Реклама
Сюжеты
00:16
8 Февраля 2020 г.
Александровское подворье в Иерусалиме передают России. СМИ писали, что это обмен, — на самом деле все гораздо сложнее
Поделиться:

Александровское подворье в Иерусалиме передают России. СМИ писали, что это обмен, — на самом деле все гораздо сложнее

Видео
Александровское подворье в Иерусалиме передают России. СМИ писали, что это обмен, — на самом деле все гораздо сложнее
Фотография:
Александр Чиженок / Коммерсантъ

В Израиле не стихают споры вокруг Александровского подворья в Иерусалиме. Многие считают, что оно может стать платой Израиля и премьер-министра Биньямина Нетаньяху за помилование Наамы Иссахар — молодой девушки, которую в России осудили за контрабанду наркотиков. При этом многие критикуют премьера за то, что он использовал обмен и возвращение Наамы на родину в политических целях (ведь скоро выборы), а о других израильтянах, которые попадают в заключение за рубежом, власти так не заботятся. Подробности — в материале Дениса Гольдмана.


Отсюда до Голгофы — метров 70, не больше. Совсем недалеко — Храм Гроба Господня. Это здание, которое построили в конце XIX века, выгодно расположено в Старом городе Иерусалима, но еще недавно оно было лишь одной из множества достопримечательностей. Теперь же, завидев надпись, прохожие останавливаются. Становятся слышны разговоры. В основном, на русском языке.



Александровское подворье — отныне объект дипломатического наследия. По слухам, именно на него на прошлой неделе обменяли осужденную в России израильтянку Нааму Иссахар. Обе стороны — израильская и российская — официально этот факт отрицают: ни о какой сделке речь не идет.

Благодаря ситуации вокруг Наамы Иссахар израильские журналисты досконально изучили историю отношений с Москвой. Теперь они знают, что сперва Иерусалим признавал «белую» православную церковь в изгнании, затем — «красную», советскую. От нее получил священные объекты в обмен на апельсины и текстиль. В 2019 году выяснилось: Александровское подворье — это собственность Императорского православного палестинского общества. Здесь до сих пор развевается его флаг. Самих израильтян мало интересует дипломатия.

«Апельсиновая сделка» стала историей в 1964 году. Александровское подворье тогда располагалось в Иорданской части Иерусалима. Ее Израиль отвоевал спустя три года, в результате Шестидневной войны. И тут выяснилось: права на подворье передали «белой церкви», то есть зарубежной. Та, в свою очередь, делегировала их мюнхенскому Православному палестинскому обществу.



колония
Фотография:
Гавриил Григоров / ТАСС


В Москве, где под патронажем РПЦ функционирует клон этого общества, считают мюнхенцев самозванцами. Так на обломках имперской России образовался юридический конфуз. Для многих специалистов подворье было и остается не израильской собственностью. РПЦ слилась с Зарубежной церковью и пять лет назад заявила о своих правах на подворье, подав соответствующие документы в израильский Минюст. Там их рассматривать не стали по непонятным причинам. И могли еще долго этого не делать. А с приездом Наамы Иссахар, по распоряжению из правительства, о просьбе РПЦ вспомнили. Минюст, обещают в Иерусалиме, займется этим вопросом в самые короткие сроки.

Нурит Коэн-Хадад, мать Нати Хадада: «Я прошу лишь одного: телефонный звонок нашего премьер-министра королю Тайланда».

Нурит Коэн-Хадад не видела своего сына уже два с половиной года. Израильтянин Нати Хадад получил четырехлетний тюремный срок в Тайланде за незаконное хранение оружия и управление медицинской клиникой без лицензии. По словам матери, его дело столь же «нетипичное», как и у Наамы Иссахар. Парамедик Нати открыл для израильских туристов пункт медпомощи. Местные чиновники расценили это как нелегальную деятельность.



Нурит Коэн-Хадад, мать Нати Хадада: «Он ведь просто спасал жизни людей, не навредил ни одной живой душе. Нати не взял ни единого шекеля за свою работу. Нати помогал всем и всегда, независимо от личности человека и прочих обстоятельств. Наоборот, Нати мог легко достать из своего кармана шекель и помочь другому за свой счет. Делать добро — это преступление? Делать добро — это что-то плохое? Он сидит в тюрьме за добрые дела. Разве такое можно представить?»

Добрые дела в Израиле сегодня, в преддверии выборов в Кнессет, спешат делать наперегонки. Особенно успешен в этом премьер-министр, благо возможности главы государства исключительно широки. Вот Биньямин Нетаньяху в прямом эфире всех телеканалов страны поднимается на борт номер один вместе с Наамой Иссахар, вывозит девушку из России, спасает от семи лет колонии. Но спасение это сопровождается настоящей битвой в интернете.

Специалист по цифровым коммуникациям и связям с общественностью Катя Купчик уверена: политконсультанты израильского премьера перестарались.



Катя Купчик, специалист по PR и соцсетям: «Мне кажется, это аутентичная история. Люди себя в какой-то момент просто почувствовали частью кампании „Ликуда“. Наама, как мы знаем, находится в России уже почти год. Но то, что ее возвращают именно сейчас, то, что Нетаньяху едет именно сейчас в Москву и привозит Нааму на своем самолете…»

Израиль разделился на два лагеря: тех, кто шутит над премьерской операцией, и тех, кто гордится своим лидером.

Катя Купчик, специалист по PR и соцсетям: «Здесь даже люди, которые поддерживали Нетаньяху, почувствовали какой-то дискомфорт в связи с тем, что он использовал свое положение и все ресурсы, которые есть в его распоряжении, чтобы заработать некие очки, баллы в рамках предвыборной кампании на истории этой несчастной девушки, вернуть ее именно сейчас».

И бесконечное количество мемов в социальных сетях. Вчера все писали: «Free Naama». Сегодня задаются вопросом: «Сколько подворий еще нужно отдать, с учетом того, что в тюрьмах по всему миру сидят 628 израильтян?»



Денис Гольдман, RTVI: «Ну как вам вот эти мемы про Нааму и то, что она вернулась домой?»

Алексей Коваленко, адвокат: «Как говорится, от любви до ненависти — один шаг».

иссахар
Фотография:
Гавриил Григоров / ТАСС


Кому-то история со спасением Наамы Иссахар дала надежду. Родственники израильтян, осужденных за рубежом, уловили в ней сигнал к действию. Но адвокаты израильской коллегии предупреждают: по-настоящему виновных вытаскивать никто не будет.

Алексей Коваленко, адвокат: «Случай Наамы значительно отличается от случаев большинства людей, которые сидят в той же России в тюрьмах. Люди, которые совершали преступления, сознавались в них и отбывают свой срок в основном за тяжкие преступления. В случае с Наамой действительно были нарушены права: она ни в чем никогда не признавалась, преступления на территории России не совершала, что по сути было доказано в суде. Но в связи с тем, что делу придали политическую окраску, выпустить ее удалось только после того, как ее помиловал президент».

Израильтянки Смадар Зоар и Ходаю Монусонго уже полгода сидят в перуанской тюрьме. Обвинение — серьезнее некуда: контрабанда 28 килограммов кокаина. Родственники и адвокаты девушек заявляют: их подставили. Прямо как в голливудском триллере. Сами они вину не признают. Одна из подозреваемых страдает слабоумием и вовсе не осознает, что происходит. Смадар и Ходая теперь тоже в поле зрения прессы.



Нес Бен Натан, адвокат Смадар Зоар: «История Наамы Иссахар показала, что если Израиль действительно чего-то хочет, то он это сделает. Даже если кажется, что дело зашло в тупик. Сегодня мы обращаемся к израильским властям и просто просим от них такого же отношения. Чтобы для помощи нам приложили столько же усилий, сколько в деле Наамы Иссахар. Мы понимаем, что ее история более запутанная, поскольку пересекается с политикой. Но состояние девушек в Перу — как физическое, так и моральное — очень тяжелое».

Что конкретно сделал Израиль для возвращения Наамы Иссахар на родину — до сих пор официально не разглашается. Пресса с декабря прошлого года сообщает о «долгом пути переговоров». Версию с передачей подворья РПЦ опровергают в Мюнхене, в Императорском православном палестинском обществе. Его глава заявляет, что оспорит решение израильских властей о передаче объекта России, если такое и приняли.