятого управления МГБ по Азербайджану.
Как позднее вспоминал Бобков, они познакомились во время работы Алиева в должности начальника второго контрразведывательного отдела республиканского КГБ.
«Первая наша встреча происходила в кабинете Михаила Георгиевича Матвеева, заместителя начальника 1-го отдела 2-го главка, с которым я что-то обсуждал, и в это время к нему вошел Гейдар Алиев. Там мы впервые познакомились, и с той поры наши отношения углублялись, и в принципе на протяжении многих лет мы были не только хорошо знакомы, но просто дружески относились друг к другу», — рассказывал он в интервью изданию Haqqin.
По словам Бобкова, уже на тот момент Алиев обладал существенным авторитетом как контрразведчик и его мнение учитывалось в центральном аппарате при принятии решений в делах, связанных с противодействием иранской и турецкой разведке.
Когда Алиев стал главой объединенного отдела КГБ в 1960 году их контакты с Бобковым приняли постоянный характер. Они неоднократно обсуждали методы по противодействию американской агентуре после того, как студенты из США стали посещать Баку, а также деятельность армянской партии «Дашнакцутюн».
«Это была для азербайджанца, тюрка, очень значительная должность. Потому что до меня в Азербайджане, начиная с 1920 года, председателем КГБ никогда не был азербайджанец. Эту должность всегда занимали русские, армяне, евреи и представители других наций. Я был первым азербайджанцем — я, Гейдар Алиев, ставший председателем КГБ», — говорил позднее будущий президент Азербайджана.
По словам Бобкова, в 1967 году заместитель начальника второго Главного управления КГБ при Совете Министров СССР Александр Кардашев «сделал ставку» на Алиева в качестве председателя КГБ Азербайджанской ССР. Борьба с хищениями и коррупцией в новой должности способствовала дальнейшему сближению Алиева с влиятельным Бобковым.
«Когда Алиев приехал в Москву и имел беседу в ЦК, а вопрос о его рекомендации на пост первого секретаря был уже решен, он из ЦК приехал сразу в КГБ и первым зашел ко мне. Его искали по зданию, знали, что он прошел через проходную, а он сидел у меня в кабинете, наверное, часа полтора, и мы с ним разговаривали. Он был в известной мере обескуражен неожиданным поворотом судьбы», — вспоминал Бобков.
Гейдар Алиев, июнь 1993 года
Олег Литвин / ТАСС
«Чувство радости». Алиев и советский строй
По рекомендации Леонида Брежнева в 1982 году Алиев был избран членом Политбюро, а вскоре после смерти генсека был назначен по настоянию Юрия Андропова на должность первого зампреда Совета Министров СССР. Как позднее рассказывал Алиев, он «почувствовал, что система постепенно идет к краху», в 1986 году.
Говоря о своих связях с Россией в интервью ТАСС в 2001 году, он признался, что страна «навсегда осталась в его сердце».
«Когда Владимир Владимирович Путин был в Баку, он привез копию диплома о моем окончании Ленинградской школы КГБ. И зачитал: по всем предметам «отлично», «отлично», «отлично». Период своей учебы в Ленинграде я вспоминаю с огромным чувством радости. Молодой был, старший лейтенант, учился хорошо. И каждый воскресный день я посещал театр, прекрасные памятники культуры. Их там много. Я могу сказать, что все видел за период учебы, все видел. Это меня обогатило», — вспоминал он.
Новый виток интереса к работе Гейдара Алиева в КГБ возник после того, как в 2025 году его сын Ильхам Алиев назвал «оккупацией» вхождение Азербайджана в состав СССР.
«Мы создали свое государство, но большевики отняли его у нас. В апреле 1920 года русская армия вторглась в Азербайджан и оккупировала его. В ноябре 1920 года, всего через несколько месяцев после этого, правительство Советской России приняло решение отобрать у Азербайджана Зангезур — то, что мы называем Западным Зангезуром, — и передать его Армении. Так Азербайджан оказался разделен на две части: материковую часть и Нахичевань, между которыми находился Западный Зангезур», — заявил он в интервью Al Arabiya.
В частности, СМИ обратили внимание, что в материалах сборника внутренних ведомственных материалов КГБ за 1967 год содержится статья Гейдара Алиева, в которой он обосновывает работу комитета в республике тысячами километров границы с капиталистическими странами, чья деятельность направлена против СССР.
«С первых дней установления Советской власти в Азербайджане органы государственной безопасности, наряду с борьбой с мусаватистским, иттихадским, дашнакским и иным подпольем, организованными вооруженными выступлениями против Советского Союза, вели активную борьбу с происками иностранных разведок с территории Ирана и Турции», — писал генерал-майор Алиев.
В своей статье Алиев-старший также упоминает о том, что иностранные разведки «широко использовали изменников Родины», включая дезертиров из Красной Армии, а также «жителей Ирана и Турции, имевших родственников в Азербайджане и совершавших нелегальные переходы на советскую территорию».
«Чекистский коллектив Азербайджана, понимая сложность оперативной обстановки, руководствуясь решениями июньского (1967 год) Пленума ЦК КПСС и указаниями КГБ при Совете Министров СССР, принимает зависящие от него меры к активизации работы против главного противника, прилагает все силы к тому, чтобы с честью выполнить задачи, поставленные перед чекистами партией и правительством, и конкретными делами отмечает пятидесятилетие Великого Октября, а также органов государственной безопасности», — говорится в последнем абзаце документа.