Крупнейшее в мире неразработанное медно-золотое месторождение Reko Diq фактически поставлено на паузу — не из-за цен на сырье и не из-за проблем с финансированием, а из-за того, что мятеж в пакистанской провинции Белуджистан впервые вышел за пределы этнических границ, в которых пакистанская армия десятилетиями его удерживала. Об этом пишет издание The Eastern Herald.
Канадская горнодобывающая компания Barrick Mining объявила о продлении проверки безопасности проекта Reko Diq до середины 2027 года — это означает сокращение капитальных расходов и перенос сроков, которые компания рассчитывала выполнить еще до конца этого года. Власти Белуджистана лично заверяли Barrick, что провинция способна защитить иностранных инвесторов, однако компания решение о продлении все равно приняла.
По данным пакистанской армии, за последние дни в Белуджистане были убиты десятки боевиков: атаки распространились сразу на 11 районов с преимущественно пуштунским населением, включая Жоб, Лоралай и Мусахель. Ни в одном из них организованного насилия со стороны боевиков до июня не фиксировалось. Аналитики допускают, что речь идет не просто об эскалации, а о тактической координации между Армией освобождения Белуджистана (BLA), которая опирается на этнических белуджей, и пакистанским движением «Талибан» (ТТП)* — группами, которые прежде действовали независимо друг от друга, по разным этническим и идеологическим линиям.
Потенциальный альянс расширяет возможности обеих структур: BLA может продвинуться на север, в пуштунские районы, а ТТП* — получить доступ к финансовым каналам и технической базе, которую BLA выстраивала десятилетиями. С июня в пуштунских районах зафиксировано 13 атак.
Отдельное значение ситуация имеет для США. Reko Diq — самый весомый актив Вашингтона в пакистанском секторе критически важных полезных ископаемых: американские инвестиции в горнодобычу Белуджистана оцениваются примерно в 1,3 миллиарда долларов по нескольким проектам, и Reko Diq выступает их якорем. Barrick владеет 50% проекта, госкомпании Пакистана — 25%, власти Белуджистана — оставшимися 25%. Первая фаза, по оценке Barrick, потребует от 5,6 до 6 миллиардов долларов, вторая — еще 3,3—3,6 миллиарда; первую добычу планировали получить к концу 2028 года, но теперь эти сроки под вопросом.
Медь — один из ключевых элементов цепочек поставок, от которых зависит производство электромобилей, энергосетей и оборонной электроники, и в этой сфере уже доминирует Китай. Освоение пакистанских месторождений западными компаниями могло бы отчасти сократить этот перевес. Но именно в этой провинции сейчас фиксируется самый высокий за десятилетие уровень насилия, а эскалация впервые преодолела этническую линию, на которую опиралась пакистанская армия.
На этом фоне, отмечает издание, у Китая остается конкурентное преимущество, которое одни только цифры Reko Diq перекрыть не могут: Пекин исторически готов мириться с издержками безопасности в Пакистане, на которые не идет ни один западный инвестор, — включая атаки на китайских рабочих — и продолжает строить инфраструктуру в рамках Китайско-пакистанского экономического коридора (CPEC) даже там, где пакистанская армия не может обеспечить полную защиту. Решение Barrick продлить проверку издание описывает в том числе как сигнал того, что компания не готова принимать на себя такой же уровень риска, как Пекин.
Пакистанская армия уже перебросила в проблемные районы дополнительные силы и объявила о создании отдельного подразделения для охраны объектов добычи. Похожие обещания звучали и после подрыва военного поезда в Кветте в мае, унесшего жизни 24 человек, и после скоординированного нападения BLA на резиденцию политика в Хузларе в июле, где погибли 17 человек, — ни то, ни другое не привело к устойчивому улучшению обстановки в Белуджистане.
Положение Исламабада осложняется сразу с нескольких сторон. В августе Пакистан подписал с Саудовской Аравией и Турцией Меккское соглашение о взаимном сдерживании — но ни Эр-Рияд, ни Анкара помочь с ситуацией в Белуджистане не могут. Одновременно страна пытается совмещать самый острый за десятилетие внутренний мятеж, программу реформ под контролем МВФ, требующую притока иностранных инвестиций, обязательства перед Китаем по CPEC, от которых нельзя отказаться, и ставку на сотрудничество с США в сфере критических минералов, которая требует уровня безопасности, обеспечить который Исламабад сейчас не в состоянии.
Barrick от проекта не отказалась и подтвердила намерение его продолжать, власти Пакистана также настаивают, что добыча начнется. Но продление проверки до середины 2027 года фактически отодвигает первую добычу далеко за 2028 год и увеличивает бюджет проекта — а власти Белуджистана, владеющие четвертью актива и рассчитывающие на доходы от него, пока остаются без ответа на вопрос, когда провинция сможет обеспечить безопасность, необходимую для запуска месторождения.
—
*Признана террористической организацией и запрещена в РФ.