«Без Строгановки не было бы полноценной картины русского искусства»: куратор выставки в «Зарядье» о 200 годах легендарной школы

До 22 марта в Паркинг Галерее «Зарядья» открыта выставка «200 лет. Юбилейная выставка университета им. С. Г. Строганова». Впервые за пределами вуза экспозиция такого масштаба представляет всю его историю — от основания в 1825 году до наших дней. Куратор проекта, кандидат искусствоведения, заведующий кафедрой истории искусств и гуманитарных наук РГХПУ имени С. Г. Строганова Кирилл Гаврилин рассказал RTVI о том, как отбирали работы для шести разделов, почему Строгановку можно назвать школой синтеза искусств и какие имена стали главными открытиями.

Кирилл Гаврилин
Кандидат искусствоведения, куратор выставки «200 лет. Юбилейная выставка университета им. С. Г. Строганова»

— Как бы you сформулировали главную идею выставки? Что самое важное вы хотели донести до зрителя, рассказывая 200-летнюю историю Строгановки вне ее стен?

— Главная идея выставки — представить 200-летнюю историю школы в ее преемственности, отметить важнейшую роль Строгановского университета, его вклад в историю отечественного и мирового искусства.

— Выставка структурно разделена на шесть хронологических блоков — от основания училища до наших дней. С какими самыми большими сложностями вы столкнулись при отборе материала для каждого периода?

— Сложности были связаны со сроками подготовки проекта — мы работали буквально несколько месяцев и просматривали фонды около полсотни музеев, частных коллекций и фондов. Здесь действительно представлен ряд великих имен — малоизвестных мастеров тут нет. Это касается, в том числе, и современного художественного процесса. Если на выставке вы видите произведения молодых мастеров, таких как Егор Кошелев или группа Crocodile Power, значит, они небезызвестны. Их произведения хранятся в крупнейших федеральных музеях, и они востребованы на художественном рынке. Отбор был довольно жестким. Кураторский выбор должен был представить вехи в истории российского искусства, достигнутые представителями Строгановской школы.

— Строгановка всегда была нацелена на синтез искусства, ремесла и промышленности. Как эта многопрофильность отразилась в структуре выставки? Уделяется ли внимание не только живописи и графике, но и архитектурным проектам, декоративно-прикладному искусству, дизайну?

— Мы долго готовились к юбилею, поэтому на VII Московской неделе интерьера и дизайна в декабре 2025 года вуз организовал отдельную экспозицию, посвященную дизайну и тому, как он развивался в Строгановке. Помимо этого, мы сделали выставку «Школы мастерства, авангард и традиция» во Всероссийском музее декоративно-прикладного искусства. Она посвящена филиалам вуза, средним учебным заведениям — колледжам и училищам — в регионах. Они расположены в местах бытования промыслов и носят исторический характер. Например, Уральский колледж прикладного искусства и дизайна в Нижнем Тагиле. Училище было основано в 1920-е годы. Там занимаются кистевой росписью подносов, различных предметов мебели. Истоки этого промысла уходят в период, когда Нижним Тагилом владели Демидовы — конец XVIII века. Красносельское училище художественной обработки металлов в Костромской области было основано выпускником Императорской Строгановки Георгием Монаховым еще в конце XIX века. И так далее.

Мы разделили нашу выставочную репрезентацию по направлениям. Парк «Зарядье» показывает достижения Строгановки, представляя художественную традицию нашего вуза как магистральную линию истории отечественного искусства. Когда мы смотрим эту экспозицию, мы понимаем, что без Строгановки не было бы полноценной картины развития художественной культуры.

Идея же синтеза искусств отражена на выставке в «Зарядье». Здесь есть раздел о церковном строительстве периода попечительства Великой княгини Елизаветы Федоровны Романовой — Марфо-Мариинская обитель, оформление залов и интерьеров дворца московского генерал-губернатора, московских театров.

Дело в том, что Елизавета Федоровна была августейшей покровительницей не только Императорского Строгановского училища, но и театров — Большого и Малого. Благодаря ей было основано сценографическое отделение, которым руководил Константин Коровин. Выпускниками этой сценографической мастерской стали великие художники. Например, Владимир Егоров — ведущий художник Московского художественного театра, создавший сценографию для пьесы Мориса Метерлинка «Синяя птица». До сих пор этот спектакль идет с использованием декораций и костюмов Егорова. И он же при Николае II стал первым художником русского кино. Он понял, что художественное оформление эпизодов в фильмах должно отличаться от театральной сценографии.

Также сценографическую мастерскую окончил Федор Федоровский, который впоследствии стал главным художником Большого театра и оставался им до середины прошлого века. И сегодня опера «Борис Годунов» представлена на сцене с декорациями и костюмами Федоровского. Кроме того, именно он придумал красные звезды для кремлевских башен.

Говоря о синтезе искусств, нельзя не упомянуть Федора Шехтеля. В дореволюционной Строгановке преподавала плеяда великих архитекторов — это сам Шехтель, Лев Кекушев, Сергей Соловьев, Иван Жолтовский, Алексей Щусев, — которые привлекали для работы над своими объектами великих живописцев. Константин Коровин по приглашению Федора Шехтеля оформлял майоликовыми и живописными панно фасады и интерьеры Ярославского вокзала в Москве. Щусев привлекал художников к оформлению Казанского вокзала и сделал рельефные створки дверей для национального павильона в Венеции в 1914 году. Эскизы этих створок в натуральную величину можно увидеть на выставке.

Шехтель строил не только особняки и доходные дома, но и общественные здания — кинотеатр «Художественный», Банк Москвы, здание Московского купеческого общества. И в том числе — Московский художественный театр, который зодчий полностью обновил, поменял его фасады, интерьеры. Шехтель проектирует «тотально», и вместе с ним работают скульпторы, мастера мебели, текстиля, витража и мозаики. Именно в мастерских Императорского Строгановского училища был изготовлен знаменитый занавес МХТ с чайкой. Сам Шехтель создал логотип театра, который не меняется по сей день.

Также о синтезе искусств можно говорить в разделе ВХУТЕМАСа. Это применительно к работам Александра Родченко. Мы специально показываем не только его живописные произведения, но и его комбинезон, проекты мебели, трибуны для оратора. Мы также представляем работы Варвары Степановой и ее ближайших соратниц, среди которых сестра великого поэта Людмила Маяковская. В них можно увидеть, как эксперименты в области живописи перетекают в работу дизайнера по ткани. Во всем чувствуется проектный подход.

Учился на скульптора — становишься скульптором. Такого не случалось в Строгановке. Это можно проследить и в последнем разделе, который посвящен современному искусству. Дмитрий Пригов, Борис Орлов и Александр Волков — однокурсники. В 1960-е годы они учились вместе на кафедре скульптуры. Карьеру скульптора строит только Борис Орлов. Однако он обновляет язык скульптуры, становясь лидером новейшего российского искусства в 1990-е годы. Александр Волков посвящает себя живописи, а Дмитрий Пригов становится основоположником Московской школы концептуализма. Три выпускника кафедры скульптуры заложили три пути, три линии развития новейшего российского искусства. Подобные примеры и отличают наш вуз от других.

Все строгановцы — от Константина Коровина и Михаила Врубеля до Петра Орловского, Гелия Коржева, Петра Редечкина и Владимира Фаворского — занимались монументальным искусством. Эти авторы создавали книги, открытки, плакаты, работали в графике, делали камерные произведения и одновременно приходили к монументальной живописи, решая архитектурные задачи. Чего только стоит панно «Принцесса Греза» Врубеля на фасаде гостиницы «Метрополь», росписи Бориса Иорданского на станции метро «Киевская». Или мозаики и монументальные панно Владимира Фаворского, который больше известен как книжный иллюстратор и график. Подобный универсализм можно было отметить только у мастеров эпохи Возрождения, которые одновременно могли заниматься архитектурой, скульптурой, живописью и проектной деятельностью. Это отражено на выставке, проходит красной линией через все разделы.

— Раздел, посвященный периоду с 1990-х годов по сегодняшний день, часто самый дискуссионный. По какому принципу отбирались имена и работы для представления современного лица университета? Можно ли уже говорить о новых художественных явлениях или направлениях, рожденных в Строгановке в последние десятилетия?

— Раздел, посвященный периоду 1990-х годов, в наши дни не является самым дискуссионным — эти процессы завершились в конце прошлого века. В экспозиции искусства последнего периода мы видим «забронзовевших старцев». Они — классики современного искусства. И «забронзовевшую» молодежь (около 40 лет), которая уже присутствует в коллекциях крупнейших зарубежных и федеральных музеев.

Если говорить о новейших направлениях современного искусства, которые родились именно в Строгановке, я бы назвал Франциско Инфанте и Нонну Горюнову, а также Вадима Космачева, которые последовательно с 1960-х годов развивали идею кинетического искусства. Они создавали объекты и инсталляции, которые предполагали движение, использование света, воды, ветра (как у Космачева) или других медиа.

Стоит сказать и о концептуализме, к которому тяготеет наследие Дмитрия Пригова. Его погружение в философский контекст, исследования в этой области остаются в нашем ДНК по сей день. В 1960-е и 1970-е годы преподаватели ВХУТЕМАСа передавали авангардную традицию молодежи. В этом смысле Строгановка была лишена жестких ограничений в советские времена — вуз считался дизайнерским, связанным с декоративным искусством, и цензурный контроль здесь был ослаблен. В отличие от института имени Сурикова, главным продуктом которого считалась большая станковая картина на темы труда и подвига советского народа. Стоит взглянуть на работу Константина Латышева «Гипноз искусством» — картину, напоминающую постер. Латышев знаком нам ироничными произведениями, которые напоминают американский поп-арт, но все же далеки от него. Текст, «гипноз» начертанных формул, использование литеры, латиницы, кириллицы — все это возвращает и к Пригову, и к ВХУТЕМАСу.

Из живописцев я бы отметил Егора Кошелева с его смелыми концепциями, обновлением пластического языка. Выставки Кошелева в последнее время состоялись во многих музеях и выставочных залах нашей страны. А также скульптора Алексея Дьякова, который использует необычные материалы — от драгоценного венецианского стекла до пластика. Он апеллирует к архаическим традициям, возвращая нас к истокам изобразительного искусства.

Говоря о современной Строгановке, нельзя не вспомнить замечательных скульпторов, таких как Андрей Ковальчук, Салават Щербаков, Александр Цигаль, Александр Бурганов, создавших десятки монументов на улицах и площадях наших городов. Среди мастеров живописи много действующих членов Российской академии художеств, которые являются настоящими классиками. Например, Михаил Верхоланцев, ректор Строгановского университета и член президиума РАХ Сергей Курасов, Евгений Ромашко, Виктор Калинин, являющийся вице-президентом Российской Академии Художеств, и многие другие.

Завершающая точка экспозиции — шестиметровый фрагмент монументальной росписи Валерия Чернорицкого, который руководил кафедрой монументальной живописи Строгановки. Пока люди спускаются в метро по эскалатору в абсолютной суете, над ними пролетают то ли птицы, то ли ангелы. Все это напоминает путешествие Данте и Вергилия в Ад из «Божественной комедии». Это мощный рисунок, эпический язык монументального полотна. На выставке представлена его меньшая часть, высота всего произведения — 12 метров. Художник создавал эту композицию, не отрываясь от стены, — как Микеланджело, расписывавший свод Сикстинской капеллы.

— Какие личные открытия или переосмысления произошли у вас в процессе работы над этим проектом? Возможно, вы по-новому увидели роль какой-то эпохи или конкретного мастера в истории школы?

— Работа с проектом в целом стала настоящим открытием, ведь впервые за 200 лет Строгановка осмыслила свою историю и достижения, и в этом выставочном проекте отметила все реперные точки. Таких выставок не было вообще.

Попытки рассказать историю Строгановского училища представлены в отдельных научных изданиях конца XIX и XX веков. Однако эти научные исследования, посвященные некоторым периодам, основаны на анализе документов и других исторических источников, они в меньшей степени раскрывали смысл и содержание произведений искусства. Поэтому вся эта выставка — сплошное открытие, настоящий манифест.

Главное, что мы увидели, — это роль и место школы в истории российского и мирового искусства. Мы можем увидеть произведения строгановцев не только в региональных и федеральных российских музеях и собраниях, но и в музее Орсе в Париже, а также центре Помпиду, где представлена большая коллекция мастеров 1980—2000-х годов, в галерее Тейт Модерн в Лондоне, в музеях Нью-Йорка, Пекина. Таким образом, это не локальная школа, значение которой ограничивается небольшой территорией, она действительно обладает планетарным масштабом. Признание представителей Строгановки в мире показывает, что мы шли в ногу со временем, пройдя через исторические преграды.

— Вы сами — преподаватель Строгановского университета. Как ваш собственный опыт повлиял на кураторский взгляд и подход к созданию этой выставки?

— Я окончил Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова, Исторический факультет, отделение истории и теории искусства. Кураторской деятельностью начал заниматься, будучи сотрудником больших федеральных музеев. 27 лет назад я переступил порог Строгановки, и за это время я очень многое узнал и попытался осмыслить историческое наследие вуза как исследователь. Я понял, что подобного научного опыта в Строгановке, к сожалению, в последние полвека, а то и больше, не было. Поэтому решил, что моя миссия — собрать все эти драгоценности, объединить их в большой рассказ, создать грандиозную панорамную картину развития школы.

Однако даже колоссального выставочного пространства Паркинг Галереи «Зарядья» в 2000 квадратных метров для этой истории не хватило. Поэтому мы очень надеемся на издание научного каталога, в котором будут представлены дополнительные разделы. Тем не менее, пространство этой выставки уже довольно полно воссоздает представление о наследии Строгановской школы. Мы увидели целое, вместе с тем утраченное, забытое — как археологи, которые очищают от песка и праха прекрасное произведение искусства. Поэтому для меня большая честь работать с таким проектом. В заключение я бы хотел поблагодарить Российский государственный художественно-промышленный университет им. С. Г. Строганова, его ректора Сергея Владимировича Курасова, весь коллектив вуза, а также команду парка «Зарядье» за помощь и поддержку в этой сложной работе.