«Сопоставимо с полетом на Луну»: как советские художники открывали для себя заграницу

До 17 мая в Музейном центре «Масловка. Городок художников» работает выставка «Заграница — это миф?!», посвященная зарубежным поездкам советских художников 1950—1960-х годов. В экспозиции впервые представлены ранее не экспонировавшиеся работы Виталия Горяева, Гелия Коржева, Юрия Пименова и других авторов. Основатель и руководитель центра Василий Демин рассказал RTVI, как художники попадали в США, в Европу и в Африку в эпоху закрытых границ, почему их путешествия сравнивали с полетами на Луну и что из поездок они привозили на родину.

Василий Демин
Доктор наук, основатель и руководитель Музейного центра «Масловка. Городок художников»

— Как возникла идея выставки «Заграница — это миф?!»? Почему именно тема зарубежных поездок советских художников стала центральной для этого проекта?

— Представьте себе советского художника, который в 58-м году посетил такие города, как Нью-Йорк и Токио, Лондон и Рим, Сингапур и Рио-де-Жанейро… Отношение к нему было как к человеку, который побывал на другой планете. И вот когда 15 лет назад я впервые увидел архив этого художника, запертый на 50 лет от какого-либо человеческого взгляда, я понял, что это ошеломляющее событие: сотни этюдов из столиц западных стран и экзотических мест. На стенах мастерской художника соседствовали «Крыша мира — Гималаи» и «Крыши Монмартра» 56-го года, пальмы Лос-Анджелеса и Рио — и десятки других, немыслимых для поездок в те времена, уголков мира. Рядом были коробки с тысячами негативов из этих поездок, ведь художник был еще и фотографом. В комнате отдыха в мастерской стояли чемоданы, обклеенные мерчем отелей столиц всего мира — Marriott, Ritz, Hilton и других.

Постепенно я выяснил, что таких художников было около 15 на весь Союз — тех, кто посетил десятки стран в 50—60-е годы. Если меня еще тогда впечатлил этот парадокс — столкновение советского человека со всеми вызовами, контрастами, открытиями, сопутствующими таким дальним путешествиям из закрытой в общем-то страны, — то в то же время я понимал, что кроме меня это вряд ли кому-то интересно. Ведь мои открытия были в период 2010-х годов — в эпоху массового туризма. Тогдашнему человеку было бы сложно представить, что такого в том, чтобы оказаться в Неаполе или Лондоне, ведь в тот и другой город было по несколько ежедневных прямых рейсов. Но с эпохи пандемии мы намного лучше понимаем ощущения той редкости поездок, в сотню раз усиливается контраст между представлением и реальностью.

Поэтому проведение выставки сейчас стало приглашением к диалогу с каждым посетителем — сопоставить свой опыт от зарубежных поездок с опытом советских художников, которые первыми в послевоенной эпохе отправились в дальние путешествия.

— Вы говорили, что для советского человека поездка за границу была «событием исключительным, если не фантастическим». Как это отражалось в работах художников того времени? Можно ли говорить о формировании особого «взгляда извне» в их творчестве?

— Наши художники были очень устойчивыми и принципиально своей позиции, конечно, не меняли. Кроме того, поехав в 56-м году на Венецианскую биеннале впервые после 22-летнего перерыва, они столкнулись с революцией в искусстве — бал правило современное искусство со всеми формами абстракции, поисками новых направлений. Конечно, они не приняли ничего из этого, считая эти формы надувательством и шарлатанством. Вместе с тем менялась их палитра — даже пожилые художники, такие как Сергей Герасимов и Аркадий Пластов, которым к моменту этих поездок было около 60 лет, переживали вторую весну и молодость. Открытие нового во всем, что окружает туриста, переполняло их и выплескивалось на холст с утроенной силой.

В 1956 году Сергей Герасимов, вернувшийся с Венецианской биеннале и проведя свою выставку в залах Московской организации Союза художников, заявил всем собравшимся коллегам: «Каждый художник должен хоть раз в жизни побывать в Италии!». Записавший эти строки в своем дневнике Макс Бирштейн дополнял:

«Только непонятно, как это можно было сделать, — ведь это то же самое, что сказать „Каждый художник должен побывать на Луне“».

— Какие из представленных работ никогда ранее не экспонировались? Есть ли среди них особенно значимые или неожиданные для вас как куратора?

— На выставке больше 150 работ, из них около 50 никогда не экспонировались или, во всяком случае, последние 50—60 лет. Среди них есть прекрасные работы Гелия Коржева, который испытал настоящий шок от Запада, увидев, в каких условиях работают местные художники; из тех, что не обласканы вниманием кураторов и импресарио, — их заработок прямо на улице в виде портретов на асфальте заставил его задуматься: «А что, если и этот источник заработка иссякнет?». И мастер сопоставил это с жизнью художника в Советском Союзе, который был обеспечен всем необходимым — заказами, материалами, мастерскими. И вот это очень интересно наблюдать по картинам, дневникам и фотографиям художников — столкновение их представления об обеспеченном Западе с реальностью, в которой общество совершенно разное — от окутанного в люкс до находящегося на грани нищеты.

— В тексте упоминаются разные способы попасть за границу — от командировок до работы матросом. Могли бы вы поделиться одной-двумя яркими историями о путешествиях художников, которые особенно впечатлили вас в процессе подготовки выставки?

— Есть очень интересные примеры. Макс Бирштейн, не получив возможности обычной заграничной поездки, устроился матросом на торговое судно и обошел полмира из Ленинграда до Владивостока, включая и западные страны, и Африку, и Сингапур, привезя из путешествия сотни рисунков, этюдов и сувениров, которые сейчас представлены на выставке. Или Юрий Пименов, который отправился в 1961 году в четырехмесячную командировку в Англию в качестве театрального художника для постановки «Снегурочки» в Лондоне. И вот это уже был не туризм. Это было полное погружение в реальную жизнь.

Макс Бирштейн «На палубе»

Удивительно, что в 60-е годы цензура была настолько демократичной, что допустила выпуск книги Пименова с детальным описанием этой поездки, включая описание неявной для советского человека жизни Лондона — пабы, стриптиз, люксовые магазины. И вот Пименов стал одним из тех, кто без какого-либо подобострастия в защиту политики своей страны вполне объективно сравнивает, как живут люди на «разных планетах», находя много больше общего, чем разделяющего.

— На выставке представлены не только картины, но и личные вещи, привезённые художниками. Как эти предметы помогают раскрыть тему выставки? Есть ли среди них особенно символичные или курьёзные экспонаты?

— Конечно, поездки «на другую планету» сопровождались покупками сувениров и люксовых предметов. Немного, так как денег на это отпущено не было. И вот эти предметы хранились с невероятной осторожностью и дошли до нас в первозданном виде. Так, Виталий Горяев привез жене в 58-м году платье и плащ из бутика на Пятой авеню, Николай Ромадин в том же году — изящные итальянские туфли из Рима, а в 70-е годы — женское кимоно из Токио. Вместе с этими артефактами на выставке представлены бережно сохраненные духи Chanel, Miss Dior, Madame Rochas и другие. Их берегли по 50—60 лет, и вот теперь семьи художников передали всё это, чтобы посетители выставки смогли лучше перенестись в атмосферу того времени, вплоть до примерки кимоно и пробы духов. Таково пожелание семей художников.

— Архитектор Игорь Чиркин разработал дизайн, создающий «эффект путешествия во времени». Как именно это воплощено в пространстве? Как дизайн помогает передать атмосферу эпохи 1950—1960-х годов?

— Музейное пространство полностью реконструировано — от «парижского кафе» с маркизой (козырьком) и парижскими же стульями и столиком, за которыми можно посмотреть потрясающий документальный цветной фильм о первом круизе советских художников вокруг Европы на теплоходе «Победа» — Капри, Афины, Париж и прочее — всё это мы видим глазами художников: с веселыми местными свадьбами, молодежью на «веспах» в Риме, расклешенными платьями модниц парижских бульваров.

Далее зритель попадает в «букинистическую лавку» на набережной Сены — и здесь можно увидеть не только книги, написанные советскими художниками по итогам таких поездок, но и их графику.

В основном зале воспроизведен весь путь советского путешественника — от музеев, карнавалов, блошиных рынков до Миланского собора Санта-Мария-делле-Грацие с «Тайной вечерей» — двухметровой работой Дмитрия Жилинского. В этом же зале, кроме картин, одни названия которых захватывают внимание (например, «Воскресный день в Гарлеме» Виталия Горяева 1961 года), представлены те самые витрины люксовых магазинов, в которых выставлены предметы, привезенные из поездок.

Стены зала задрапированы волнами ткани. Этот подход позволяет передать эфемерность того, что люди представляют до поездки за границу, и побуждает интерес заглянуть за внешнюю часть и узнать, что же там в действительности.

— Как, на ваш взгляд, сегодняшний зритель, живущий в эпоху массового туризма и открытых границ, может воспринимать эти работы? Меняет ли выставка наше представление о том, что такое «путешествие»?

— Сегодня каждому посетителю эта тема намного ближе, ведь дальнее путешествие со времен пандемии тоже стало чем-то редким, а то и невероятным. Вот только выставка не дает ответа на поставленный вопрос про миф, но приглашает к диалогу, а посетитель этот ответ найдет сам, через диалог, сопоставив свои первоначальные представления с итоговой реальностью о загранице.

— Как эта выставка вписывается в общую миссию Музейного центра «Масловка. Городок художников»? Планируете ли вы дальше развивать тему взаимодействия советского искусства с внешним миром?

— Миссия Музейного центра как раз диалог на те важные темы, которые еще только начинают витать в обществе, но которые еще никто не сформулировал. Диалог через искусство и исторические артефакты, через смыслы, которые раскрываются со временем.

— Были ли в процессе подготовки открытия, которые изменили ваше представление о творчестве того или иного художника или об эпохе в целом?

— Это работы Виталия Горяева, который создал сотни рисунков из своих поездок по США в 50—60-е годы, отражая через зарисовки кусочки жизни с «другой планеты».

— Что бы вы особенно рекомендовали не пропустить на выставке? Есть ли работа или раздел, который, по вашему мнению, обязательно нужно увидеть?

— Думаю, что стоит обязательно начать с того, чтобы посидеть в стилизованном кафе, увидев 20-минутный фильм о поездках художников, насладившись картиной Виктора Иванова «В кафе Греко», на которой пять советских художников в 1970 году, находясь в знаменитом римском кафе, где работали Гоголь и Достоевский, продолжают за границей думать о судьбе русского искусства. Это слова самого автора — Виктор Иванович в свои 102 года продолжает работать в мастерской несколькими этажами выше Музея — и это важная сторона: соприкосновение с искусством в его естественной среде — в Городке художников.