Российских чиновников обяжут пользоваться национальным мессенджером MAX при исполнении рабочих обязанностей. Об этом пишет Forbes со ссылкой на поправки, внесенные во второй пакет мер против кибермошенничества ко второму чтению документа в Госдуме.
Чиновники должны будут пользоваться MAX и для «информирования граждан», за исключением информирования о работе госорганов или обращений через государственные информсистемы. В случае принятия поправка начнет действовать в сентябре.
Правительство внесло в Госдуму так называемый второй антифрод-пакет в декабре 2025 года. 10 февраля он прошел первое чтение. Законопроект предлагается реализовать 19 мер, в том числе полностью запретить входящие звонки из-за границы и ввести единую базу IMEI-номеров мобильных устройств, используемых в России.
В пресс-службе MАХ отказались от комментариев. Близкий к Минцифры источник Forbes предположил, что чиновники не будут выполнять требование о переходе на нацмессенджер, тем более что пока никакой ответственности за это не предусмотрено.
Телеграм-канал Faridaily утверждает со ссылкой на источники, что чиновники и представители госкомпаний не доверяют нацмессенджеру и покупают для его установки отдельные смартфоны и сим-карты. «Самые осторожные» не синхронизируют контакты из своих личных телефонов с устройствами, купленными под MAX, пишет канал.
По словам собеседника Faridaily в одном из федеральных ведомств, «никто не хочет уходить из Telegram» в надежде, что основатель мессенджера Павел Дуров «что-нибудь придумает для обхода блокировок или проблема как-то рассосется сама».
Депутат Госдумы Михаил Матвеев в разговоре с RTVI раскритиковал навязывание MAX, назвав это «гнусной, грубой монополизацией рынка». Парламентарий рассказал, что просил Федеральную антимонопольную службу (ФАС) пояснить, нет ли в продвижении нацмессенджера нарушения законодательства о конкуренции. Ведомство, по словам Матвеева, ушло от ответа по большинству вопросов.
Комментируя попытки сделать использование MAX безальтернативным, депутат выразил мнение, что Генпрокуратуре, Верховному или Конституционному суду пора прояснить этот вопрос.