«Это последний настоящий Новый год». Почему человечество копает себе могилу

Человечество застряло в бесконечном самоповторении, и искусственный интеллект — не причина, а скорее симптом потери целеполагания. Журналист Михаил Карпов рассуждает в своей колонке для RTVI, почему 2025-й стал годом, когда мы окончательно осознали тупик, и есть ли из него выход.

Недавно бывшая журналистка, а ныне пиарщица рассказывала мне, что искусственный интеллект (то есть чат-боты вроде ChatGPT) в ее сфере деятельности — настоящая панацея без всяких минусов. Задал правильный промпт, проверил факты, подредактировал местами. Зачем писать пресс-релиз с нуля, если можно сделать его за полчаса, вместо того, чтобы корпеть над ним целый день?

Я хотел было возразить, но осекся. А действительно — зачем? Рационально она абсолютно права. И все же такой образ мышления до сих пор вызывает у меня странное ощущение, будто что-то фундаментальное сломалось, — хотя невозможно понять, что именно.

Этот разговор случился в конце декабря. И сейчас, на пороге нового года, я все чаще ловлю себя на мысли, что 2025-й, возможно, окажется переломным моментом в человеческой истории. Не в смысле какой-то реальной катастрофы, скорее как год, когда что-то тихо и необратимо изменилось, но фундаментально и навсегда, пока мы не могли понять, что.

Для многих современных людей единственной формой эскапизма в последние годы стали «быстрые видеоролики» — TikTok, короткие видео на YouTube и в ВК, и так далее. Это такая форма цифровой наркомании, возможность получить быстрый впрыск гормонов счастья. Но в последнее время этот «наркотик» изменил формулу. Вместо какого—никакого человеческого творчества, нам теперь скармливают бесконечно повторяющий себя «нейрослоп» — бессмысленный продукт нейросетей. Конечно, можно спросить, если большинство не отличает его от реального человеческого творчества, какая разница? Но нет, она есть. Просмотр этой дряни изнемождает разум, заставляет копиться усталость и фрустрацию, в конечном итоге делая людей все более озлобленными — или, наоборот, безразличными ко всему.

В детстве я читал замечательную книгу Федора Кнорре «Капитан Крокус». В ней власть в одной стране захватило некое Чучело, странная сущность, единственной задачей которого было превращать людей и животных в бездумные машины.

И этот образ, пожалуй, был одним из самых жутких кошмаров моего детства. Хотя книга была совсем не про это, примерно так же пугающе выглядит «нейрослоп», если задуматься о его сути.

Симптомы

Интернет заполняется машинно-сгенерированным контентом с пугающей скоростью. Исследователи из Стэнфорда подсчитали: после выхода ChatGPT доля AI-текстов в корпоративных документах выросла с 2—3% до 24%. К концу 2024-го около 19% результатов Google были сгенерированы машинами. Научные публикации и в целом тексты наполняются ошибками и галлюцинациями.

К тому же человечество создало замкнутый круг. ИИ учится на человеческих текстах, создает свои, следующее поколение ИИ учится уже на этой смеси. Исследователи называют это «коллапсом модели» — каждая итерация чуть хуже, чуть более самоповторяющаяся, чуть дальше от оригинального смысла. То есть копия копии копии.

Впрочем, если говорить о самоповторении, дело не только в ИИ. Скажем, займемся мы луддизмом, уничтожим «станки» — то есть датацентры, на которых работают нынешние чатботы и генераторы картинок и видео, запретим пользоваться большими языковыми моделями — изменится ли что-то кардинально? Вряд ли. Нынешний ИИ — это симптом, а не диагноз.

Знаменитый израильский историк-медиевист Юваль Харари еще в 2018 году писал в своей книге «21 урок для XXI века» о кризисе человечества, не экономическом, но эмоциональном. В наше время люди теряют способность находить смысл в самом своем существовании, и никакие деньги или технологии это не решат.

Средневековый крестьянин знал, зачем он живет. Родился, работал на земле отца, женился, растил детей, передавал им землю. Его жизнь была тяжелой, но понятной. Каждое действие имело место в осмысленной картине мира. После смерти ему было уготовлено Царство Божие (и к нему нужно было готовиться с младых ногтей, ведь альтернатива пугала).

Модерн дал нам другие смыслы — большие цели. Покорение космоса. Построение утопии. Прогресс, который сделает жизнь лучше для всех. Даже если ты сам не полетишь к звездам, ты строишь будущее, где твои внуки сделают это.

Сейчас у человечества нет ни того, ни другого. Религиозная определенность ушла для большинства городских жителей. Большие нарративы рухнули один за другим. Дальний космос оказался слишком дальним, утопии — невозможны, прогресс — сомнителен. Даже война перестала быть способом придать жизни героический смысл. Войны XXI века ведут старики, решающие геополитические задачи руками молодых, которые далеко не всегда понимают, зачем они умирают.

В мире живет и миром управляет поколение образованных, технологически продвинутых, материально обеспеченных людей без малейшего представления, что делать с собственными жизнями. Статистика это подтверждает — уровни депрессии и тревожности растет даже в самых благополучных странах.

А когда нет большой цели, нет направления — сам начинаешь бесконечно повторять то, что уже есть. Крутить одни и те же сюжеты, пересказывать одни и те же истории, производить одни и те же продукты. Чуть по-другому упакованные, чуть с новыми словами, но по сути — те же самые, причем даже без генеративного ИИ.

Уроборос

Древние изображали время как змея, пожирающего собственный хвост. Уроборос — символ вечного возвращения, цикличности. Этот образ как нельзя лучше подходит к 20-м годам XXI века. Голливуд штампует ремейки ремейков, перезапуски перезапусков. Музыкальные хиты используют семплы из хитов прошлого, а в последнее время платформы заполонили вообще полностью сгенерированные композиции. Научная мысль производит больше статей, чем когда-либо, но прорывов меньше. Технологии развиваются инкрементально — более быстрые процессоры, лучшие камеры, более точные алгоритмы.

Летающие машины, города на Марсе, искусственный интеллект — все это придумали в середине XX века. Мы просто повторяем те фантазии, слегка обновляя детали. Самое неприятное заключается в том, что они уже неспособны вдохновлять ни на что.

Настоящих скачков, меняющих саму логику жизни к лучшему, нет. И если ИИ принесет это долгожданное изменение, то явно не в таком виде, в котором он существует сейчас. Скорее наоборот, современная итерация искусственного интеллекта делает видимым то, что раньше было скрыто. Он в радикальной форме ставит нас лицом к лицу с кризисом идентичности и целеполагания, в гротескной форме показывая бессмысленность сто раз пережеванного контента.

Половина интернет-трафика составляют боты, «разговаривающие» с ботами, занимающиеся процессингом контента для других ботов. Теория мертвого интернета, который живет без участия человека, перестает быть конспирологией. Мы сами создали систему, где машины множат вариации человеческого прошлого быстрее, чем люди создают что-то новое.

Выход

Однако ситуация, в которой мы находимся, не так уж и уникальна. В XVIII веке казалось, что человечество достигло потолка. Никто не мог представить электричество, самолеты, антибиотики, интернет. Прогресс был немыслим не потому, что его не было — он просто приходил с непредсказуемых направлений.

Может, мы сейчас находимся в таком же моменте. Не видим выхода, потому что упорно ищем его там, где искали раньше, в то время как настоящий скачок придет оттуда, откуда никто не ждет. Предсказать его невозможно, потому что иначе бы он давно случился.

Выглядит парадоксально, но, возможно, именно кризис смысла и есть та точка, откуда начнется движение. Что это будет? Не знаю. Никто не знает. Может, новый способ организации общества. Может, прорыв в понимании сознания. Может, технология, о которой мы даже не догадываемся.

Последний момент, когда различие между человеческим и машинным еще ощутимо. Впрочем, наша проблема по большей части состоит не в этом.

Нам, людям, даже тем, кто не задумывается ни о чем, кроме своей маленькой жизни, ясно видно, что мы буквально застряли на пути вперед. Что большие цели потеряны, а новых пока нет. Это может быть концом — бесконечное вращение в замкнутом круге, пока энергия не иссякнет и человечество не исчезнет в собственной бессмысленности. Или началом, моментом, когда осознание тупика становится достаточно острым, чтобы разорвать круг и вырваться из чрева Уробороса наружу.

История показывает: каждый раз, когда мы как люди оказывалось перед таким выбором, мы выбирали второе. Не сразу, не без потерь, но выбирали. Остается надеяться, что и этот раз не станет исключением из этого правила.

---

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции