В Центральном окружном суде Лондона рассматривается наследственный спор между тремя детьми пожилой пары. Об этом сообщает Daily Mail. Стороны не могут разделить дом стоимостью около £400 000 (около 40 млн рублей) и другие активы общей стоимостью примерно £600 000 (около 60 млн рублей).

62-летний Роберт Чун утверждает, что пожертвовал своей карьерой и более тридцати лет проработал в центре занятости, сначала заботясь о своем отце, Викторе, а затем о матери, Ирен Чун, до ее смерти в 2016 году. По его словам, родители обещали ему дом в обмен на уход за ними. Он заявляет, что 36 лет назад он оставил работу в киноиндустрии, вернулся в родительский дом в 1990 году, чтобы заботиться сначала об отце, умершем в 1998 году, а затем о матери. Чун все это время продолжал работать в центре занятости. «Я не хотел работать в центре занятости, но именно этим я и занимался 22 года. Это был мой выбор ради родителей», — подчеркнул он на суде.

Сестра Роберта Чуна, 60-летняя бухгалтер Марина Беннетт, и брат, 58-летний IT-менеджер Ричард Чун, настаивают на разделе имущества на троих. Они утверждают, что родители не нуждались в уходе, а их брат, напротив, был финансовым бременем на протяжении всех этих лет. По словам сестры, мать до последних лет готовила и стирала на сына, а сам он проводил дни за просмотром фильмов в гостиной. Адвокат семьи назвал Роберта «паразитом», который годами «вымогательством истощал ресурсы» родителей.

В своих показаниях Марина Беннетт назвала брата «патологическим лжецом» с «грандиозным самомнением», который, если бы ему действительно что-то обещали, «сдвинул бы небо и землю», чтобы получить это в письменном виде. «Роберт — неприятный человек, манипулятор, умеющий лгать», — заявила она. При этом она отрицает, что ненавидит брата: «Это потребовало бы энергии и эмоций, а я просто игнорирую его».

Поскольку Ирен Чун умерла без завещания, управление её наследством перешло к назначенному специалисту. Именно он подал иск, чтобы Роберт освободил дом. Этот же специалист требует от Роберта около £200 000 за проживание в доме после смерти матери. Сам Роберт подал встречный иск, добиваясь признания за ним права собственности на дом на основании обещаний, данных родителями. По его словам, сестра «не хочет, чтобы у него был дом, и ей все равно, окажется ли он на улице».