Южная Корея планирует вновь начать работы по строительству железной дороги, которая в итоге может соединить Сеул и северокорейский курортный город Вонсан. О планах возобновить проект, который был заморожен целых десять лет, сообщило южнокорейское Министерство объединения. Как сейчас связаны Север и Юг и насколько реально восстановить путь из одной Кореи в другую — в материале RTVI.
Путь к Северу
5 августа Министерство объединения Южной Кореи опубликовало план на второе полугодие 2026-го, в котором оказалась деталь, привлекшая внимание СМИ, — возобновление работ по строительству участка железной дороги, которая в итоге может соединить Сеул с северокорейским курортом Вонсан.
На брифинге у президента Южной Кореи Ли Чжэ Мёна министр по делам объединения Чон Дон Ён рассказал, что восстановление касается отсоединенного участка линии Кёнвон вблизи демилитаризованной зоны вдоль границы с КНДР. Этот проект запустили еще в 2015-м, но год спустя заморозили.
Ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН Константин Асмолов подчеркнул в беседе с RTVI: в правительстве Ли Чжэ Мёна нет единой межкорейской политики.
При этом министр по делам объединения, по словам эксперта, «довольно много и правильно говорит» о том, что нужно прекратить говорить о Северной Корее как о главном враге, «называть «Север» так, как принято его называть в самой КНДР», двигаться к тому, что сделал Пхеньян, — признать существование на полуострове двух государств.
«Однако его инициативы по межкорейскому диалогу выглядят так, будто на дворе по-прежнему 2007 год, ничего за это время не произошло, а Северная Корея не отказалась от любых форм коммуникации с Югом. Так что все его проекты вовлечения Севера в диалог — это даже не лютая маниловщина, а маниловщина и кринж, простите за сленг. То есть это вещи, которые принципиально невозможны в нынешней ситуации», — рассказал Асмолов в разговоре с RTVI.
По словам эксперта, одно дело — подобные заявления министра, а другое — заявления МИД и советника по национальной безопасности, которые проявляют «гораздо более жесткую антисеверокорейскую направленность». Южная Корея по-прежнему говорит про денуклеаризацию, которую Север считает неприемлемой, а масштаб совместных с США учений против КНДР не уступает тому, который наблюдался при предыдущем президенте Юн Сок Ёле.
«Все, что мы сейчас видим со стороны Юга по линии вовлечения Севера в диалог, — это откровенные демагогические заявления, которые, конечно, хорошо смотрятся, если игнорировать весь остальной контекст», — подчеркнул собеседник RTVI.
Дороги, которых нет
После Корейской войны Север и Юг в 1953 году были разделены по 38-й параллели, а на карте появилось два новых государства — КНДР и Республика Корея. Несмотря на то, что между ними возникла демилитаризованная зона (ДМЗ), мирное соглашение Сеул и Пхеньян так и не подписали. Каждая сторона, по сути, не признавала существование другой, претендуя на весь полуостров, а также продвигала концепцию объединения.
Однако все изменилось в 2024 году. Тогда власти КНДР решили больше не придерживаться политики воссоединения и изменили свою Конституцию, в которой назвали Южную Корею «враждебным государством».
«Это неизбежная и законная мера, которая принята в соответствии с требованиями Конституции КНДР, которая ясно определяет Республику Корея как враждебное государство», — сообщило тогда госагентство Северной Кореи (ЦТАК).
Сеул тогда осудил решение соседей, заверив, что Южная Корея не откажется от усилий по мирному воссоединению.
В октябре 2024-го Север решил окончательно разорвать отношения с Югом и физически — взорвав дороги между странами. В конце июля 2026 года Ли Чжэ Мён признал, что все попытки наладить диалог с Пхеньяном не принесли результатов.
Автомобильное и железнодорожное сообщение на полуострове было разорвано во время Корейской войны 1950-1953 годов. Их начали восстанавливать только в 2000-х. Так, в 2002-2003 годах проходило разминирование ДМЗ и запустились строительные работы. В мае 2007-го впервые за 56 лет состоялся исторический испытательный прогон поезда.
Как отметил Константин Асмолов, даже в 2000-е нормальной дорожной коммуникации так и не случилось. Говоря о событиях 2024 года, эксперт подчеркнул, что Север уничтожил все линии коммуникаций и построил там оборонительные сооружения.
«Это, кстати, очень важный момент. Потому что подобная постройка и ликвидация коммуникационных линий говорят о том, что северяне готовятся к оборонительному, а не наступательному конфликту. Если бы они готовились, условно, к захвату Юга, им эти коммуникационные линии, дороги были бы нужны», — отметил он в разговоре с RTVI.
Сама же идея восстановления дорог в Южной Корее «периодически всплывает и периодически же топится».
«Южная Корея в очередной раз выступает с заявлениями, рассчитанными даже не на Север, а на какую-то тупую публику вне контекста, чтобы создавать имидж того, что они постоянно выступают с какими-то красивыми инициативами, а северяне это все торпедируют. Это демагогия чистой воды», — заключил Константин Асмолов.