Иван Лыкошин — о Московской Арт Премии, планах «РОСИЗО» и Галактионовой

До 1 февраля в «РОСИЗО» длится выставка лауреатов Московской Арт Премии — фиксация «на полотне» московской жизни 2024—2025 годов, от театральных постановок до музыки. Иван Лыкошин, гендиректор комплекса и директор Премии, в интервью RTVI объяснил, как 33 миллиона рублей превращаются в новые оперы и фильмы, почему Гран-при присуждают за проекты «за рамками» и как изменился «РОСИЗО» после ухода Ольги Галактионовой.

Иван Лыкошин
генеральный директор Государственного музейно-выставочного комплекса «РОСИЗО», директор Московской Арт Премии

— Как бы вы сформулировали главную миссию Премии? Что принципиально важно изменить или усилить в арт-среде Москвы и России с ее помощью?

— Миссия Премии — это поддержка авторов, которые так или иначе обратились к теме Москвы в своих произведениях или создали их в столице. Очевидно, что это серьезный стимул и для лауреатов, получивших признание, и для соискателей. А их количество растет с каждым годом. За шесть лет существования Арт Премии мы отмечаем стабильное увеличение количества заявок. И важно понимать, что каждая заявка — это законченная работа. Следовательно, количество произведений, как сформулировано в Положении о Премии, «в Москве, о Москве, для Москвы» растет с каждым годом.

Стоит отметить, что в конкурсе могут и активно участвуют жители других регионов страны, поступают заявки даже из других государств.

— Призовой фонд в 33 миллиона рублей — серьезная сумма. На что, помимо финансовой поддержки лауреатов, направлены эти ресурсы? Как гран-при отличается от победы в номинации?

— Премию можно расценивать и как форму благодарности, и как своеобразный грант для реализации будущих проектов. Именно так лауреаты нередко распоряжаются призовым фондом, так появились новые постановки в экспериментальных театрах, музыкальные произведения, тексты и даже фильмы.

Гран-при, как правило, выигрывают проекты, которые по тем или иным причинам выходят за рамки номинации. Например, опера Бориса Юхананова «Октавия. Трепанация» в свое время лидировала и в номинации «Изобразительное искусство» за работу художника, и в номинации «Музыка» за работу композитора, и в номинации «Театр». Поэтому коллегиальным решением экспертного совета стало присуждение гран-при именно этому проекту.

— Выставка лауреатов и номинантов продлится до 1 февраля. Расскажите подробнее об этой экспозиции. Это скорее итог года или точка для нового старта художников?

— Несомненно, это итог. Фиксация состояния современного искусства Москвы, выставочной, концертной, театральной и фестивальной жизни в отрезке 2024-2025 гг. То, чем жили и как видели мир художники и поэты, режиссеры и музыканты, каким останется этот период «на полотне».

Это очень любопытный срез, жизнь заметно ускорилась. На выставке зритель получает шанс заново пережить настроения, например, конца 2024, получить своеобразное сообщение из прошлого — пускай совсем недавнего, но нередко позабытого. И да, это последний шанс вспомнить знаковые выставки, «прожить» их заново, а это довольно редкая возможность.

— Расскажите о Вашей работе на посту директора «РОСИЗО», что вам удалось сделать с момента назначения на эту должность?

Мне повезло в том смысле, что Ольга Николаевна Галактионова оставила после себя четко работающую, отлаженную систему, которая не потребовала дополнительных перенастроек и уж тем более глобальных перемен. Важно понимать, что любой музей или галерея — лишь в малой части выставки и экспозиции. Основная работа остается невидимой зрителю. Это контрактные службы, хозяйственная и предпринимательская деятельность, содержание зданий, фондов, дополнительных учреждений вроде кафе или багетной мастерской.

Тот факт, что все это функционирует эффективно и слаженно, позволил «РОСИЗО» сосредоточиться на производстве нашего главного продукта — выставок. И я горжусь тем, что многие из них стали заметным явлением в жизни страны. Это и «Энергия мечты» в парке «Зарядье», сделанная к юбилею государственной корпорации по атомной энергии «Росатом», и «Наследие эпохи. Михаил Савицкий» в Государственной Третьяковской галерее. И мемориальная выставка Ани Желудь в МАММ, за что я очень признателен Ольге Свибловой. И выставки в залах «РОСИЗО», такие как проект «Искусство за закрытыми дверями», посвященный неофициальному искусству позднесоветского периода.

Нетрудно заметить, что «РОСИЗО» постоянно находится в диалоге с другими музеями. Квинтэссенцией этого межмузейного диалога можно назвать масштабный проект «Импрессионисты в Сибири», который в течении года представляет собрание импрессионистов из ГМИИ им. А. С. Пушкина на площадках шести художественных музеев Сибирского федерального округа.

— Сменив на этом посту Ольгу Галактионову, каким вы видите будущее «РОСИЗО»?

— «РОСИЗО» — уникальная единица в системе федеральных музейных учреждений. Аналогичных по функционалу, опыту, задачам и возможностям в нашей стране просто не существует. Когда мы готовили выставку к юбилею легендарного антитеррористического подразделения «Альфа» в этом году, кто-то из коллег назвал нас «музеем специального назначения» — и это очень подходящее определение. Мне бы хотелось, чтобы в перспективе возможности «РОСИЗО» как глобального продюсерского центра, помогающего отечественным музеям в организации выставочного процесса, проведении разного рода форумов и фестивалей росли и расширялись.

— Какими проектами Вы планируете заняться в 2026 году?

— У нас большие планы. Они касаются не только проведения выставок самой широкой тематики и жанровой принадлежности, от народных художественных промыслов до монументальных форм, но и активной организационной работы. В наших планах отраслевая премия «Форма-Арт», работа с фестивалем «Интермузей», проектом «Музейные маршруты», наша традиционная стратегическая сессия «Единая модель продвижения музеев». Планы обширные, главная задача — выполнить их в срок и на должном уровне.