Министерство юстиции США в среду, 20 мая, объявит о предъявлении уголовного обвинения бывшему президенту Кубы Раулю Кастро, сообщает CNN. Оглашение запланировано в башне Фридом-тауэр в Майами, в день, который кубинская диаспора отмечает как День независимости острова.

Обвинению предшествовали три десятилетия расследований. Оно касается роли Кастро в уничтожении двух гражданских самолетов организации «Братья во имя спасения» 24 февраля 1996 года. В результате атаки кубинских истребителей МиГ в международном воздушном пространстве погибли четыре человека, трое из которых являлись гражданами США. На церемонии ожидается присутствие исполняющего обязанности генерального прокурора Тодда Бланша.

Среди ключевых доказательств — запись переговоров кубинских пилотов МиГ, которая, по словам конгрессменов, указывает на то, что именно Кастро, занимавший тогда пост министра обороны, отдал приказ сбить самолеты в международном воздушном пространстве. Конгрессмен от Флориды Карлос Хименес признал, что практический эффект обвинения ограничен:

«Я не уверен, что мы отправимся на Кубу, чтобы забрать Рауля Кастро, но сам факт предъявления обвинения значит очень много для семей погибших».

Кастро никогда не был на территории США, а договора об экстрадиции между Вашингтоном и Гаваной не существует.

Прецедент Мадуро

Николас Мадуро
Ariana Cubillos / AP

США уже использовали уголовные обвинения против иностранных лидеров для обоснования военных операций. В январе, когда американские военные атаковали Венесуэлу, администрация Трампа охарактеризовала рейд как «правоохранительную операцию» с целью доставить президента Николаса Мадуро в Нью-Йорк для предъявления ему обвинений.

Мадуро и его жена Силия Флорес предстали перед федеральным судом в Нью-Йорке в январе 2026 года. Им предъявлены обвинения в наркотерроризме, сговоре с целью ввоза кокаина в США и незаконном хранении оружия. Оба заявили о своей невиновности.

Таким образом, дело против Кастро воспроизводит ту же логику, которую Вашингтон применил перед захватом Мадуро. Достаточно вспомнить, что Трамп в марте открыто заявил, что Куба — «следующая» после Венесуэлы.

Блокада и блэкауты

С начала 2026 года Куба живет в условиях топливной блокады. Кризис начался 3 января, когда США захватили Мадуро и вынудили Венесуэлу прекратить поставки нефти на остров. По данным Reuters, Венесуэла обеспечивала около 26 500 баррелей в сутки — примерно 24% от ежедневного потребления страны.

Вслед за этим Трамп пригрозил тарифами против любой страны, поставляющей нефть Гаване, после чего Мексика временно остановила свои поставки. Министр энергетики Кубы Висенте де ла О Леви 14 мая заявил, что страна полностью исчерпала запасы дизельного топлива и мазута.

Ramon Espinosa / AP

Продовольственные магазины пусты, больницы едва функционируют. По словам профессора Университета Техаса Хорхе Пиньона в интервью ABC News, специализирующегося на энергетике Латинской Америки, кризис стал «граничащим с отчаянием» именно из-за действий администрации Трампа. Нехватка дизеля парализовала сельское хозяйство, морской транспорт и грузовые перевозки. Семья одного из опрошенных телеканалом исследователей, находящаяся на острове, за 36 часов получила не более двух часов электроснабжения.

По данным ООН, только на начало апреля в стране накопилась очередь из более чем 96 000 ожидающих хирургических операций, включая 11 000 — для детей. Национальная программа иммунизации приостановлена для тысяч младенцев, около миллиона человек зависят от подвоза воды грузовиками, национальная энергосистема за один только март отключалась трижды.

Россия в апреле отправила на Кубу танкер со 100 000 тоннами сырой нефти и США не стали препятствовать его прохождению. Тем не менее старший представитель ООН на острове Франсиско Пичон заявил, что гуманитарные потребности страны «остаются острыми и устойчивыми», а последствия энергетического удара продолжают ухудшаться. Пресс-секретарь главы ООН Стефан Дюжаррик в феврале заявил, что генеральный секретарь Антони Гуттериш «чрезвычайно обеспокоен гуманитарной ситуацией на Кубе, которая ухудшится и может коллапсировать, если потребности острова в нефти не будут удовлетворены».

Иранский тупик

Vahid Salemi / AP

Параллельно администрация Трампа столкнулась с затяжным кризисом на Ближнем Востоке. Неделю назад Трамп отверг иранские контрпредложения по прекращению конфликта, назвав их «абсолютно неприемлемыми». Тегеран в ответ заявил, что «никогда не склонит голову».

До этого переговоры в Исламабаде, намеченные на конец апреля, не состоялись — Трамп отменил поездку своих переговорщиков. Иранский министр иностранных дел Аббас Арагчи возложил ответственность их за срыв на Вашингтон, заявив, что «чрезмерные требования» американской стороны не позволили добиться результата. Президент Ирана Масуд Пезешкиан отметил, что страна не вступит в «навязанные переговоры» под угрозами или в условиях блокады.

Аналитики обращают внимание на то, что иранский тупик не ослабляет, а усиливает давление Вашингтона на Гавану. Эксперт по латиноамериканской безопасности Эван Эллис заявил Newsweek, что кубинское руководство «прекрасно понимает, что оно стоит прямо между Ираном и промежуточными выборами в США в ноябре 2026 года». Майкл Бустаманте, директор программы кубинских исследований Университета Флориды, заявил изданию, что расчеты Гаваны на отвлекающий эффект иранской кампании несостоятельны:

«Если кубинские власти думали, что смогут просто переждать, или что придут промежуточные выборы, или что иранское болото их отвлечет — события последних 48 часов, похоже, доказали обратное».

Питер Корнблу, старший аналитик Архива национальной безопасности и директор Кубинского документационного проекта, подтвердил, что Трамп «всегда намеревался заняться Кубой в ходе своего второго срока». Трамп в марте 2026 года, выступая в Белом доме, сказал:

«С Кубой происходит нечто удивительное. Мы хотим сначала закончить с этим [Ираном]. Но это лишь вопрос времени».

Аналитик Давид Солар отметил в разговоре с CNBC, что Куба лишилась поддержки Венесуэлы и Ирана «в момент максимального давления» со стороны Вашингтона, добавив, что «неясно, как именно США заставят кубинский режим сломаться».

Устоит ли режим

Ramon Espinosa / AP

Несмотря на беспрецедентное давление, эксперты сомневаются в быстрой смене власти на острове. Уилл Фриман, научный сотрудник заведующий кафедрой кубинских и кубано-американских исследований Университета Майами по проблемам Латинской Америки, заявил, что жестко контролируемая система делает быструю смену режима «крайне маловероятной»:

«Скорее всего, мы просто увидим перестановки внутри режима — возможно, военные возьмут на себя более заметную роль в управлении островом, что они де-факто уже делают».

Майкл Бустаманте, упоминавшийся ранее, охарактеризовал подход администрации Трампа как «очень, очень непредсказуемый», допустив, что частью стратегии может быть стремление «держать кубинских партнеров в постоянной неопределенности».

Стефано Ритондале, аналитик компании Artorias, предупредил, что США не заинтересованы в хаотичном коллапсе кубинского правительства и будут добиваться «управляемого перехода». Полный демонтаж системы управления, по его словам, «создаст больше проблем, чем решит» — прежде всего из-за угрозы вакуума власти и роста преступности, сопоставимой с ситуацией на Гаити.

Кубинское правительство демонстрирует противоречивые сигналы. Президент Мигель Диас-Канель в марте подтвердил, что страна ведет переговоры с Вашингтоном, охарактеризовав их как находящиеся «на начальном этапе». Госсекретарь США Марко Рубио в ответ заявил:

«У Кубы экономика, которая не работает, и политическая система, которая не способна ее исправить. Им придется кардинально измениться».