Реклама
Сюжеты
23:44
29 Ноября 2019 г.
Арабо-еврейский быт на стыке границ. Репортаж RTVI из Иудеи и Самарии
Поделиться:

Арабо-еврейский быт на стыке границ. Репортаж RTVI из Иудеи и Самарии

Видео
Арабо-еврейский быт на стыке границ. Репортаж RTVI из Иудеи и Самарии
Фотография:
Atef Safadi / EPA / TASS

В Израиле с напряжением ждут, когда Кнессет сформирует коалиционное правительство. Если этого не произойдет до 11 декабря, то в стране пройдут третьи за год выборы. От будущей коалиции зависит и судьба поселений на Западном берегу реки Иордан. Новое правительство должно будет решить, продолжится ли строительство домов на этих территориях. Корреспондент RTVI Борис Штерн отправился в Иудею и Самарию, чтобы узнать у местных жителей, как они живут сейчас и чего ждут от новых властей Израиля.


Алекс Менис — житель одного из самых больших еврейских городов Иудеи и Самарии, арабист и судья соревнований по бодибилдингу. Он поселенец с 1994 года. Жить в маленьком городе, обнесенном забором безопасности, ему не менее комфортно, чем в центре страны.

Алекс Менис, арабист: «Во-первых, мне нравится чистый воздух. Мне нравится вид: ты едешь по дороге и вокруг горы, зелень, иногда какая-то вода. Меньше пробок. Это удобно и красиво. Я общаюсь с арабами, зачастую это взаимовыгодно для них и для меня. Меня тут устраивает все. Но есть люди, которые боятся, потому что периодически случаются теракты».

Если к власти придет правая коалиция, то израильтян в Иудее и Самарии ждет относительная стабильность. Потому что их курс привычен и понятен: уверенная аннексия, строительство поселений, развитие инфраструктуры. Если придут левые, то будущее непредсказуемо. На выборах они анонсировали сокращение финансирования Иудеи и Самарии, прекращение строительства и железный забор между евреями и арабами.

палестина 2
Фотография:
Mosab Shawer / APA Images / ZUMA / TASS

Палестинская автономия точно так же, как и Западный берег, зависит от большой израильской и международной политики. Там, как и здесь, бесконечно обсуждают коалиционный кризис и возможные третьи за год выборы в Кнессет.

Алекс Менис, арабист: «Часть считает, что лучше Нетаньяху не было и уже не будет. И поэтому если бы они могли проголосовать, они бы двумя руками проголосовали за него. Часть считает, что лучше бы к власти пришли какие-то менее правые партии — центристские или левые».

Но главная мечта простого палестинца, по мнению Алекса, — это израильский паспорт и полный контроль Иерусалима над автономией. Для кого-то это дикая и неправдоподобная мысль, но Менис уверяет, что радикалы в меньшинстве. А в большинстве те, кто хотел бы нормальной жизни. Хотел бы такой жизни, как в поселениях.

Алекс Менис, арабист: «На самом деле заветная мечта любого палестинца — получить израильское гражданство. Поэтому очень многие надеются, что если Нетаньяху и правые партии продолжат каким-то образом править, то в итоге территории хотя бы частично аннексируют и часть из них получит синие паспорта».

Дональд Трамп только объявил поселения легитимными, а темпы строительства на территориях уже выросли. В Ариэле появится новый большой квартал. На его строительстве заработают арабы-подрядчики из соседних деревень. Вырастит численность еврейского населения, а значит заработают арабские стоматологи, автомастерские и владельцы гастрономов. Пресловутое сосуществование подразумевает далеко не только теракты.

Территория C, которая находится под полным контролем Израиля и за которую Израиль склоняют во всех международных структурах, напоминает лоскутное одеяло. В 150 метрах отсюда находится въезд в израильский город Ариэль. На том перекрестке, который контролируют палестинцы, постоянно встречаются евреи и арабы. И здесь все действительно похоже на некое мирное сосуществование.

Главный символ мира — гастроном. Перед магазином Абу Али случились все самые крупные теракты в Ариэле. В середине нулевых против Абу вели борьбу и арабские активисты (он для них почти сионист), и правые из Ариэля (потому что негоже покупать у араба). К концу нынешнего десятилетия Абу превратился в культовую достопримечательность на стыке границ. Но о политике Абу говорить не хочет.

Абу Али, владелец супермаркета: «Я не там и не там. Но все проблемы мы решаем сами. Я здесь уже 30 лет с этим бизнесом. Мы пришли сюда в 1962 году. Для меня все хорошо. Политика? Ой, оставь все эти вещи. Давай лучше поговорим про овощи, мясо, сладости. Кроме этого, для меня нет вообще ничего».

Абу вряд ли покажут в новостной хронике мировых информационных агентств. Картина отношений между евреями и арабами там выглядит иначе. Пока мы рассматривали банку с сирийской халвой, в деревне под Хевроном армия сносила дома террористов.

В Бейт-Кахиль — одном из поселений Иудеи и Самарии — о политике готовы говорить открыто. Здесь стояли дома местных жителей, совершивших теракт и убивших 19-летнего Двира Сорека в июле этого года. Суд постановил снести дома.

Ареф Асафран, житель Бейт-Кахиль: «Они снесли дом, они арестовали соседей. Мы бездомные, я и мои 10 детей оказались на улице. И не только мы: разрушили дома моего родственника Ахмада и дом Ясира, и еще один дом на той стороне деревни».

Неподконтрольная Иерусалиму Рамалла — административный центр Палестинской автономии — использует максимум своего дипломатического влияния, чтобы доказать, что решение Вашингтона о признании поселений опасно для всего региона.

Понятно, что добиться внимания международных структур при Трампе палестинцам стало сложнее, чем было при Обаме. Но как минимум посла автономии на Совете безопасности ООН готовы выслушать.

палестина 1
Рияд Мансур
Фотография:
Bebeto Matthews / AP

Рияд Мансур, посол Палестинской автономии в ООН: «Мы встречаемся в тот момент, когда администрация США продолжает уничтожать право палестинцев на самоопределение и свободу. Незаконное решение США о легитимности израильских поселений уничтожает все надежды на достижение мира, безопасности и стабильности в регионе, все надежды палестинского народа».

На самом деле надежды и у тех, кто в Рамалле, и у тех, кто живет в поселениях, одни и те же. Тут люди мечтают о мире. И до интифад жизнь для всех выглядела иначе. Конфликт существовал как факт. Но быт был общий.

Алекс Менис, арабист: «До конца 80-х в Ариэле не было магазинов. Все покупали в Сальфите и других арабских городах. Жители Бейт-Эля и Офры сдавали на права в Рамалле. Банк в Рамалле, полиция в Рамалле. Отношения были хорошими. После первой и второй интифад все испортилось. Евреям стало опасно туда ездить, арабам запретили. И все».

Перекресток перед Ариэлем — это настоящая параллельная реальность, где арабы и евреи спокойно живут бок-о-бок. Люди здесь, как и покупатели Абу Али, не вписываются в привычную картинку мира.

Соня, жительница Эли: «20 лет, что я живу здесь, я знаю Абу и прихожу сюда. Все классно. Если бы все было как здесь, мы были бы в раю. Но в итоге, все зависит от того, что будет дальше. Если к власти придет Бени Ганц, то все рухнет. Но знаете, каждый же думает то, что он думает».

При всем добрососедстве заехать в соседнюю палестинскую деревню могут далеко не все израильтяне. А все путешествие по Иудее и Самарии для евреев и арабов выглядит как один большой КПП. Палестинцам сложнее пересекать пункты пропуска, израильтянам — проще. Проблемы у всех одни — и разойтись нельзя, и жить вместе трудно. Но другого выхода нет. Кто бы ни пришел к власти в Иерусалиме, Рамалле или Вашингтоне.


Авторы сюжета: