Россия «незаметно создала новый стратегический маршрут снабжения Ирана через Каспийское море», утверждает The Telegraph. Логистический коридор, который издание называет «Каспийским экспрессом», позволяет обеим странам «обходить морское давление США в Персидском заливе».
Как пишет Глен Ховард, президент американского центра Saratoga Foundation (занимается исследованиями России, Китая, Ирана и Северной Кореи), Москва «применяла эту модель во время сирийской гражданской войны, поддерживая правительство Башара Асада с помощью морского маршрута снабжения».
Этот коридор снабжения, действовавший почти десять лет между Крымом и сирийским портом Тартус, «позволял Москве усиливать свои экспедиционные силы, несмотря на западные санкции и дипломатическое давление».
Автор напоминает, что Турция закрыла Босфор для военных кораблей после начала полномасштабного военного конфликта на Украине в 2022 году, что «сузило этот маршрут, пока он не оказался полностью перекрыт с падением сирийского режима в 2024 году».
«Сегодня Россия применила этот подход в Каспийском море, превратив это внутреннее море в логистическую основу своего военного партнерства с Ираном. Стратегические последствия становятся все более очевидными по мере распространения «третьей войны в Персидском заливе» на этот регион», — утверждает Ховард.
Он напоминает, что ранее Израиль нанес авиаудары по иранской военно-морской базе в Бандар-Энзали на Каспийском море, уничтожив портовые сооружения и несколько судов.
«Это было первое в истории применение израильской авиации в Каспийском регионе. В конце июля Украина нанесла удар беспилотником по иранскому торговому судну, в результате которого погиб один моряк на Каспийском море, что побудило Тегеран рассмотреть возможность ответных ударов по украинскому порту Одесса», — продолжает автор.
По данным The Telegraph (которые в России официально не подтверждают), c 2022 года Иран «поставил Москве баллистические и зенитные ракеты на сумму $2,7 млрд, включая сотни баллистических ракет малой дальности «Фатх-360» и 200 зенитных ракет; предоставил ключевые компоненты и технологии для беспилотников «Шахед» [«Герань»] и помог создать производственные мощности».
«В северной части Каспийского моря российский порт Оля (торговый порт в дельте Волги в Астраханской области. — Прим.RTVI) стал основным транзитным узлом Москвы для импорта иранских компонентов для беспилотников и боеприпасов. Следовательно, и Россия, и Иран полагаются на Каспийское море как на незаменимый канал снабжения для своих военных действий», — полагает автор в статье для The Telegraph.
По его словам, «поразительная историческая ирония заключается в том, что этот же «Персидский коридор» через Каспийское море когда-то служил жизненно важной артерией во время Второй мировой войны, когда через Персию поступала огромная американская помощь по программе ленд-лиза для поддержки советских военных усилий против нацистской Германии».
«Сегодня Москва вновь опирается на этот исторический коридор, будучи уверенной, что Каспийское море остается неприкосновенным убежищем», — отмечает Ховард.
Оттуда запускались крылатые ракеты «Калибр» по объектам в Сирии, а также баллистическая ракета «Орешник» по Украине (с полигона Капустин Яр в Астраханской области).
В свою очередь, «четыре иранских порта на Каспийском море работают круглосуточно, импортируя пшеницу, корма и масло, поскольку Тегеран перенаправляет жизненно важную торговлю через внутреннее море из-за американской блокады Ормузского пролива».
«Поскольку Каспий не имеет выхода в мировой океан, Соединенные Штаты как морская держава ничего не могут сделать, чтобы помешать России доставлять в Иран грузы, которые в противном случае проходили бы через Ормузский пролив, ныне блокированный военно-морским флотом США», — признает аналитик.
Эта географическая реальность «соответствует более широким геополитическим амбициям Москвы, поскольку Каспийское море становится центральным элементом транспортного коридора Север-Юг, связывающего Россию, Азербайджан, Иран и в конечном итоге Индию, минуя узкие морские места, контролируемые Западом».
«Таким образом, Москва и Тегеран воплощают в жизнь теорию «хартленда» Хэлфорда Маккиндера (геополитическая теория «срединной земли» британского географа Хэлфорда Маккиндера о центральной Евразии как ключу к мировому господству. — Прим.RTVI), создавая изолированную от моря евразийскую логистическую сеть, которая ослабляет морскую мощь Запада», — считает автор The Telegraph.
Таким образом, «перехват этих линий снабжения приобрел еще большую актуальность, поскольку Москва активно восстанавливала наступательные возможности Ирана во время недавних пауз в боевых действиях с США в Персидском заливе». Так, американские источники сообщали газете The New York Times, что Россия помогла Ирану пополнить запасы беспилотников после того, как тот потерял 60% своего арсенала во время войны на Ближнем Востоке.
«По мере расширения регионального измерения ирано-американского конфликта администрация Трампа должна решить, стоит ли противостоять «Каспийскому экспрессу», прежде чем он станет постоянной логистической основой российско-иранского партнерства», — говорит американский эксперт.
По его мнению, США прокладывают дорогу на Каспий через Южный Кавказ. Так, Белый дом уже «заложил дипломатический фундамент», поддержав мирное соглашение между Арменией и Азербайджаном и запустив «маршрут Трампа».
«Теперь ему следует развить этот успех, разработав региональную стратегию, которая будет использовать взлет Азербайджана как восходящей средней державы на Южном Кавказе, одновременно позволяя Украине поддерживать военное давление на «Каспийский экспресс» без риска прямого вмешательства США», — предполагает Ховард.
Он напоминает, что «исход войн часто решается не только на поле боя, но и вдоль путей снабжения, которые их обеспечивают».
Именно «Каспийский экспресс» лежит в основе не только стратегического партнерства России и Ирана, но и стремления Тегерана выстоять в войне против Соединенных Штатов, которая продолжается уже шестой месяц.
«Останется ли «Каспийский экспресс» стратегическим каналом связи Москвы с Ираном или в конечном итоге потерпит крах, будет зависеть от того, примет ли Вашингтон региональную стратегию, способную противостоять появлению нового «Персидского коридора» и препятствовать попыткам России вооружить Иран», — заключает автор.