Развязка Большой игры. Проиграв в Иране, Россия теряет Ближний Восток

When everyone is dead, the Great Game is finished. Not before (“Большая игра закончится только, когда все умрут”) — Редьярд Киплинг. Легендарный британский писатель, автор «Маугли» и классических произведений колониальной литературы, был также и автором термина «Большая игра». Этим словосочетанием политологи сейчас описывают противостояние Британской и Российской империй за господство в Центральной Азии в XIX веке. Однако судя по новостям, Большая игра продолжается и два века спустя. Только она расширилась, втянув в свою орбиту уже десяток стран, и ставки возросли — игра может стать спусковым крючком мировой ядерной войны.

Двести лет назад события Большой игры шли как в классических романах — Лондон стремился защитить от России «жемчужину» своей короны — Индию. Россия, в свою очередь, продвигаясь на юг, расширяла свое влияние ради выхода к теплым морям и активно теснила своего давнего и главного геополитического соперника. Камнем же преткновения — как и сегодня — была Персия, ставшая уже в XX веке Ираном.

Сегодня история повторяется, лишь место Британии заняла другая англосаксонская «империя» — США, а вместо солдат в красных мундирах героями газетных снимков теперь стали летчики-бомбардировщики и матросы с авианосцев. США уже не скрывают намерения ударить по Ирану, сменить там власть, а если карты лягут по-другому, то попросту убить всю властную верхушку давнего и преданного союзника России.

Старая песня на новый лад

Иран — это не только последний суверенный барьер на пути США к южным границам РФ. Если падет Тегеран, американское влияние установится на всем Каспии и вплотную приблизится к российскому Северному Кавказу.

Также Россия строит транспортный коридор «Север-Юг» (РФ — Азербайджан — Иран — Индийский океан), чтобы обойти турецкие проливы и санкции — этот маршрут сокращает путь бочки нефти из Петербурга в Мумбаи с нынешних 40 дней (через Суэц) до 15-20 — но контроль США над Ираном, тут же перережет эту артерию.

В-третьих, успешный удар США по Ирану поставит под американский контроль огромные запасы газа и нефти. Это лишит Россию рычагов влияния на мировой энергетический рынок и создаст прямого конкурента, управляемого из Вашингтона — по тому же сценарию, что сейчас происходит с еще одним нашим союзником — Венесуэлой.

Наконец, даже если США просто уничтожат ядерную инфраструктуру Ирана или его системы ПВО, это будет демонстрацией того, что российское оружие, которым буквально напичкан Иран, неэффективно против американского. Подобный «антипиар» может нанести серьезный репутационный ущерб экспорту вооружений РФ.

Вот и получается, что потенциальный удар по Ирану — опосредованная атака на Россию. Задача США не просто наказать Тегеран, но выбить ключевую опору российского влияния на Ближнем Востоке, взяв под «опеку» энергетические потоки и замкнув кольцо окружения вокруг РФ.

Увы, ничего нового, всё это уже было два века назад. Надо только заменить США и НАТО — на Британскую империю, Российскую Федерацию — на Российскую же Империю, а Иран — на Персию.

Времена меняются — страхи остаются

Главной ареной Большой игры XIX века были слабые, но стратегически важные государства — Персия и Афганистан. В то время они не были колониями, но служили «подушкой безопасности» британской колониальной машины. Кто контролировал двор шаха или эмира, тот контролировал подходы к Индии и Каспию.

Тем не менее Лондон и Петербург ни разу не объявили друг другу войну именно из-за Азии. Весь XIX век конфликт шел через дипломатическое давление на местных правителей (подкуп, «нужные» браки), военные миссии и советников (обучение персидской армии русскими офицерами и британскими инструкторами), разведчиков и путешественников (офицеры под видом купцов или дервишей наносили на карты перевалы и крепости), а также торговые привилегии (борьба за рынки сбыта и транзит товаров).

Лондон панически боялся, что русские казаки однажды появятся в Хайберском проходе — сегодня это граница Афганистана и Пакистана, а тогда — Британской Индии и Персии. В XIX и начале XX века через этот участок шло вторжение британцев в Афганистан, а на склонах Хайберского прохода и сегодня стоят памятники и форты, созданные ими в то время. Россия, в свою очередь, боялась, что Туманный Альбион разожжет восстания у нее в тылу: на Кавказе или в Средней Азии.

Сегодня Иран контролирует южную часть Каспийского моря, а потеря контроля там означала бы для России то же, что в XIX веке для Британии могло бы значить появление русских у Инда.

Ну а для США Иран — это ворота в Евразию. Как Англия не могла допустить, чтобы русские вышли к Британской Индии, так и США не могут допустить, чтобы Россия и Китай получили беспрепятственный доступ к энергоресурсам Ирана и базам в Ормузском проливе.

Провокация английской «ведьмы»

В XIX веке в Тегеране работали русские и британские военные миссии, которые часто враждовали друг с другом, обучая персидскую армию и влияя на шаха. Сегодня в случае военного конфликта Россия, скорее всего, повторит сценарий XIX века, адаптированный под современность.

Только вместо казачьих инструкторов — специалисты по кибербезопасности и операторы ПВО. Вместо поставок винтовок и пушек — ракеты и системы РЭБ. Россия не будет воевать с США напрямую, как не воевала с Британией, но сделает войну для США максимально дорогой, а возможную победу Штатов — пирровой.

США, в свою очередь, пытаются давить на Россию через другие «буферные зоны» — Грузию или Украину — и дестабилизировать российский Кавказ точно так же, как Британия в XIX веке поддерживала горцев Шамиля против России.

Вспомним британскую провокацию конца 1836 года, которая чуть не привела к войне Англии и России. Тогда британское судно «Виксен» (Vixen — в переводе «ведьма» или «мегера») под коммерческим флагом, но с грузом соли, на которую в России была госмонополия, а ее провоз был контрабандой, направилось к берегам Черкесии — это современный Краснодарский край.

Ту территорию Россия получила по условиям Адрианопольского мира с Турцией в 1829-м. Точнее Россия получила юридические права на нее, но местное население — черкесы — России не подчинилось, ведь шла Кавказская война и де-факто Россия контроль над Черкесией к тому моменту еще не установила. Именно поэтому британцы и пытались доказать своей провокацией, что Черкесия якобы «независима».

Тем не менее вояж английской «ведьмы» формально был частной торговой экспедицией, хотя на самом деле Лондон хотел проверить, способна ли Россия реально контролировать свое побережье (и свой суверенитет). Заметим, что судно шло под неофициальным командованием отставного офицера британского флота и агента влияния короны Дэвида Уркварта — настоящего русофоба, написавшего немало антироссийских памфлетов. А в качестве «торгового груза», помимо контрабандной соли, английская «ведьма» везла для горцев… оружие.

Британия пыталась устроить юридическую ловушку на любой исход. Если русские арестуют судно — это «пиратство» и нарушение свободы торговли. Если не арестуют — поставки оружия черкесам будут легализованы, а Черкесию можно не признавать российской.

В итоге наш сторожевой отряд арестовал «Виксен» и конфисковал груз. В Лондоне разразился скандал: Уркварта, вернувшегося домой, пресса встретила как героя, а не как контрабандиста, и в воздухе запахло большой войной. Однако британское правительство, трезво оценив мощь русского флота на Балтике и в Черном море, предпочло отступить. Дело «Виксен» — прообраз современных «зерновых коридоров» или «гуманитарных конвоев», которые могут везти оружие и служить casus belli.

Также эта история очень подходит и для другой исторической параллели: тогда британцы поддерживали сепаратистов-черкесов, а в 1990-е — начале 2000-х Лондон также содействовал чеченским боевикам и предоставлял политическое убежище их лидерам вроде Ахмеда Закаева. Почерк тот же…

Британская месть за русский успех?

Отметим также, что пока британские агенты плели интриги в Тегеране, Россия тоже отправляла своих «путешественников» при погонах Генштаба вглубь Азии. Одна из ярких фигур — поручик Ян Виткевич, который в 1837 году (как раз после дела «Виксен») под видом купца пробрался в Кабул и сумел переиграть британскую дипломатию, заручившись поддержкой эмира Дост Мухаммеда и фактически нейтрализовав на время британское влияние в Кабуле.

Когда в Лондоне узнали, что какой-то русский офицер обошел их в Афганистане, разразился скандал, едва не стоивший карьеры тогдашнему британскому генерал-губернатору Индии. Правда, триумф Виткевича оказался недолгим. После возвращения на родину в 1839 году он был найден мертвым в гостинице, а привезенные им бумаги были сожжены. Официальная версия — самоубийство, но историки до сих пор спорят, было ли это делом рук британских агентов.

Тем не менее урок усвоили обе стороны «Большой игры»: за каждым вашим агентом стоит наш, и, соответственно, наоборот.

Сговор и раздел

Потом будут и военные столкновения — Крымская (а в западной традиции — Восточная) война, попытка удушить Петербург санкциями XIX века — товарным эмбарго — и даже чужими руками: вспомним, кто был главным кредитором Японии во время русско-японской войны и где были построены главные военные суда этой страны (в Британии, конечно).

Однако «Большая игра версии 1.0» закончилась не войной России и Британии в Персии, а Англо-русским соглашением 1907 года, которое разделило Персию на сферы влияния. Это был акт прагматизма перед лицом общего врага — хищной готовившей войну со всем миром Германией.

Кто же сегодня может сыграть роль такого «общего врага»? И может ли современная ситуация привести к подобному «сговору» — например, к негласному соглашению США и России по Ирану? Или, наоборот, это приведет к окончательному и бесповоротному разрыву, как после 1917 года?

Третий игрок

Но есть и существенное различие между первой и второй версией «Большой игры», ведь сегодня помимо русских и англосаксов есть и третий могучий игрок — Китай. Пекин видит в Иране ключевого партнера для своей инициативы «Один пояс — один путь», где Тегеран служит стратегическим хабом для сухопутных коридоров в Евразию, обеспечивая доступ к энергоресурсам в обход морских путей, контролируемых Америкой.

В 2021 году Китай и Иран подписали 25-летнее соглашение о стратегическом партнерстве, а в январе 2026 года оно эволюционировало в де-факто трехсторонний альянс с Россией — экономический, военный и дипломатический. Сегодня Китай предоставляет Ирану разведданные со спутников, отслеживающих движения ВМФ США, пока Тегеран выводит свои корабли для совместных с Россией учений «Морской пояс безопасности» (название выбрано неслучайно: «пояс» (belt) — ключевое слово китайской стратегии «Один пояс — один путь) в Ормузском проливе.

При этом, судя по всему, Китаю напряженность между США и Ираном стратегически выгодна: она отвлекает Вашингтон от Азиатско-Тихоокеанского региона, где Пекин фокусируется на Тайване, а также позволяет наращивать влияние в Центральной Азии, делая «Большую игру» трехсторонней. Это напоминает, как в XIX веке третьи силы (например, Франция и Германия) вмешивались в англо-русское соперничество с выгодой для себя.

Урок истории выучен?

Главный урок «Большой игры» для современности: Иран — это шахматная доска, на которой, как и два века назад, разыгрывается партия между крупными державами — только на этот раз ядерными. И если в XIX веке, потерпев поражение в одной битве, можно было отступить, то в XXI проигравший может просто исчезнуть с лица земли. Именно поэтому «Большая игра 2.0» — самая опасная версия игры, в которую когда-либо играло человечество. Перефразируя Киплинга «When everyone is dead, the Great Game 2.0 is finished. Not before».