Президент России Владимир Путин ограничил свободный вывоз наличных рублей. С 29 сентября гражданин может взять с собой в страны ЕАЭС, Азербайджан, Таджикистан или Узбекистан не больше одного миллиона. Для суммы крупнее понадобятся документы о том, откуда деньги, и рейс из разрешенного аэропорта. Для компаний и ИП запрет по общему правилу действует независимо от суммы. RTVI спросил экспертов, зачем понадобились новые ограничения и кому теперь станет сложнее.

Что изменилось

Правила ужесточают не впервые. С 1 апреля граждане могли увезти в страны ЕАЭС до $100 тыс. наличными рублями, а для компаний и ИП запрет уже тогда не зависел от суммы. Теперь порог для граждан снизили до 1 млн рублей, а в список добавили Азербайджан, Таджикистан и Узбекистан.

Весенний лимит почти ничего не ограничивал: $100 тыс. — это около 8,5 млн рублей, столько наличными возит очень узкий круг людей, объяснил RTVI Никита Лысёнок, ведущий преподаватель магистерских программ «Финансовый инжиниринг» и «Инвестиции на финансовых рынках» НИУ ВШЭ. Новый порог, по его словам, почти совпадает с правилом для наличной валюты: с 2022 года ее можно взять с собой не больше чем на $10 тыс.

«Получается, рубли просто подтянули к тому же правилу», — говорит эксперт.

Больше миллиона провезти все же можно, но только самолетом, через аэропорты из списка правительства. Весной в этот список вошли 17 аэропортов, среди них Внуково, Домодедово, Шереметьево, Храброво и Толмачево. С собой нужно иметь бумагу, которая подтверждает, откуда деньги: справку об обмене валюты, чек банкомата или кредитный договор с расходным ордером.

У компаний тоже есть лазейка: запрет не касается некоторых международных перевозок, когда деньги едут через Россию транзитом и компания может доказать, что ввезла их в страну. Отдельные правила действуют для дипломатов.

Если нарушить запрет, деньги могут изъять: у гражданина — все, что сверх миллиона, у компании или ИП — всю сумму.

Тем, кто едет в Казахстан или Беларусь на машине или поезде, исключение для аэропортов не поможет. По земле больше миллиона на человека не провезти, поэтому остальное проще сразу перевести через банк, советует Лысёнок. Порядок учета вывозимых наличных правительство и ЦБ должны утвердить в течение трех месяцев, так что на исключение пока лучше не рассчитывать. Сам эксперт сейчас не стал бы везти больше миллиона и держал бы при себе выписку о снятии денег со своего счета.

Зачем это нужно

Минфин объяснял смысл ограничений еще весной: новый порядок подготовили в рамках плана по «обелению» отдельных секторов экономики, он должен помочь в борьбе с нелегальным выводом капитала.

Указ — не столько запрет на использование рубля за рубежом, сколько очередной этап контроля над трансграничным движением наличных, считает Владимир Любецкий, доцент кафедры национальной экономики Президентской академии. В беседе с RTVI он напомнил, что апрельский указ прямо связывал ограничения с защитой национальной безопасности, национальных интересов и финансовой стабильности.

Главная мишень указа — те, кто возил крупные суммы, в том числе под видом личных денег, чтобы покупать в соседних странах товары из государств, которые ввели санкции против России. Так считает Антонина Левашенко, заведующая лабораторией анализа лучших международных практик Института Гайдара. Иностранным продавцам удобно брать наличные: так меньше риск самим попасть под вторичные санкции, объясняет она. Но государство при этом не видит, кому уходят деньги, и не может отличить честную сделку от ухода от налогов или отмывания.

Среди целей — оплата серого импорта наличными, обналичка и вывод денег непонятного происхождения, перечисляет Лысёнок. Три новые страны, по его мнению, добавили, чтобы закрыть обход: если запрет касается только части соседей, деньги едут через тех, кого он не касается. Похожей версии придерживается и Любецкий: после апреля соседние государства вне списка могли оставаться каналами для расчетов и перемещения денег. Оба эксперта отметили: данных о том, что потоки ушли именно туда, они не видели. Но это крупные направления торговли и трудовой миграции, так что логика понятна, добавляет Лысёнок.

Мешало и то, что весенние правила плохо работали на практике, добавил эксперт. На Международном банковском форуме 23 сентября директор департамента финансовой политики Минфина Алексей Яковлев рассказал, что одни и те же документы пытались показать на таможне для нескольких партий денег. Министерство вместе с ЦБ и ФТС хочет создать общую систему, чтобы проверять такие бумаги. А в ЦБ в тот же день пообещали ужесточить правила для наличных и золота.

Наличных в экономике стало больше, и на этом фоне государство, видимо, решило сократить их отток за границу, считает Ольга Беленькая, руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам». Рост действительно заметный: на 1 сентября вне банков было 20,7 трлн рублей наличными, на 20,9% больше, чем годом раньше. Впрочем, в ЦБ не видят в этом аномалии: доля наличных в денежной массе сейчас около 15%, а пять лет назад была около 20%.

Полностью вывоз крупных сумм при этом не запретили: их можно увезти, если доказать, откуда они взялись. Государство хочет не закрыть границу для денег, а знать, куда и чьи деньги уходят, — в этом Левашенко и видит главный смысл указа.

Кому станет сложнее

Первыми новые правила почувствуют небольшие компании и ИП, которые платили поставщикам наличными, и челноки, — в этом Левашенко и Лысёнок сходятся. С ними согласен и Любецкий: бизнесу, по его словам, придется чаще переводить расчеты в банки. Задуматься придется и тем, кто хотел купить за рубежом квартиру или машину за наличные. Трудно будет и тем, кто вез рубли, чтобы положить их в банк в соседней стране, добавляет Беленькая. Лысёнок упомянул также тех релокантов, кто брал сбережения с собой.

А вот большинство трудовых мигрантов новый лимит почти не заметят: миллион рублей наличными намного больше того, что человек обычно везет домой, к тому же деньги мигранты в основном отправляют переводами, отметил Лысёнок. Мигрантов с крупными накоплениями указ все же затронет, уточняет Левашенко, но и у них остается возможность отправить деньги переводом.

Почти ничего не изменится и для туристов.

«Для обычного туриста с несколькими сотнями тысяч рублей эффект будет минимальным», — говорит Любецкий.

А как же переводы и валюта

Указ касается только наличных рублей, новых ограничений на наличную валюту он не вводит, замечает Беленькая. Старое правило при этом никуда не делось: наличной валюты с марта 2022 года можно взять с собой не больше чем на $10 тыс. на человека.

Банковские переводы указ не трогает. Кроме того, с 8 декабря 2025 года Банк России отменил лимиты на переводы валюты за рубеж для граждан России и жителей дружественных стран. Раньше можно было отправить не больше $1 млн в месяц на зарубежный счет и не больше $10 тыс. в месяц через системы денежных переводов.

Но и у переводов есть препятствия, только не российские: зарубежные банки из-за угрозы западных санкций все строже проверяют платежи из России, объясняет Беленькая.

А что насчет переводов?

Основная часть денег уйдет именно в переводы, ожидает Лысёнок, и в этом смысл меры: когда деньги идут через счет, видно, откуда они. С ним согласен Любецкий: для государства это самый прозрачный вариант, ведь видны отправитель, получатель и назначение платежа.

Обходные пути есть, но все они дорогие, отмечает Лысёнок. Если делить сумму между несколькими людьми, это заметят таможня и банки. Посредники берут плату за риск, и чем строже контроль, тем она выше. Часть спроса, по оценке Любецкого, действительно уйдет к посредникам и во взаимозачеты, меньшая часть — в криптовалюту, золото и иностранную валюту.

В странах, куда раньше везли наличные рубли, может вырасти разница между обычным банковским курсом и стоимостью крупной наличной операции: у обменников выросли риски, объясняет Любецкий. Но говорить о неизбежном росте комиссий, по его словам, пока рано.

«Если основная масса легального спроса перейдет в банковские переводы, дефицита наличного рубля может вообще не возникнуть», — говорит он.

Далее Лысёнок ждет не нового снижения лимита, а более жесткой проверки документов и электронного учета. А эффективность меры, по мнению Любецкого, будет зависеть от того, удастся ли сократить именно непрозрачный оборот, а не просто вытеснить его из наличных рублей в другие формы расчетов.