Санкции США против иранских криптобирж запоздали и вряд ли что-то изменят — ни для Ирана, ни для мирового рынка цифровых активов. Такое мнение в комментарии для RTVI выразил аналитик рынка криптовалют Виктор Першиков.
3 июня Минфин США ввел санкции против крупнейшей иранской криптобиржи Nobitex, а также площадок Wallex, Bitpin и Ramzinex. В американском ведомстве заявили, что в 2025 году Nobitex обработала более 50% всех поступлений цифровых активов в Иран, помогала КСИР обходить санкции и содействовала переводу средств в интересах Тегерана. В мае министр финансов США Скотт Бернс заявил, что Вашингтон уже изъял иранские криптоактивы примерно на $1 млрд. В апреле он говорил об изъятии криптовалютных активов примерно на $500 млн в рамках операции «Экономическая ярость». По его словам, эти меры уже оказали влияние на экономику исламской республики.
По мнению Першикова, эти действия носят скорее политический, чем практический характер.
«Решение о санкциях со стороны США относительно иранских бирж кажется запоздалым и малоэффективным. Криптобиржи Ирана уже много лет находятся под существенным давлением и ограничениями, и криптовалюта с их адресов не принимается почти нигде в мире как непосредственно связанная с Ираном. Санкции, наложенные на страну и ЦБ Ирана, а также нахождение республики в черном списке FATF уже делают работу с иранской криптой невозможной, и в этой связи действия Минфина США выглядят лишь очередной попыткой давления на страну, находящуюся в состоянии военного конфликта», — заявил аналитик.
На рынок криптовалют в целом новые санкции, по его оценке, также не окажут никакого эффекта. «Говорить о хоть каком-то влиянии на рынок криптовалют в целом нет смысла — очередные санкции, наложенные на Иран, не станут ничем значительным и не испугают инвесторов, которые готовы покупать BTC или другие криптовалюты», — отметил Першиков.
Эксперт напомнил, что, несмотря на значительную роль Ирана в майнинге, страна использует криптовалюту прежде всего для решения собственных экономических задач — в частности, для внешнеторговых расчетов. Именно поэтому иранская крипта фактически обращается в локальном контуре, а ее влияние на глобальный рынок ограничено, отметил собеседник RTVI.
Ключевым аналитик считает вопрос о том, что произойдет, если иранские активы окажутся в финансовом контуре Китая — крупного торгового партнера Ирана.
«Вводить санкции против Китая для США, особенно в сфере криптовалют, которая в стране запрещена и уголовно наказуема, было бы неэффективно», — считает Першиков.
По его словам, финансовые разведки, включая американскую, прекрасно понимают, куда движется иранская крипта, однако вводить санкции против тех, кто ее получает, крайне проблематично: «Не исключено, что в этой ситуации можно выйти на самих себя».
Отдельно Першиков обратил внимание на опасную тенденцию, заметную скорее в британском, чем в иранском кейсе. По его словам, санкции Великобритании против биржи HTX, несмотря на их локальный характер и отсутствие экстерриториальной обязательности, ведущие AML-криптокомпании исполнили немедленно — и «моментально покрасили биржу как 100% санкционную, даже несмотря на то что таковой ее назвала всего одна страна».
«Создан прецедент, и это неизбежно может привести к переделу рынка, основанному на праве сильного: государства или окологосударственные компании смогут использовать свои ресурсы в криптоиндустрии не для противодействия отмыванию средств, а для поиска и негативной “окраски” неугодных», — предупредил аналитик.