Физики, лирики и светомузыка: О чем на самом деле «Светлая Оттепель»

Выставка «Светлая Оттепель» в Центре Вознесенского завершает работу 18 января. Это последний шанс увидеть масштабное исследование одного из самых ярких феноменов советской культуры — светозвукового искусства, которое во второй половине ХХ века преобразило всё: от архитектуры до космоса. Сердцем экспозиции стала легендарная казанская «лаборатория будущего» — Студенческое конструкторское бюро «Прометей», объединившее визионеров вроде Булата Галеева, Константина Васильева и Сергея Зорина. Что это было: утопия, предвидение или искусство, опередившее время? Куратор Кирилл Маевский и директор Фонда «Прометей» Анастасия Максимова в совместном интервью RTVI объясняют, как создавалось это синтетическое искусство будущего и почему оно не теряет актуальности.

— Для начала давайте поговорим о понятии «Светлая Оттепель». Как бы вы охарактеризовали этот период?

Анастасия Максимова
Директор Фонда поддержки аудиовизуального искусства «Прометей» им. Булата Галеева

— Для меня это период в жизни нашей страны, непосредственно связанный, с одной стороны, с предыдущими художественными и техническими решениями эпохи авангарда. С другой — это время исключительное, когда рождалось очень много новых идей именно в связи с техническим переломом.

«Светлая оттепель» — это время, когда свет стал одним из ключевых медиа, изменивших визуальное восприятие той эпохи. Кроме того, это период, когда благодаря снижению цензуры и большей открытости возникло огромное количество связей, соединений, коллабораций между людьми, которые до этого работали как бы отдельно. Если для предшествующих периодов, того же авангарда, мы говорим об отдельных связях Москвы и Петербурга, то такого, чтобы была связана вся страна, не было. А для 1960-х и конца 1950-х — это именно такое объединение страны после Победы, после полета Гагарина, первых успехов в атомной энергетике. Вот эти связи, пронизывавшие общество, соединили художников, инженеров, изобретателей и музыкантов. Если совсем коротко, то это, фактически, взлет технической и художественной мысли.

Здесь важно подчеркнуть свет как новый инструмент для изменения пространства. Идеи раннего авангарда были реализованы на новом техническом уровне. Предшествующая выставка «Темная Оттепель» отражала скрытые, неочевидные вещи. А в «Светлой Оттепели» практически все проекты поддерживались государством, хотя не всегда входили в парадигму собственно искусства. Но именно в этой сфере отразились все пересечения, связи «физиков и лириков». Духовный подъем и объединение стали основой для многих коллабораций.

Кирилл Маевский
Куратор выставки «Светлая Оттепель» в Центре Вознесенского

— Это понятие, во многом изобретенное Центром Вознесенского. В 2022 году появился «Центр исследований Оттепели». Так появилась некая «сезонность». Второй сезон получился двойным: сначала возникло спекулятивное понятие «темная оттепель», а вторая выставка внутри этого сезона и называется «Светлая Оттепель».

Она рассказывает не об андеграунде, а о тех людях, которые в 1960-е годы пошли по новой тропинке и занялись светомузыкальным искусством. Это изобретатели-визионеры, предвосхитившие многое из того, чем мы пользуемся сегодня. Они, соединяя науку и искусство, стремились не просто оформить пространство — а изменить его. Всё это в итоге вылилось в оформление ВДНХ, проспекта Калинина, Олимпиады-80. Это можно считать оформительской деятельностью, но это не оформители — это люди, которые думали о том, как светом и звуком менять окружающую среду и влиять на цивилизационное развитие.

«Светлая оттепель» отличается от любой другой тем, что эти люди все-таки путешествовали по миру, знакомились с ним, переписывались. В студенческом конструкторском бюро «Прометей» работало двадцать переводчиков. С одной стороны, явление безразмерное, а с другой — компактное, потому что оно ужимается в некую «коробочку». Выставка — о том, как попытаться что-то большое, безграничное, как свет, во что-то ужать, чтобы вглядеться в это. «Светлая» — еще и про «шкатулочную святость»: детализировать, чтобы акцентировать внимание.

— Расскажите поподробнее про участников «Прометея». Почему именно они стали важными героями выставки? Как они повлияли на искусство того времени?

Кирилл Маевский
Куратор выставки «Светлая Оттепель» в Центре Вознесенского

— Это ключевые герои выставки и всей отечественной светомузыкальной истории, истории видео- и медиаарта. Крупнейшая команда. Благодаря тому, что они были студенческим бюро при Казанском авиационном институте и занимались в том числе космическими разработками, у них был доступ к большому количеству ресурсов. Поэтому их деятельность была обширной: от световой архитектуры до разработок для космонавтов, проведения крупных фестивалей и поездок за рубеж.

«Прометей» — хорошая и, наверное, для России единственная точная репрезентация того, что происходило. Через него мы касаемся абсолютно всего. Это уникальный случай, когда весь архив сохранился нетронутым. Через «Прометей» можно посмотреть на все миграции. Он парадоксальным образом был окном в мир. Это прекрасный пример регионального, нестоличного развития.

Анастасия Максимова
Директор Фонда поддержки аудиовизуального искусства «Прометей» им. Булата Галеева

— СКБ «Прометей» — центральный коллектив выставки. Он объединял единомышленников: они помогали и вдохновляли друг друга, пропагандировали творчество друг друга. Это отличает их от более одиноких художников того времени. Они обладали энциклопедическими знаниями, очень образованные все были, говорили на одном языке. Их общие духовные поиски, обращение к мифологии, новым научным теориям отражались и в их картинах, и в совместных проектах.

— Как выстраивается выставка «Светлая Оттепель»? Как строится это повествование? И в чем разница между «Темной» и «Светлой» Оттепелью с точки зрения экспозиции?

Анастасия Максимова
Директор Фонда поддержки аудиовизуального искусства «Прометей» им. Булата Галеева

— Экспозиция «Темной Оттепели» была очень последовательно выстроена, и мы постарались вслед за ней также начать с городского пространства. Если на минус первом этаже «Темной Оттепели» была воссоздана мрачная городская среда для непризнанных художников, то здесь мы попытались показать светлый город, светлое пространство, которое пытались воссоздать в 1960-1970-е годы. Это первые проекты по световой архитектуре, световому дизайну.

Первая работа, которая открывает выставку, — это макет памятника Революции Бориса Гидони. Это отсылка к предыдущей традиции авангарда. Далее мы сконцентрировались на вариациях того, как синтез света и звука мог быть реализован. Третий зал — архивный, он показывает, как работали вертикальные и горизонтальные связи на стыке искусства, науки и технологий. И последний зал — космический. Эта сеть связей привела к очень понятному для оттепели выходу — в космическую отрасль.

Кирилл Маевский
Куратор выставки «Светлая Оттепель» в Центре Вознесенского

— Выставка довольно нарративная. Архитектура Центра Вознесенского — четыре комнаты — диктует такой формат. Всё начинается с холла, где стоит реконструкция памятника Революции Гидони, сделанная «прометеевцами». Начинается всё с авангарда, но сразу залинковано с «Прометеем».

Первый зал рассказывает, «как художники придумали светомузыку», и показывает их ключевую роль. Здесь стирается разделение на физиков и лириков. Этот же зал рассказывает, как эти люди «раскрашивали темные города».

Второй зал — «Искусство и технооптимизм» — о создании мобильных, гастролирующих светомузыкальных инструментов.

Третий зал — «Сеть слышит, сеть говорит» — о сети контактов, пересечениях с отечественными и зарубежными художниками. Здесь же мы отреконструировали установку пространственного звука.

Четвертый зал — космический. Это четыре уровня: городской, всесоюзный, мировой и космический. Выставка постепенно интенсифицируется, смонтирована так, что в каждом зале добавляется скорость.

— Есть ли на выставке работы или объекты, которые вас лично особенно трогают или удивляют? Мимо чего точно нельзя пройти?

Кирилл Маевский
Куратор выставки «Светлая Оттепель» в Центре Вознесенского

— В первом зале — на фигуру Константина Васильева. Он известен былинными полотнами, но он же провел один из первых в России светомузыкальных концертов.

Во втором зале — установку «Электронный художник» 1972 года. Абсолютно современная генеративная графика, придуманная тогда.

В третьем зале — стенд «Окно в мир» о международных связях «Прометея», особенно афишу фестиваля Ars Electronica 1989 года.

В четвертом зале — две вещи напротив: членский билет Валентины Терешковой как участницы «Прометея» и работа Александра Григорьева. Выставка делает много пасов «темной оттепели», они существуют парой.

Анастасия Максимова
Директор Фонда поддержки аудиовизуального искусства «Прометей» им. Булата Галеева

— На минус первом этаже — нетипичные для их авторов картины: «Абстрактные композиции» Константина Васильева, «Саксофонист» Алексея Аникеенка, работы Надира Альмеева. Мы показываем художников с необычной стороны.

На первом этаже меня очень радует, что старинные светомузыкальные инструменты, которые еще 10 лет назад лежали заброшенными, теперь реконструированы: «Кристалл», «Электронный художник», установка пространственного звука. То, что они спустя 40-60 лет продолжают работать, — это очень радует.

— О чем мечтали эти художники и изобретатели? Каким они видели будущее?

Анастасия Максимова
Директор Фонда поддержки аудиовизуального искусства «Прометей» им. Булата Галеева

— Они размышляли об искусстве будущего. И в этом искусстве они однозначно видели большую технологическую составляющую и синтез. Булат Галеев разработал целую «Периодическую систему искусств», прогнозируя жанры: светопространственные зрелища, звуковой и световой дизайн, электронная музыка.

По факту, большинство проектов «светлой оттепели» — это истоки сегодняшнего медиаарта. Они не полностью угадали с терминологией, но мыслили светомузыку как искусство, которое охватит нас, будет из каждого экрана, на каждом здании.

Кирилл Маевский
Куратор выставки «Светлая Оттепель» в Центре Вознесенского

— Эта выставка, с одной стороны, о безразмерности оттепели как явления, с которого начинается наша современность. А с другой — об изобретательском безумии, драйве, который рождается почти случайно. Из любви, палок и таланта создавалось явление, которое потом принималось для оформления стадионов и столиц к главным праздникам.

Это выставка о явлении, аналогов которому нет в мире. О русской изобретательской воле и незнании слова «граница».

— Как вы считаете, о чем эта выставка для вас лично?

Анастасия Максимова
Директор Фонда поддержки аудиовизуального искусства «Прометей» им. Булата Галеева

— Она о том, как прошлое может быть важным и нужным для настоящего и, возможно, для будущего. Все проекты, которые я делаю, я делаю с идеей найти в прошлом то, что интересно сегодня и что может быть взято как референс для будущего.

Важно, что выставка прошла в Центре Вознесенского. Вознесенский был любимым поэтом Булата Галеева. Место выбрано максимально логично. Мы попытались представить новое осмысление в том месте, которое очень компактно и в то же время последовательно продолжает рассказ о важном для нашей страны времени.

Кирилл Маевский
Куратор выставки «Светлая Оттепель» в Центре Вознесенского

— Сложно сказать. Она, с одной стороны, о безразмерности оттепели как явления, с которого начинается наша современность. Мы живем в период, заданный теми людьми. А с другой — об изобретательском безумии, драйве. Вот, например, объект Вячеслава Колейчука: простая штука из флуоресцентной бумаги и света, но изобретательский талант создает из простых элементов странную и впечатляющую вещь.