Реклама
Сюжеты
11:04
1 Июня 2019 г.
«Я бы сдала костный мозг и еще сто раз»: рассказы доноров, которые помогли детям
Поделиться:

«Я бы сдала костный мозг и еще сто раз»: рассказы доноров, которые помогли детям

Фотография:
BSIP / Getty Images

Рак — это диагноз, услышать который всегда страшно. Чтобы справиться с ним, нужно много мужества и сил. А еще нужна помощь, причем не всегда речь только о врачах и поддержке близких. Иногда спасти жизнь может незнакомый человек.


Для лечения рака костного мозга часто используют трансплантацию. Чтобы пациенту могли пересадить здоровые стволовые клетки, донор должен оказаться его «генетическим близнецом». Найти такого человека нелегко.

В российском Национальном регистре доноров костного мозга чуть больше 99,5 тысячи человек, из них реальными донорами стали 297 человек. Многие просто боятся вставать на учет, думая, что быть донором очень больно и опасно.

Чтобы показать реальную картину, RTVI поговорил с теми, кто уже прошел эту процедуру. Ко Дню защиты детей мы публикуем рассказы доноров, которые помогли вернуться к полноценной жизнью детям, страдавшим онкологией.  

О том, как стать донором костного мозга, подробно можно почитать здесь

Наталия Кельсина, Ижевск

До того как самой стать донором, я этим никогда не интересовалась и даже приблизительно ничего не знала о донорстве костного мозга. Когда сдавала кровь, чтобы вступить в регистр, не очень понимала, что это вообще такое. Подробности мне рассказали, когда позвонили и сообщили, что есть реципиент.

Я даже не думала отказываться от процедуры. Мне понадобились сутки, чтобы договориться с бабушками, чтоб они позаботились о моем сыне, пока меня не будет. Но родные отнеслись к операции с опаской, очень переживали.

Забор проводили под наркозом, болезненных ощущений не было. После наркоза я спокойно встала и пошла, как будто ничего и не было. Вечером уже гуляла в ресторане с друзьями.

С ребенком, которому я помогла, мы поддерживаем отношения, переписываемся, правда редко. Миша ходит в школу, у него отличные успехи и со здоровьем тоже все в норме.

Специально я никого не агитирую стать донором, но если кого-то это тема заинтересовала, то с огромным желанием делюсь своим опытом.

Если бы моя помощь понадобилась вновь, то я легко отложила бы все свои дела и снова стала донором.

Сергей Москвин, Киров

Я был регулярным донором плазмы крови, и во время одной из сдач мне предложили вступить в реестр потенциальных доноров стволовых клеток. Объяснили, что это нужно для больных онкологией, взяли несколько миллилитров крови, и я об этом и знать забыл.

На процедуру я сразу согласился, потому что от меня ничего не убыло, кроме этих миллилитров крови, которые нужны для внесения в базу. Никаких сомнений у меня не было.

С момента, когда я попал в реестр, и до момента, когда мне сказали, что я подхожу пациенту, прошло около шести лет. Своим родителям о процедуре я рассказал за несколько недель до нее. Они восприняли все нормально, но очень переживала бабушка, пришлось ей подробно объяснить, что к чему.

Операция проводилась под общим наркозом. У меня забирали непосредственно костный мозг из тазовой кости (есть второй способ, когда кроветворные клетки получают из крови — прим. RTVI). После операции есть болевые ощущения в районе проколов, но они не сильные, снимаются любым обезболивающим. Буквально три-четыре дня — и этой боли нет.

В прошлом году было два года с момента операции. Со мной связались из реестра, сказали, что хотят пообщаться родители девочки, которой я помог. Я был не против, мы созвонились, очень тепло пообщались и до сих пор поддерживаем связь.

Конечно, есть желание встретиться, но, учитывая расстояние между городами и финансовые затраты, пока не получается. Но я надеюсь, что когда-нибудь мы это осуществим.

Не задумываясь согласился бы пройти процедуру еще раз, потому что от меня не убудет, а для кого-то это может быть последним шансом на спасение. Нет ничего важнее, чем человеческая жизнь. 

Евгений Моисеев, Мурманск

Я узнал о донорстве костного мозга, когда в очередной раз пришел в областную станцию переливания крови. Там как раз размещали плакаты на эту тему. Узнал все у врача-трансфузиолога и тут же согласился вступить в регистр.

С новостью о том, что мои клетки кому-то подошли, мне позвонили где-то через полгода. Я без колебаний согласился на процедуру. Незадолго до этого мой сын очень сильно переболел менингитом, его спасли врачи.

Мне делали забор костного мозга операционным методом, поэтому не очень помню, какие были ощущения. А когда проснулся, немного болела поясница. Окончательно «выздоровел» примерно через неделю — дней через 10.

Конечно же, я поддерживаю связь с мальчиком, которому помог: мы часто звоним друг другу, обмениваемся фотками. В начале июня у него плановое посещение клиники для сдачи анализов. Сейчас у него все хорошо!

Я — куратор развития донорства костного мозга в Мурманске. Привлек больше ста человек в регистр доноров. В День защиты детей я буду снова проводить акцию для вступления в регистр потенциальных доноров.

В апреле я сам повторно вступил в регистр и очень надеюсь, что смогу еще кому-нибудь помочь.


Тая Дюрягина, Москва 

Я работала раньше в детской онкологии — эта тема мне всегда была очень близка. Один раз я сидела с умирающим мальчиком, читала ему книжку вслух. Ему так и не нашли донора, и это как-то сразу отозвалось у меня внутри. Я стала искать информацию о донорстве стволовых клеток.

Я вообще не думала и не собиралась с силами — становиться ли мне донором. Для меня это было очевидно и как-то правильно что ли. Просто понимаешь, что иначе не можешь, что если сейчас не вступишь в реестр, то потом себе не простишь. Я очень остро это все воспринимаю. Считаю, что должна была это сделать.

Мама, когда узнала о донорстве, думала, что из меня будут выкачивать что-то ценное и важное большими, толстыми иголками. Говорила про какую-то инвалидность. Думаю, это из-за того, что вокруг трансплантации костного мозга ходит много мифов. Люди просто не знают, как на это отреагировать. «Костный мозг» ведь звучит и правда страшновато.

Во время процедуры больно не было абсолютно. Все четыре часа просмеялась с медсестрами, смотрела фильмы. Очень светлые воспоминания о самой процедуре.

Я знаю, что помогла семилетней девочке. Никаких других данных у меня нет. Конечно, мне бы хотелось с ней встретиться. Говорят, что доноры и реципиенты потом становятся в чем-то схожи. Она для меня важный человек, хотя мы никогда не виделись. Просто начинаешь чувствовать, что у тебя появился еще кто-то близкий. На самом деле, просто хочется знать, что с ней все хорошо, что у нее впереди долгая интересная жизнь.

Я бы сдала костный мозг и еще сто раз, если бы была такая необходимость и возможность. Я состою в регистре, если мне позвонят и скажут, что мои стволовые клетки кому-то подойдут, я без раздумий соглашусь.

Авторы сюжета: