«Это закончилось войной». Куда ведет Армению антироссийский курс

Армения повторяет недавний путь Грузии, вступая в конфронтацию с Россией. Политолог, основатель научно-исследовательского института SIKHA foundation (Тбилиси) Арчил Сихарулидзе проводит в колонке для RTVI параллели между курсом Никола Пашиняна на сближение с Западом и политикой Михаила Саакашвили в 2003—2008 годах, напоминая, чем закончилась та история для Тбилиси.

В 2018 году прозападные грузинские эксперты и политики активно поддержали смену власти в Ереване, надеясь на то, что Армения пойдет по грузинскому сценарию. Более того, третий президент Грузии Михаил Саакашвили даже призывал Никола Пашиняна начать реформы и заявлял о желании и готовности приехать в Армению для того, чтобы помочь построить новую, обновленную и успешную страну. Тогда некоторые армянские эксперты ответили ему: «Спасибо, не надо», — и на этом инициатива грузинских прозападных либералов фактически канула в небытие.

Впоследствии многие сочли, что Пашинян по своей сути ничем принципиально новым заниматься не будет и не станет сильно отличаться от своих предшественников. Поэтому надежды на то, что Армения продолжит грузинский путь, сошли на нет.

Перелом произошел после второй Карабахской войны, когда стало очевидно, что между Пашиняном и Владимиром Путиным, между Москвой и Ереваном существуют фундаментальные разногласия, которые будут только усиливаться. На фоне углубления этих противоречий Армения начала искать новых партнеров, в первую очередь в Европейском союзе.

С этого момента грузинская общественность, наблюдающая за Арменией, разделилась на две группы. Одна с опасением следит за происходящим, опасаясь, что Ереван разделит судьбу Грузии, включая возможное военное столкновение с Москвой. Другая, напротив, надеется, что Армения также повторит грузинский путь, который приведет к разрыву связей с Российской Федерацией и сделает ее европейский курс неизбежным. По мнению сторонников этой позиции, такой сценарий мог бы серьезно способствовать моральному и идеологическому возрождению грузинского прозападного движения, которое сегодня переживает кризис.

Никол Пашинян, которого ранее называли «Саакашвили 2.0» или «маленьким Саакашвили», по сути, повторяет риторику третьего президента Грузии, вызывая у грузинских аналитиков и политиков ощущение политического дежавю — того, что они уже наблюдали в отношениях между Тбилиси и Москвой в период с 2003 по 2008 годы.

Отстранение вместо диверсификации

В 2004 году, когда Михаил Саакашвили с большим отрывом выиграл президентские выборы, свой первый визит он совершил именно в Москву. Тогда, по заявлениям многих, между ним и Владимиром Владимировичем Путиным была достигнута определенная договоренность о том, что Грузия будет развиваться, модернизироваться и диверсифицироваться, но при этом активно вовлекать Россию во внутренние процессы страны и строить свое светлое будущее совместно с Москвой.

Главной претензией Кремля впоследствии стало то, что под этими словами на деле подразумевалась уменьшение именно российского влияния, постепенное вытеснение России из внутренней политики страны и замена ее влияния влиянием Вашингтона и Брюсселя. Михаил Саакашвили позднее уже и не скрывал, что его главной целью было максимально оборвать возможные связи с РФ.

Однако не стоит считать, что поворот на Запад был основной целью третьего президента Грузии. Она заключалась в попытке построения правового и эффективно функционирующего государства, в котором грузинский народ мог бы жить достойно.

Никол Пашинян в своей риторике повторяет те же самые постулаты. Его революция была направлена против коррумпированных элит и основана на призывах к построению новой Армении, опирающейся на благополучие своих граждан, достойное существование и будущее. И, конечно же, Россия в этой картине должна была играть неотъемлемую роль.

Но, как и в случае с Михаилом Саакашвили, на деле мы наблюдаем целенаправленную попытку уменьшения роли РФ и максимальной интеграции с европейскими и западными институтами, которые в конечном итоге должны заменить российское влияние и саму Россию во внутреннем пространстве Армении.

В случае с Грузией все начиналось так же, постепенно и поэтапно. Произошла реформа академической сферы, в рамках которой российские книги внезапно оказались невостребованными. Русскоязычные школы и курсы мало-помалу закрывались. Грантовые проекты России блокировались за счет западных альтернатив. Российские телеканалы постепенно переставали вещать на территории Грузии. Грузинская власть потребовала закрытия российских военных баз, а затем вывода российских военных и части дипломатов с территории страны.

Однако свято место пусто не бывает, и впоследствии все это пространство было заполнено американскими и европейскими специалистами и учеными, их научными публикациями, западными ресурсами, и конечно же, военными экспертами из НАТО.

В случае с Ереваном этот процесс уже начался. Российских военных мало-помалу выпроваживают из страны, вопрос ликвидации военной базы в Гюмри пока не стоит, но ветер перемен дует, и желание побольше сотрудничать в сфере обороны со странами Европы на лицо. В то же самое время, премьер Армении Пашинян уже обратился к Европейскому союзу с просьбой о поддержке в борьбе с так называемыми «гибридными интервенциями» в армянское пространство, особенно в информационной сфере. В преддверии парламентских выборов именно европейские партнеры, по сути, будут помогать Николу Пашиняну защищаться от «нежелательного внешнего вмешательства». И понятно, что под этим термином европейская сторона прежде всего подразумевает влияние России.

Таким образом, Европейский союз, который сегодня является одним из активных геополитических оппонентов Москвы, фактически будет помогать Николу Пашиняну в преддверии парламентских выборов ограничивать российское влияние, не позволяя России защищать собственные геополитические интересы. Следовательно, речь идет уже не о выстраивании совместного будущего, а скорее об открытом сигнале, согласно которому российское влияние должны быть ограничены, тогда как европейское воспринимается как допустимое и легитимное, поскольку именно оно поддерживает действующую власть.

Светоч свободы и демократии

Когда Михаил Саакашвили говорил о диверсификации, почему-то ему не приходило в голову мысль о вовлечении Китая, арабских стран, Индии, Турции и других подобных государств во внутриполитические процессы Грузии. Он имел в виду именно Соединенные Штаты Америки и НАТО (Европейский союз на тот момент был слишком слаб и не сильно заинтересован в активном вовлечении во внутриполитическое процессы страны).

Следовательно, политика Михаила Саакашвили заключалась не просто в диверсификации связей страны, а во вовлечении Вашингтона и НАТО в противостояние с Россией на территории Грузии.

Будучи в очень близких отношениях с президентом США Джорджем Бушем-младшим, Саакашвили в 2005 году добился визита главы Белого дома. В тот день собравшиеся на центральном проспекте Тбилиси услышали от американского президента два ключевых послания. Первое — что он провел «красную линию» на Кавказских горах, и отныне Грузия находится под защитой Америки, а Россия не посмеет переступить эту линию. Второе — что Грузия является «светочем свободы» (beacon of liberty) на Южном Кавказе. Так страна стала любимицей «цивилизованного» западного мира.

Михаил Саакашвили активно использовал этот визит как доказательство того, что отныне Грузия больше не находится в орбите Российской Федерации. Страна получила поддержку и одобрение Вашингтона, а следовательно, была обязана и дальше развиваться в западном направлении. Визит президента США был оценен как историческое явление, и в его честь назвали одну из улиц Тбилиси.

С 4 по 5 мая этого года в столице Армении прошел 8-й саммит Европейского политического сообщества (ЕПС), где собрался практически весь европейский политический бомонд, фактически приняв участие в предвыборной кампании Никола Пашиняна. При этом премьер Армении принимал у себя не только лидеров Европейского союза, но и президента Украины Владимира Зеленского, что априори было воспринято Москвой как враждебный шаг. Позже состоялся и первый в истории саммит ЕС-Армения, на котором обсудили дальнейшие пути интеграции страны в европейское пространство.

Предвыборная пиар-кампания Пашиняна на этом не закончилась. Он вместе с президентом Франции Эммануэлем Макроном прогулялся по столице, а Макрон и вовсе открыто заявил, что представить подобный визит еще несколько лет назад было невозможно, поскольку весь цивилизованный мир воспринимал Армению как зону влияния России. Но теперь, по его словам, она открыла свои двери Европе, и Европа отвечает ей взаимностью. Кстати, точно такие же слова говорил во время своего визита в Тбилиси экс-президент Франции Николя Саркози в 2011 году.

«Светоч свободы» (beacon of liberty) или же «светоч демократии» (beacon of democracy) — не особо важно, но контекст и смысл понятен. Грузия потеряла статус любимицы Запада, передав ее Армении. Теперь, видимо, уже она защищает западные ценности на Южном Кавказе. Надо понимать, что единственная страна, которая ей угрожает, как и тогда, во время выступления Буша в Тбилиси, является Россия.

На Запад надейся, сам не плошай

Во время последнего визита Пашиняна в Москву, он, в ответ на замечания Владимира Путина, заявил, что Армения — свободная страна, в которой каждый может высказываться так, как пожелает, а власти в Ереване обеспечивают свободу слова и волеизъявления. Разумеется, многие увидели в этих словах явный камень в огород Москвы.

Создается впечатление, что Никол Пашинян либо не понимает, либо не хочет понимать сигналы, поступающие из России. Об этом уже открыто заявляли и официальный представитель МИД Мария Захарова, и многие российские эксперты, подчеркивая, что Ереван проводит необдуманную внешнюю политику, делая ставку на Европу, и что Москва рано или поздно на это отреагирует.

Похожие заявления в свое время звучали и со стороны Михаила Саакашвили. Например, однажды он хвастался тем, что во время встречи с президентом России на вопрос, почему в Тбилиси открыли Музей советской оккупации, несмотря на то что Иосиф Виссарионович Сталин был грузином, Саакашвили якобы ответил, что Москва в праве открыть собственный музей оккупации России Грузией. Эту историю он использовал как пример того, что сумел «смело» и «достойно» ответить российскому руководству.

При этом Саакашвили постоянно опирался на заявления Джорджа Буша-младшего и неоконсервативного крыла американской администрации, согласно которым Москва не посмеет предпринять шаги против Грузии, поскольку за Тбилиси стоит Вашингтон.

Однако именно это пренебрежительное отношение, самонадеянность и насмешливая риторика привели страну к тому, что в 2008 году Грузия вошла в военное противостояние с Россией, была разгромлена за пять дней и в итоге оказалась в руках тогдашнего президента Франции Николя Саркози и президента России Дмитрия Медведева.

Разумеется, Армения — не Грузия, и у нее нет территориальных споров с РФ. Однако полагать, что Москва будет бесконечно игнорировать пренебрежительную риторику, или же явное заигрывание с геополитическим оппонентом в лице Европы, — это, по мнению многих грузинских аналитиков, наивная политическая ошибка, которую в свое время уже совершил Михаил Саакашвили. А воспринимать заявления представителей официального Вашингтона и Брюсселя о «красных линиях», или какой-то поддержке в случае возможного кризиса — и вовсе проявление политического дилетантизма.

Тут можно снова провести параллели с событиями 2008 года, когда Саакашвили в какой-то момент даже публично заявил, что американцы его обманули, поскольку обещали помочь в случае вооруженного конфликта с Москвой. Позже экс-глава госдепартамента Америки Кондолиза Райс отрицала эти обвинения, заявив, что Вашингтон никогда не обещал защиту, и тем более, никогда не призывал к эскалации отношений с северным соседом.

Формула «Запад нам поможет» чуть не стерла грузинскую государственность в пыль. Именно после этого правительство «Грузинской мечты» пришло к выводу, что с Москвой шутки плохи, и без учета геополитических интересов России Тбилиси может лишь с ней постоянно воевать, но не развиваться и модернизироваться.

Возможно, Никол Пашинян все-таки учтет ошибки грузинских соседей, и в какой-то момент попридержит коней, но пока что все идет по уже пройденному историческому сценарию отношений между Тбилиси и Москвой. Это закончилось войной, отменой дипломатических отношений, а позже все равно вынужденным восстановлением экономических, культурных и общественных связей. Ведь Россия — это геополитическая реальность, а Запад на Южном Кавказе — зачастую лишь хорошо пропиаренные идеи, деньги и заверения о светлом демократическом будущем, которое наступит, если мы будем вести себя «очень хорошо» и очень долго (и то, не факт).

---

Мнение автора может не сопадать с мнением редакции