Реклама
Сюжеты
11:35
12 Ноября 2020 г.
Звезда Давида vs полумесяц: как складывались отношения Израиля с исламским миром
Поделиться:

Звезда Давида vs полумесяц: как складывались отношения Израиля с исламским миром

Фотография:
Oded Balilty / AP

Двадцать лет назад, 12 ноября 2000 года, на саммите Организации Исламская конференция в Катаре 56 мусульманских государств призвали полностью прервать связи с Израилем те страны-члены, которые эти связи еще поддерживали. Два десятилетия спустя Израиль интенсивно работает на исламском направлении: заключены договоры с ОАЭ, Бахрейном и Суданом, на очереди, вероятно, ещё несколько. Вспоминаем, как развивались эти отношения на протяжении последних 70 с лишним лет.


В поисках союзников

14 мая 1948 года Израиль провозгласил свою независимость. На следующий день войска Арабской лиги — Египет, Сирия, Ливан, Трансиордания, Саудовская Аравия, Ирак и Йемен — вторглись на территорию нового государства. Их цель была проста — не допустить раздела Палестины на еврейское и арабское государства. Началась первая Арабо-израильская война. Она закончилась победой Израиля, но отношения его с исламским (в первую очередь, арабским) миром были испорчены сразу и прочно.

Жизнь в перманентно враждебном окружении заставляла Израиль искать региональных союзников, так сказать, на периферии. Эта политика, архитектором которой был премьер-министр Израиля (1948-1953 и 1955-1963) Давид Бен-Гурион так и осталась в истории под названием «периферийной». Поскольку арабские страны в тот период массово тянулись к Советскому Союзу, Израиль совершенно естественно стал искать контакты с антикоммунистическими и националистическими неарабскими режимами — то есть с Турцией и Ираном. Турция была первой мусульманской страной, признавшей Израиль (1949), а Иран — второй. И Анкара и Тегеран боялись СССР и испытывали сложности с ближайшими арабскими соседями — Сирией и Ираком. Григорий Трестман в своей книге «Израильский узел. История страны – история противостояния» пишет: «В умах израильских государственных деятелей стал вырисовываться общий план «Периферийного союза» – блока государств, объединенных с Израилем в единый «треугольник»: на севере – Турция и Иран, на юге – Эфиопия. Этот неофициальный блок имел четкую прозападную ориентацию».

Бен-Гурион согласовал свою идею с президентом США Эйзенхауэром. «Наша цель, — писал Эйзенхауэру Бен-Гурион, — заключается в создании группировки государств, чей союз не обязательно будет носить официальный и гласный характер. Задача этой группировки – остановить расползание в нашем регионе советского влияния, проводником которого является Насер, и спасти свободу Ливана, а со временем, возможно, и Сирии. В эту группировку будут входить две мусульманских неарабских страны (Иран и Турция) и одна христианская (Эфиопия), а также Государство Израиль». В 1958 «Периферийный союз» был заключен.

Отношения с Турцией и особенно с Ираном в тот период рассматривались Израилем как стратегические, причём не только в военно-политической области. Шахский Иран был важным торговым партнером. По нефтепроводу Ашкелон-Эйлат шла на экспорт иранская нефть, Иран закупал израильское оружие (по некоторым данным, до $100 млн в ценах 1979 года). Известна и роль Моссад в инструктировании иранской контрразведки САВАК. Поскольку эти факты никогда не держались в особой тайне, то именно тесное сотрудничество шаха и Израиля стало одним из ключевых факторов, приведших к Исламской революции 1979 года. После которой Израиль и Иран стали друг для друга врагами номер один.

Среди сравнительно крупных мусульманских стран, поддерживавших в 60-70-х годах (до Войны Судного дня 1973 года) нормальные отношения с Израилем нельзя не отметить Мали, Нигерию, Чад и Нигер, которые Тель-Авив рассматривал как форпост для продвижения своих интересов в Африке. Тогдашние режимы этих стран менее всего делали акцент на исламской солидарности, выбирая в качестве решающего аргумента поставки израильского оружия.

Дипломатический прорыв

19 ноября 1977 года в аэропорту Бен-Гурион приземлился лайнер с надписью «Arab Republic of Egypt». На борту находился египетский президент Анвар Садат. За четыре года до этого Египет потерпел поражение в Войне Судного дня, целью которой было возвращение захваченного Израилем в 1967 году Синайского полуострова. Деоккупация Синая стала главной политической целью Садата и для этого он пошел на немыслимый ранее для арабского политика шаг — сам предложил Израилю мир.

История заключения Кэмп-Дэвидских соглашений, за которые Садат и его визави, премьер Израиля Менахем Бегин получили в 1978 Нобелевскую премию мира окружена историями разной степени увлекательности и достоверности. Например, что существенную роль в подготовке первых контактов израильского и египетского лидеров сыграл румынский диктатор Николае Чаушеску: Румыния была единственной страной Восточного блока, имевшей отношения с Израилем. Или что министр иностранных дел Израиля Моше Даян летал на конфиденциальную встречу в Рабат с королем Марокко загримированным до неузнаваемости. Так или иначе, Садат выступил перед кнессетом в Иерусалиме, Израиль вернул Египту Синай, а государства обменялись послами. Возможность нормального сосуществования еврейского государства с исламским, даже арабским стала документально подтвержденным фактом.

С другими странами мусульманского мира отношения Израиля варьировались от открытой конфронтации (скажем, Сирия до сих пор находится с Израилем в состоянии войны) до умеренной прохлады (Тунис). Большинство же государств, в которых все или большинство исповедует ислам предпочли просто отказывать Израилю в праве на существование. (Даже в 2020 году 18 членов ООН Израиль вообще не признают).

Разумеется, граничащие с Израилем государства не замечать его не могли. Тель-Авив активно вмешивался в гражданскую войну в Ливане (где поддерживал правых христиан), а также всегда имел сложные отношения с Иорданией, которая с одной стороны, исторически претендовала на Западный берег реки Иордан, а с другой — тяготилась десятками тысяч палестинских беженцев на своей территории. В 1994 Иордания стала вторым после Египта членом Лиги арабских государств, признавшим Израиль. Третьей такой страной в 1999 стала Мавритания.

Впрочем, сам по себе религиозный фактор никогда не играл роли в расстановке приоритетов внешней политики Тель-Авива. Весной 1992 года Израиль в течении полутора месяцев увеличил количество государств, которые несмотря на мусульманское население, его признают сразу на пять. Да, это были бывшие советские республики Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Туркмения и Киргизия, но формальность есть формальность.

Относительно успешно израильские дипломаты работают и в Африке. Ещё в 1992 году были восстановлены отношения с Нигерией, в 1996 — с Нигером (правда, вновь разорванные по инициативе Нигера в 2000 году), в 2019 — с Чадом.

Мир, экономика, Трамп

«ОГРОМНЫЙ прорыв сегодня! Историческое мирное соглашение между нашими двумя ВЕЛИКИМИ друзьями — Израилем и Объединенными Арабскими Эмиратами!» 13 августа 2020 года твиттер президента США Дональда Трампа был эмоционален как всегда. Нормализация отношений Израиля с первой страной Залива Трамп действительно может поставить себе в заслугу — хотя коммуникации между двумя государствами никогда не носили конфронтационный характер. Достаточно сказать, что ОАЭ не принимали участия ни в одной арабо-израильской войне. То же касается и Бахрейна, чей договор с Израилем был подписан месяц спустя. А вот Судан, договорившийся о нормализации отношений с Израилем в октябре 2020 года не только всегда считал Тель-Авив врагом, но даже принимал участие (пусть и почти формальное) в Войне Судного дня.

Будет ли продолжение? Дональд Трамп заявил, что ещё «шесть или семь» арабских государств намерены последовать примеру ОАЭ, Бахрейна и Судана. Руководитель отдела изучения Израиля и еврейских общин Института востоковедения РАН Дмитрий Марьясис в беседе с RTVI.com предположил, что следующей такой страной будет Марокко. «Оман, если бы был жив султан Кабус, тоже подписал бы. С новым султаном всё не так очевидно. Катар в ближайшее время вряд ли будет готов пойти на такой шаг, также как и Саудовская Аравия», полагает Марьясис.

О Саудовской Аравии следует сказать особо. Эр-Рияд считает себя безусловным лидером исламского мира и оттого резких движений в вопросах, связанных с Израилем старается не делать. Однако обе страны сейчас находятся перед лицом общего врага — Ирана. Отсюда — тесные полуофицальные контакты силовиков. Кроме того, Саудовская Аравия с ее амбициозными планами модернизации нуждается и в экономической поддержке Израиля.

«Значение экономической составляющей в данном случае достаточно существенно, — считает Дмитрий Марьясис. —Израильские технологии нужны представителям этих государств для решения своих проблем экономического развития».

При этом нынешние отношения Израиля с первой арабской стороной, его признавшей, Египтом Марьясис характеризует как «формальные». «При [президенте Египта с 2014 года Абдул-Фаттахе Халиле] Ас-Сиси существенно интенсифицировались отношения в области безопасности, но на общественном уровне — это холодный мир», считает эксперт.

Автор Алексей Королёв