Несколько ошибочных шагов, включая неверную калибровку тестов и традиции погребальных обрядов, позволили вирусу Эбола распространяться незамеченным в Демократической Республике Конго. Об этом сообщили два официальных лица, пожелавших сохранить анонимность.
Общее число случаев заражения уже сделало эту вспышку одной из крупнейших в истории. По словам источников, целая серия проблем и просчетов отсрочила обнаружение вируса, позволив ему проникнуть на территории, контролируемые повстанцами, и даже пересечь границу с Угандой.
Местные похоронные ритуалы, при которых тело умершего от Эбола остается заразным, способствовали распространению еще до того, как была поднята тревога.
Кроме того, диагностические тесты в местной лаборатории Бунни были настроены на штамм «Заир», тогда как текущую вспышку вызывает штамм «Бундибуджио». А образцы, отправленные в Киншасу, хранились и транспортировались с нарушениями — при температуре +17ºС вместо +4ºС. Кроме того, недостаточный объем материала ограничил возможности для исследований.
Эксперты предупреждают, что возникшие задержки могут серьезно затруднить усилия по сдерживанию вспышки, которую Всемирная организация здравоохранения в выходные объявила чрезвычайной ситуацией в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение.
«Я не думаю, что у нас есть хоть какое-то реальное представление о том, сколько случаев на самом деле», — заявил врач неотложной помощи и профессор общественного здравоохранения Университета Брауна Крейг Спенсер.
По его словам, пройдет немало времени, прежде чем удастся восстановить полную картину происходящего.
Эпицентр вспышки находится в северо-восточной провинции Итури — отдаленном районе Конго с плохой инфраструктурой здравоохранения и вооруженными конфликтами. ВОЗ пока сообщает о 80 предполагаемых летальных исходах, восьми лабораторно подтвержденных случаях и 246 подозрительных случаях в Конго, хотя истинное число может быть намного выше.
Первый известный пациент — медработник, у которого болезнь проявилась в виде лихорадки, рвоты и кровотечений. Он скончался в медицинском центре в Буниа, столице провинции Итури. Однако, по словам Спенсера, он вряд ли был нулевым пациентом.
На похороны медика собрались скорбящие, которые считали, что смерть вызвана мистической болезнью. Как пояснил министр здравоохранения Конго Самюэль Роже Камба, «все касались тела и совершали с ним другие ритуальные действия»: именно после этого заболеваемость начала «взрывообразно» расти.
Бывший мэр Монгбвалу сообщил, что в одном только этом городе от Эболы скончались от 60 до 80 человек, причем в день фиксировалось по шесть-восемь смертей — это и побудило местные власти оповестить органы здравоохранения.
ВОЗ заявила, что получила информацию о неизвестной болезни с высокой смертностью в Монгбвалу 5 мая. Уже тогда было известно, что за четыре дня там умерли четыре медработника. В город была направлена группа быстрого реагирования.
Директор Национального института биомедицинских исследований Конго Жан-Жак Муйембе сообщил, что чиновники системы здравоохранения в Итури использовали тест-картриджи для штамма «Заир», стоявшего за 15 предыдущими вспышками лихорадки Эбола в Конго — включая эпидемию 2018-2020 годов, унесшую более 2,2 тысячи жизней.
Но текущая вспышка вызвана штаммом «Бундибуджио», который последний раз появлялся в Конго в 2012 году и, по данным MSF, имеет предполагаемый уровень летальности 25-40%. А в лаборатории Итури нет оборудования для генетического секвенирования, необходимого для идентификации других штаммов, кроме «Заира».
Муйембе подчеркнул, что медики должны были немедленно обратиться в Киншасу за консультацией, а вместо этого, получив отрицательные результаты на штамм «Заир», попросту отложили тесты. Когда образцы, взятые у заболевших, наконец-то отправили в столицу, они уже были безнадежно испорчены.
Африканское региональное агентство по здравоохранению сообщило о вспышке 15 мая. На следующий день генеральный директор Всемирной организации здравоохранения Тедрос Адханом Гебрейесус объявил чрезвычайную ситуацию, впервые в истории приняв такое решение без консультации с комитетом экспертов.
Во внутренних документах ВОЗ говорится о «критическом четырехнедельном разрыве в обнаружении» между появлением первых симптомов у известного пациента и лабораторным подтверждением заболевания.
Старший координатор по здравоохранению Международного комитета спасения в Конго Льевин Бангали заявил, что частично вина лежит на иностранных донорах, урезавших программы гуманитарной помощи. По его словам, это наглядно видно в Итури, где практически нет в наличии средств индивидуальной защиты, раньше поставлявшихся странами-донорами.